Ирина Леухина – Где начинается радуга? (страница 64)

Примирительно улыбаюсь. Хочу, чтобы она взбодрилась. Но Арина не отвечает. Она кусает губу, и маленькая слезинка скатывается по щеке.

— Мне это и нужно, — проговариваю твердо, но сомнение проскальзывает в конце.

Мой голос немного срывается и, чтобы продолжить, мне приходится отпить из бутылки воды. Которую я достала из сумки.

— Что?

— Мне нужно, чтобы ты соврала так. Чтобы он понял, что это ложь.

Повторяю и в голосе больше уверенности. Я должна так поступить. Иначе никак.

— Я не понимаю, — она крутит головой.

Мне приходится ее обнять, чтобы не вертелась.

И быстро произношу ей на ухо свой план.

У нее расширяются глаза от паники, недовольства и крупицу разочарования.

— Может вам просто поговорить, Ксюш. Он поймет. Он умный, добрый. Он все поймет. Только расскажи как обстоят дела.

— Он не отпустит.

— Конечно сразу не отпустит. Но он сможет понять, что для тебя это важно.

Минуту молчу, чтобы подумать.

НО.

Нет.

Может он и поймет в начале. И даже отпустит. Но мы с ним расстанемся. Со ссорами и с обвинениями.

И тогда от нашей любви даже не останется теплого ветра воспоминаний.

И только прах и пепел будут сопровождать память.

— Арин…

— Почему ты не хочешь ему рассказать? У тебя кто-то есть в Москве? Ты поэтому хочешь расстаться?

Вскипаю.

— Если бы у меня кто-то был, не проще ли мне прямо сказать об этом Глебу. А не придумывать многоходовку, а?

Арина оглядывает меня и приходит к выводу.

Я бы давно бросила парня будь у меня любовник в столице. И переехала туда сразу после выпускного.

— Тогда почему…

— Не скажу просто «давай расстанемся»? — уточняю и попадаю в десятку. Да, это тот самый вопрос, который крутился в голове подруги. Выдыхаю. И мои эмоции: отчаяние, страх и боль — прорываются. — Да как ты не понимаешь! Если я пойду и скажу что нам нужно расстаться. То Глеб начнет выяснять причины. И если их не услышит. А для него не покажутся вразумительными мои слова. О будущем, о карьере. Он….

— Будет прав, — уверенно проговорила Арина.

— Арин, — тихо позвала я. — Он, вместо того чтобы начать учебу, продолжить заботиться о семье: будет думать обо мне. Как я там. Что делаю. Будет созваниваться со мной.

— И что в этом плохого?

— Вспомни мои съемки. Что ты там видела?

— Ну ты переодеваешься и позируешь, — с непониманием перечисляет девушка, и поправляет волосы.

— А позирую я как? А как мне приходится работать с фотографом. А если съемки будут партнерские. А если с некоторым обнажением.

Арина перевела взгляд на меня и ее глаза расширились.

Она стала понимать.

Как Глеб реагировал на Матвея. Он может быть и степенный парень на людях. Но собственник и ревнивец. В начале он промолчит о теме того, как я снималась. Но потом он начнет озвучивать свои мысли. Сначала в мягкой форме. Но потом начнутся просьбы, чтобы я отказывалась от таких видов съемок.

А я не буду отказываться.

По крайней мере до тех пор, пока не заимею вес в моделинге. Пока мое имя не начнет появляться в журналах. Пока меня не начнут звать именитые модельеры и фотографы.

Будет ли съемка в полуобнаженной позе. Или страсть на камеру. Или … много ли надо для ревнивого парня, который месяцами не видит свою девушку. И сколько пройдет до первой ссоры. А до второй.

Потом мы будем по месяцам молчать. Потом я приеду, и мы помиримся.

Но ведь в какой-то из дней. После какой-то ссоры. Я могу не приехать.

Я могу не ответить на звонок от Глеба.

Я могу проявить каменную гордость, а он лишнюю степенность.

И тогда начнется крушение.

Крушение наших отношений. Нашей любви. И всего того, что нас объединяет.

То что я планирую — это подло. Я собираюсь воспользоваться слабостями подруги, Глеба и Матвея. Ради своего блага.

Но тем самым мой поступок может заставить отпустить этих троих одну меня.

— Когда будешь реализовывать план?

С готовностью спрашивает Арина.

— Сегодня вечером.

Подруга кивает и уходит.

Сегодня класс устраивает вечеринку перед поступлением в университеты. До сентября осталось почти три недели. И это время все собираются потратить на последние подготовления.

А я….

Мне ответили вчера на заявку, отправленную месяц назад. Меня ждут там хоть завтра.

А еще мне сегодня исполнилось восемнадцать.

А еще моих родителей нет уже год.

И опять этот день становится отправной точкой для новой вехи моей жизни.

**

— Ты уверена?

Арина в третий или даже в четвертый раз спрашивает меня.

Я кошу взгляд на нее. Но она уже не смотрит на меня. Она не одобряет мой поступок. Но помогает мне. Может потому что она верная подруга. Или она имеет свои корыстные мысли на мой план.

Возможно ее корысть даже поможет мне.

— Я его вижу, — говорю я и поворачиваюсь к Арине. — Глеб придет через двадцать минут. Он редко опаздывает, но все же. Я поведу его за три минуты до прихода Глеба. А ты должна стоять почти около входа. Чтобы Глеб заметил тебя сразу. И когда он не найдет меня. Он подойдет к тебе.

— А откуда ты знаешь, что он придет?

— Я его позвала. И он сказал когда будет.