Ирина Лазаренко – Взломанное будущее (страница 38)
– Я устал слушать ваши глупые обвинения, – вдруг говорит Джам. Голос у него хриплый, низкий и вибрирующий. От полученных оскорблений мужчину потряхивает. – Котёнок, попроси подругу открыть дверь. Я вызову такси…
– Никто не выйдет до утра, – терпеливо повторяет Рамона. – Или ты будешь пытать меня, чтобы узнать стоп-слово?
– Немедленно открой дверь! – не унимается Джам.
Он шагает к Рамоне, и Виктор поспешно убирается с его пути. Прайла хмурит лоб и тоже отступает. Ардо встаёт с кольцевого дивана и выжидающе смотрит на жениха своей бывшей одногруппницы.
– Ну вот, – довольно констатирует Рамона и скрещивает руки на груди, – занервничал. Неужели, Сью, ты до сих пор не хочешь принять правду?
– Зайчик, – спрашивает та, разворачиваясь к будущему мужу, – всё сказанное здесь это ведь бред?
– Конечно! – Мужчина с ненавистью оглядывается по сторонам. – Ты была права. Нам не просто завидуют. Это форменное безумие…
– Ага, иначе бы ты и не сказал, – выпятив широкий подбородок, басит Ардо. – Рамона предупреждала. Зря! Лучше сознайся, быстрее закончим…
– Какой же ты изворотливый гад! – покачивая тёмно-коричневой жидкостью в бокале, поддакивает Прайла. – Бессовестный ублюдок, обманувший нас всех! Я ведь и правда поверила во внедрённые воспоминания о тебе… Но сейчас мы прочитаем твои настоящие изнанки.
Щёки Сьюзан заливает краской. Джам бледнеет, Виктор потирает высокий лоб, на котором ещё заметны шрамы от старых линкерских портов. Если в современном мире и существует угроза страшнее, чем произнесённое мышкой-Прайлой, то это лишь форматирование персонального секретата.
– Только попробуйте! – шипит Джам и оглядывается так, будто задумал сбежать через зарешеченное окно.
– Или что?! – с вызовом ухмыляется телоскульптор.
И перемещается, преграждая путь к стойке с каминной кочергой и совком для золы. Виктор снова вздыхает, наблюдая за Рамоной и Криндом. Последний всё ещё рисует под музыку, окончательно потеряв интерес к происходящему.
– Вот декодирующие скан-щупы, – подрагивающим от напряжения голосом говорит Рамона и извлекает из персонального эфира огромный цифровой инструментарий. – Вот цепочки универсальных нейроферомонов с чёрного рынка… А ведь я рисковала, знаешь ли… Вот штрихбаза для допроса твоих секретатов. А это метабанк данных, которые мы сопоставим с твоими воспоминаниями для отсечения суррогатных…
Она похожа на популярного телопластика, готовящегося к шоу-операции. Вокруг девушки зеленоватыми полотнищами мерцают изнанки и прошивки, в том числе и полулегальные, за любую из которых оперативники КЭБ по голове не погладят.
Виктор следит с интересом и уважительным удивлением. Кринд поднимает голову, чешет стилусом нос и возвращается к рисованию. Прайла подходит ближе, сливает эфиры с Рамоной и изучает виртуальные орудия. Ардо обманчиво расслаблен, он неотрывно следит за Джамом. Сьюзан закусывает губу и тихо стонет.
– Я хорошо подготовилась, Джам, – Рамона сверкает белоснежными зубами. – Брачный договор тает, будто мираж?
– Сука! – рычит тот и бросается к ней с вытянутыми руками.
Сьюзан визжит, а телоскульптор устремляется наперерез. Его правый кулак влетает в рёбра Джама. Мужчина с грохотом сбивает со стены полку с муляжами старинных книг, чуть не сносит граммофон, повисает на дверце бара. Лицо Джама кривится от боли и стыда, Ардо хрустит шеей и презрительно изучает его сверху вниз.
– Не будем мешкать, – повышая голос, Рамона обращается сразу ко всем. – Давайте, друзья, объединим изнанки, вооружимся и вскроем урода, чтобы Сью наконец-то поверила…
Она поворачивается к Кринду и требовательно щёлкает пальцами. Тот не замечает, и Рамона посылает секретата. С недовольством отложив набросок, патлатый нелюдимый неонерд приоткрывается и сращивает эф-сферу со сферами других. Ардо, Прайла и Виктор уже внутри, устанавливают границы интер-коллективного соединения и разбирают цифровые инструменты.
Джам вернулся на прежнее место, растирает отбитый бок и восстанавливает дыхание. Его секретат пытается вызвать полицию, но без особого успеха или энтузиазма.
– Вик, ты самый опытный, – командует Рамона, стараясь не смотреть на белую как снег Сьюзан, – та сидит на паркетном полу, скрыла лицо ладонями и беззвучно рыдает, – начинай, мы поддержим…
– Вообще-то я ушёл из «Поляриса» три года назад, – Виктор неуверенно пожимает плечами. – Не уверен, что смогу в полной мере помочь. Вот если бы у меня ещё были порты или препараты, но…
– Хватит скулить, Вик! – осекает его Ардо. – Просто сделай, о чём просит Рами.
Виктор в целом прав, он давно не занимался подобным. Сейчас, если верить новостям, у него своя контора по изготовлению дешёвого нейроэфирного софта. Не ахти что, но она-то и помогла бывшему линкеру сойти с полукриминального пути.
Подобные Ардо открыто презирают эту «никчёмную паразитическую работёнку». Графисты-неонерды одобряют. Рамона и её коллеги из трансавиационного сопровождения считают несерьёзным хобби. Прайла ревнует, но она сама выбрала путь свободного художника… За последние полвека мир породил десятки новых профессий, но словосочетание «свободный художник» так и осталось обитать в человеческом сознании.
Прайла косится на экс-линкера и задумчиво теребит русую прядку – из всех собравшихся ниже её по социальному статусу хотя бы Кринд, и это приносит виноватое облегчение…
– Давай, Вик! – подбадривает Прайла и делает ещё один глоток бурбона.
Они не двигаются с мест. Но всем кажется, что Джама обступает собачья стая. От обилия мерцающих в эф-сферах данных пестрит в глазах. Секретаты Джама выходят навстречу вторжению и готовы отражать атаки, но шансы неравны.
Виктор поражает всех – манипулируя изнанками, он находит столь хитрый способ подобраться к ядру Джама, что Кринд заинтересованно изгибает бровь, Рамона хмыкает со знанием дела, а Ардо даже не успевает ничего понять.
Жених Сьюзан извивается, его сфера деформируется и стремится к нуль-точке, но скан-щупы под управлением линкера уже вцепились в изнанку и тянут, выворачивая и рассеивая инъекции метабаз.
– Твари… – шипит Джам, истекая потом.
– Лживый ублюдок! – сквозь зубы возвращает ему Рамона.
– Отпустите его, – едва слышно шепчет зарёванная Сьюзан. – Какие же вы после этого друзья?..
– Не лезь! – рявкает Ардо.
– Это для твоего же блага, – пасуя Виктору новой агрессивной изнанкой, добавляет Прайла. – Ты поймёшь…
– Это не интервенция, – воет Сьюзан, заламывая руки. – Это насилие!
И вдруг всхлипывает, привставая и со злостью нацелив палец на Рамону:
– Откуда мне знать, что вы не подсаживаете ему ложные метабазы?! Вы пойдёте на всё, лишь бы скрыть ошибку! Завистники!
Теперь она кричит, стоя на коленях и размахивая руками:
– Моральные выродки! Бледная моль, которую никто не любит! Перекачанный импотент! Жалкий лохматый задрот! И стерва, которая притворялась моей лучшей подругой!
– Мы ничего не подсаживаем, – властно бросает ей Виктор. – Я контролирую протокол!
Он кажется спокойным, и лишь горящие глаза выдают бушующий азарт взломщика. С каждым новым действием скорость Вика растёт, и Джам уже почти не сопротивляется вторжению. Рамона – коварная Рамона, спланировавшая бесчеловечную интервенцию, – оказалась права, и экс-линкер помнит ещё много коварных уловок.
– Ты вскрыл ядро? – дрожа от волнения, спрашивает та, когда Виктор изучает первые полученные данные. – Ну же!
– В целом, да…
Чужие изнанки перед лицом линкера развёрнуты до состояния базовых конструктов, непонятных никому иному. Вик впитывает чистый код. Прайла замечает, что собранный Рамоной арсенал внезапно усилен парой программ, законность которых тоже весьма сомнительна…
– Не буду вдаваться в детали, – с жаром добавляет Виктор, и его секретат торопливо прячет в нижних слоях персонального эфира несколько подозрительных щупов, – но я узнал, что Джам не тот, за кого себя выдаёт…
В просторной комнате лесного дома воцаряется тишина, в которой слышно лишь потрескивание догорающих в камине поленьев. Кринд откладывает планшет. Прайла осторожно возвращает пустой стакан на полку бара. Ардо хмурится, ожидая приказов. На Сьюзан нет лица.
– Это правда? – шепчет она.
– Конечно, нет, котёнок… – обессиленно отвечает Джам.
– Так он будет упираться до утра… – жёлчно усмехается Прайла.
– Вик, да шарахни его уже чем-то посильнее! – потеряв терпение, вдруг выпаливает Кринд, и Рамона косится на осмелевшего парнишку со смесью удивления и гадливости.
Но Виктор не успевает ответить, потому что Джам преображается. Его эф-сфера вдруг костенеет и сминает интер-коллективные границы, будто трактор бумагу. Секретаты обрастают защитными протоколами без маркеров подлинности. Замкнув защиту, Джам устало потирает лицо…
– Долбаные мудаки, – с невесёлой усмешкой бормочет он. – Что, больше других нужно? Верно говорят: хочешь завести жену, сначала перестреляй её бесценных подруг…
Он машет рукой, и заготовленный Рамоной инструментарий сдувает осенними листьями. Прайла испуганно отшатывается, Ардо поднимает кулак. Но первым действует Виктор: его инстинкты срабатывают на уровне автоматизма, и он контратакует – быстро, грязно и невероятно сильно.
Таранный выпад Джама, нацеленный по изнанкам Вика, тот отбивает с лёгкостью и заметным изяществом. А затем тактично сдвигает сферы друзей за спину и бьёт сам.