Ирина Леухина – Где начинается радуга? Часть 3 (страница 2)

— Мистер Кван влюблен в тебя, Ксюша, раз купил завод и дал работу деревенским.

— При том что большая часть прибыли уходит на увеличения количества грамотного населения и улучшение здравоохранения, — тихо добавила я и отвернулась к окну, за которым мелькал вид на Москву.

— Он само благородство этот Кван, — издеваясь проговорил Матвей.

— Знаю, — прохрипела я. — Но я не люблю его при всем его великолепии. И самое противное, он знает, что я не люблю его. Но он продолжает любить и надеяться на взаимность. Я такая стерва.

Между нами повисло тяжелое молчание, которое Матвей поспешил прервать.

— Как ты не боишься ездить в свою благотворительную африканскую деревню.

— А чего бояться, — удивилась я. — Я по их меркам не красивая. Затем все люди знают меня. А еще они мне благодарны за помощь, поэтому каждый готов защищать меня, лишь бы я возвращалась.

— Но ведь Ануш, — резко замолчал, но все же решился закончить. — Она погибла год назад на одной из акций.

— Она погибла не во время благотворительной акции, — нахмурилась я и повернулась к нему. — А во время спасательной операции. Там рисков вдвое больше. Никто не мог предсказать, что она отправиться туда, где произойдет второе обрушение.

— После того как спасатели проверили там все, — прибавил он.

— К чему ты это? — не понимающе, пробормотала я.

— А то, что как бы эфиопы тебя там не любили, всегда есть риск, что что-то пойдет не так. Вдруг война, террористы или болезнь. Ксюша, я таким неуклюжим образом пытаюсь предостеречь тебя, потому что волнуюсь.

Мы продолжили ехать, думая каждый о своем. На светофоре Матвей затормозил, и в этот момент на экране его телефона выскочило уведомление. Он прочитал его с широкой улыбкой на губах.

— Я чего-то не знаю или правильнее сказать кого-то? — прищурилась я.

Матвей хмыкнул и тронулся с места. Сделал поворот и затем снова затормозил на светофоре. Он упрямо сохранял молчание, но я видела как его распирало от вспыхнувших чувств и желания поделиться.

— Матвей Марков, сейчас никто в тебе не признает того Мрака, которого я помню. Ты сейчас больше на светика семицветика похож.

— Малахит, ты как всегда ляпаешь глупость, — засмеялся Матвей. — Мраком я в школе был. Тогда это было круто. Леха придумал это прозвище, и оно зараза приклеилось. Да и девчонок так клеить удавалось быстрее.

— Так кто из тебя светиком сделал?

— Мила. Ее зовут Мила, — повторил он. — Я с ней в клубе недавно познакомился и это меткое попадание прямо в сердце. Она милая и нежная, а еще такая независимая лисичка, которую охота постоянно ловить. Но при этом в ее глазах я вижу столько обожания, что делает нашу игру такой сладкой.

— Ого, — ахнула я, смеясь. — Точно светик, а не мрак. Мила совершила то, о чем мечтали многие девчонки со школы.

— Она меня пленила, — прижал руку к сердцу Матвей, тормозя около подъезда моего дома. — Мне на встречу нужно, поэтому на кофе не поднимусь, но завтра приглашаю тебя на обед.

— Хорошо, ты ведь не передумал вкладывать деньги в фонд лечения бесплодия?

— Завтра и поговорим об этом. Но нет. Не передумал, Ксю. До завтра. Отдыхай, а то весь день ехала сюда.

Матвей и я вышли из машины. Он достал сумку из багажника и слегка обнял меня на прощание, затем сел в машину и уехал на встречу. А я задумчиво следила как фары в последний раз подмигнули мне перед тем как скрыться за поворотом.

Медленно развернулась к многоэтажному зданию с элитными квартирами и безрадостно вздохнула. На самом верху есть пентхаусы, которые покупали супер богатеи. У меня же квартира находилась ниже и по квадратным метрам она меньше, но я нуждалась в любом удобном жилье, а не в месте для постоянной жизни.

Я зашла в подъезд, где меня встретил консьерж. Их основная задача знать в лицо всех жильцов и выполнять их просьбы. К примеру, в моей квартире есть растения, которые они поливали, получая за это приличное жалование.

Нынешний консьерж — сухощавый мужчина лет пятидесяти с седыми короткими волосами. Он галантно поклонился, подавая мне ключи от квартиры, отчитался о проделанной работе и передал полученную ими почту.

Я вошла в квартиру одна. Она полностью готова к моему приезду. Везде все отмыто и проветрено. Холодильник полон едой и напитками, а также на столе меня ожидал готовый ужин. Аппетитный запах витал в воздухе, но при этом полные тарелки спрятаны под металлическим клошем, чтобы еда не утратила тепло свежеприготовленной пищи. Рядом стояли откупоренная бутылка красного вина пино-нуар и бокал на тонкой ножке.

Оперативно сработано, хотя я им сообщила только дату прилета. А еще, как выяснилось, они знали мои вкусовые предпочтения. Открыла клош, а там паста с грибами и жюльен. Эти блюда идеально сочетались с пино-нуаром.

Отошла на кухню, чтобы помыть руки, а затем села за стол. Девятнадцатый этаж позволял смотреть на распростертый передо мной город. Вкусная еда, красивый вид и абсолютно одинокая квартира. После ужина я приблизилась к французским окнам и лбом уперлась в стекло, оставляя потные отпечатки.

Дыхание создало влажное облачко, на котором я вывела «Глеб» и тут же резко стерла. После чего быстро ушла в спальню. Завтра вернется Ксения Малахит, — решительно пообещала про себя я. Бизнес-вумен, владелица успешного модного дома, кстати лучшего в Москве, а также щедрый меценат и талантливая модель. Надо только пережить эту ночь страданий и тоски.

Глава 2

Утром после хорошей порции спорта и кофеина я наконец привела свои чувства в порядок. Прошла через крутящиеся двери в мой дом моделей и оглянулась, а воспоминания словно замедленный фильм замелькали перед глазами.

До того как я стала владелицей собственного модельного дома прошло много лет. Сначала пять лет работы моделью, затем представителем одного итальянского дома мод. Вообще свой первый год в Париже я с Ануш работали над одним проектом. Но потом я подписала контракт с Нью-Йорком и переехала туда, а Ануш осталась в Париже. Мы не виделись больше шести лет, но затем состоялась встреча в Москве, которая подвела черту нашего нового сотрудничества.

Оказалось, что мы мечтаем об одном и том же. Сделать Москву столицей мод, наравне с такими гигантами как Париж, Милан, Лондон или Нью-Йорк. Не просто столица страны, а центр, где тоже могли появляться тренды всемирной моды.

В тот год я закончила свой контракт с Миланом, отказалась от предложения Версаче и вернулась в Москву. Я и Ануш начали строить нашу мечту по кусочкам. Почти по маленьким кирпичикам. В Москве после нашего открытия все прежние друзья неожиданно стали врагами. А заграницей нас еще не принимали всерьез. Приходилось продираться сквозь густой терновник, чтобы достичь той вершины, до которой мы хотели дойти.

Сначала Ануш нашла потрясающего дизайнера. Невероятно талантливого, но абсолютно не предприимчивого. Нам пришлось выдирать его из лап лицемерных сук, которые пользовались его талантом, при этом не давая развиваться ему. Затем я нашла моделей двое мужчин и одну девушку, которые сейчас покоряли Париж, но от нашего лица.

Мы шаг за шагом продвигались к вершине и добились ее.

Однажды я рассказала Ануш про свое хобби. После случая с яйцеклеткой, когда благодаря мне у женщины появился шанс стать матерью и обрести свое счастье после гибели своего ребенка, я ощутила небывалый всплеск радости. Раньше я думала, что ощущение жизни мне давали одни лишь съемки. Только перед камерой я становилась живой и полноценной. Затем в моей жизни появился Глеб, который тоже помог мне ощутить вкус жизни, но я от него отказалась. Я думала, что не смогу больше нормально вздохнуть. Меня даже перестал радовать моделинг, ради которого сама же отказалась от Глеба. Но потом мое сердце вновь начало биться, когда во мне появилось безвозмездное милосердие. Чувство для меня абсолютно новое, когда помогаешь не ради чего-то, а ради чужого счастья

Ануш сначала скептически отнеслась к моим излияниям, но затем сама прониклась. Однажды она поехала со мной в один детский дом, куда я привозила подарки, там же играла с детьми и устраивала мастер классы моделинга или фотограф-сессии с последующей раздачей фото. Холодная и равнодушная к чужим страданиям Ануш прослезилась. В следующую мою поездку она напросилась сама и принимала непосредственное участие во время встречи.

После этого мы каждый год ездили на массовую волонтерскую работу, и периодически приезжали на городские благотворительные мероприятия. К детям мы приезжали на каждые праздники, а если не могли, то устраивали им полноценное торжество.

В любых крупных акциях мы участвовали вместе, но однажды Ануш поехала без меня. Срочно собирались опытные волонтеры для помощи во время спасательной операции. В России на берегу Тихого океана случилось землетрясение. Опасались, что случится цунами, но обошлось. Вот только некоторые здания все же разрушились. Во время спасательных операций волонтеры должны находиться в палаточной зоне. Их работа располагать пострадавших, делать списки умерших и потерявшихся, кормить, разносить одежду и провожать на транспорт. Но Ануш всегда была упрямой и несговорчивой. Она отправилась вместе со спец отрядом, который вытаскивал людей из завалов, и, услышав писк ребенка, забежала в полуразрушенное здание. Оно не устояло и обвалилось, когда Ануш почти вывела девочку. Ребенок выжил, а Ануш нет. Это случилось почти год тому назад.