Ирина Леухина – Где начинается радуга? (страница 31)

— Ну что моя модель освободилась?

Матвей зашел в ателье и разглядывал нас внимательным взглядом. Я прячу флешку в карман и киваю.

— Спасибо вам ребят, — обращаюсь к фотографу и визажисту.

— Обращайся!

Кричит из-под рабочего стола Роза и машет рукой. Я вижу только кончики пальцев, но все же попытка засчитана.

Выходим на улицу и холодный порыв ветра раздувает мой плащ. Мои обтянутые джинсами ноги привлекают внимание Матвея. Он долго на них смотрит, пока я не скрываю их верхней одеждой. Мы молча идем по парковке, у машины Матвей тормозит, чтобы открыть мне дверь. И шепчет почти интимно:

— Теперь в отель?

— Мы будем ночевать в разных номерах, — хмуро предупреждаю я, когда парень заводит автомобиль. Он не отвечает и меня это тревожит. — Я серьезно, Матвей!

— Я слышу. Можем в люксе остановится, — нагло предложил Мрак и ухмыльнулся своей коронной улыбкой.

Он всерьез думает, что я поведусь?

Поворачиваюсь к нему всем корпусом и скрещиваю руки. Ничего, у меня в кошельке накопилась небольшая сумма. Думаю, на хостел хватит. И на ужин. И даже на поездку обратно.

— Нет, — твердо цежу я. — Я поеду с тобой в отель только при наличии двух разных номеров. Или разных отелей, если не хочешь тратиться. Сама. Оплачу.

Мои последние слова злят парня. Это видно невооруженным глазом. Крепко перехватывает руль, сжимает губы, крылья носа раздуваются.

В таком состоянии я вижу его впервые. Или точнее я впервые довожу его до такого состояния. Я осознаю, что прозвище Мрак у него не от фамилии.

От парня сидящего рядом повеяло мраком. Темной густой жижей, которая топит и убивает врага. Его мужской аромат усиленный парфюмом подавлял. И будь моя воля слабее, я бы тут же распалась на миллион атомов.

Вот только Малахит камень. А камень и во мраке остается бездыханным камнем. Я продолжаю смотреть на него несгибаем взглядом. И Мрак отступает.

— Да не обеднею я от дополнительного номера. — по-детски обижено сказал он.

Заселение прошло быстро и без хлопот. Ужин я попросил в номер. Хочу элементарно отдохнуть и насладиться одиночеством. В тетиной квартире это нереальное удовольствие.

Тете я отправила предупреждающее сообщение. Что сегодня меня не будет. И либо она его не прочитала. Либо проигнорировала. Или может даже, надеется на трагический конец моей жизни.

С этими мыслями я приняла ванну, поела и хотела лечь спать.

Стук в дверь остановил меня на полдороги к кровати.

— В одной руке у меня попкорн, в другой кола. Предлагаю посмотреть киношку перед сном, — с порога отрапортовал парень.

Он оттиснул меня от двери и проскользнул внутрь без спроса. Я хочу разозлиться на него. Но я устала. По-человечески просто. Много сильных эмоций из-за Глеба, съемки, школа. Мне ведь всего семнадцать. Хоть иногда я забываю об этом.

— Матвей, — зову парня, который уже расположился на диване перед телевизором и тыкал по пульту. — Может это все лишнее? Ты не задумывался почему я с тобой такая недотрога? Это ведь не из-за стеснительности. Зачем ты себя ломаешь?

Пытаюсь достучаться до Матвея. Ведь такие парни гордые и редко бегают за девчонками. Особенно, когда они динамят. Хочу отвязаться от давящего внимания парня.

— Я хочу тебя, — торжественно со смесью клоунады произнес Матвей и пронзительно посмотрел. — Ты первая кого мне захотелось добиваться. И-и-и, — оттягивая прошептал он. — Если бы ты сразу сдалась мне, то я бы бросил. Мне захотелось за тобой поухаживать. Мне это понравилось. Ну не прогоняй меня, Малахит! Клянусь! Приставать не буду.

Кладет свою руку на сердце и торжественно клянется.

Только я ему не верю.

Возможно первое предложение правда. И правда то, что я не сдавалась.

Но почему мне хочется выкрикнуть: «Не верю!».

— А если серьезно, Матвей. Мы ведь школьники. Тебе восемнадцать. В этом возрасте естественно девчонок клеить из клуба. И таскать их в постель на одну ночь. А если она отказывается, то не ждать. И искать другую. Более сговорчивую.

Матвей откидывается на диван и запускает руку в волосы. Он улыбается полушутливо и в том же тоне отвечает:

— А ты не думаешь, Малахит. Что мне это уже успело наскучить.

Я приподнимаю в легком движение брови. Как бы сомневаясь в его словах. И он это понимает. Мне нужна правда. Почему я, а не другие.

Почему он вцепился в меня как клещ и не хочет отпускать.

— Дело в моем отце, — вдруг тихо начал он признаваться. — Он с детства учит меня нюху. Как он говорит. Объясняет, что мужчина обязан с первого взгляда чуять, кем он видит другого человека в будущем. Будет ли человек его будущим бизнес партнером или другом. А если женщина… будет ли она согревать его постель. И как долго. Мужчина обязан достигать своих целей. Бизнес партнер обязан с ним работать в связке, друг быть преданным в дружбе, а жена верной в браке. И я чувствую. Что ты, Малахит. Кхм, — поправляет неожиданно для меня Матвей. — Ксюша, будешь моей женой. Я в это верю.

Он потянулся ко мне.

А я даже не заметила, что села рядом с ним на диван. Он говорил так проникновенно, что смог запудрить голову.

Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать. Он успел прикоснуться к губам, а я успела отвернуться. Чтобы поцелуй не затянулся.

— Ты обещал не приставать, — глухо отвечаю и встаю. — Мне нужно фотографии разобрать.

И ушла.

Я слышу, как Матвей в соседней комнате включил комедию по телевизору. Слышу как он приглушено смеется. Как он ест попкорн. Я могу выйти к нему и присоединиться. Но не могу. С ним мое сердце остается каменным. Как было всегда при общении с парнями. А лгать самой себе последнее и неблагодарное дело.

Прошел час, а может два.

Кино сменилось на другое. Пропал смех и хруст еды.

Решила выйти и проверить. Может Матвей ушел.

Но нет. Он уснул на диване.

Похоже мы все равно будем спать в одном номере, — со смешком выключаю телек.

Укрываю его пледом и ухожу в комнату.

С Матвеем круто. Мне нравится с ним общаться. Но не чувствую я в нем своего любовника. Ничто во мне не отзывается на него. Может нужно его поцеловать? Но даже на его мимолетное прикосновение к губам во мне просыпались больше отрицательных чувств нежелания. Чем положительные — желания.

А если сравнить с эмоциями, которые пылают, когда рядом Глебом. Все во мне кричит, что это он. Если так, может нужно понять, кто была та брюнетка. Что их связывает. И даже возможно первой поцеловать парня.

Потому что Глеба я хочу целовать. Причем сильно. С продолжением на приставания.

И это меня пугает, и чуточку вдохновляет.

Глава 22

— Ну что Ксюш, будешь работать под псевдонимом? — вбивая последние данные для заявки, спрашивает меня Рома. — Или под своим именем?

— Под своим.

Листаю примерный будущий буклет с моим портфолио. Сегодня я привезла вчерашние снимки и отдала их Роме для обработки. Предыдущие фотографии уже аккуратно разложены по местам, а конкурсная работа ждет своей отправки.

Осталось дело за малым.

— Поражаюсь твоей способностью перевоплощаться, Ксю.

В голосе восхищение и в глазах мечта. А сколько невысказанных надежд я вижу в фотографе. Надеется на мне поднять себе уровень. Но для этого мне нужно полностью отдать себя его ателье.

А этому не бывать. И он это знает.

Поэтому и молчит.

— Я всё сделаю на высшем уровне, — ударил по последней клавише парень и встал. — Можешь быть спокойной.

Я разглядываю Рому и не могу понять. Что со мной не так.

Красивый, ухоженный и интересный парень. Небольшая горбинка на носу его не портит, а придает печальный образ. Ухоженный, но в меру. Каждую секунду прическу точно не поправляет. Или я не замечала этого за ним.

Но почему меня не клинит на нем.