Ирина Лазаренко – Невыносимые. Не вечное лето (страница 2)
– Просто охренеть что такое.
– А знаешь, что еще больше охренеть?
– Знаю. Что наша злыдня просто ушла. Не подняла ор выше гор, не попыталась оторвать Дефаре хвост, не…
Тахар кивнул.
– И что это значит? – спросил Элай.
– Я думаю… давай возьмём ещё эля и подождём. Аль скоро сама придёт и всё расскажет.
Ортайские монеты хозяйка приняла, не моргнув: приграничье, тут всякие деньги в ходу. Сдачу выдала местными медяками – они оказались чуть тоньше и другой чеканки: солнце и виноградная кисть вместо ортайского дубового листа.
Друзья не выпили ещё и по полкружки, когда Алера сбежала вниз по лестнице.
– Уехала?
– Угу.
– В какую сторону?
– Туда.
– Ясно. Ну, теперь мы сможем путешествовать днём. И никто не станет ныть, что у него рога хрустят от солнца.
– Путешествовать в Ортай? – уточнил Тахар, не очень-то в это веря.
– Нет, разумеется. За Дефарой.
Алера бросила на стол знакомый замшевый мешочек. Друзья какое-то время таращились на него, не в силах поверить, что они видят то, что видят. Потом Элай медленно-медленно проговорил:
– Ты спёрла у Дефары Кристаллы?
Алера шмыгнула носом.
– Ну а чего она! Сама же говорила, что ей нужна наша помощь, чтоб усыпить дракона. Вот и пусть теперь попробует без нас обойтись!
Глава 1
Вечерний воздух дрожит над полями, всё вокруг как будто уснуло.
– Мы словно ищем призрака, – ворчит Алера. – Причём он не хочет, чтобы его нашли.
Ворчит она, понятное дело, лишь для порядка и чтобы разбавить дорожную тишь.
– Тогда нам нужно думать как призрак, – предлагает Элай, и не понять, шутит ли он. – Не важно, чего там Дефара хочет, она не может обходить все селения. Ей нужны деньги, нужно где-то спать днём и что-то жрать, сменить лошадь… надеюсь, эта штука нам не соврала, и её грифон правда помер. Вот если она может летать – это проблема.
Жаркий влажный воздух ложится на лицо удушливым одеялом.
– Она поехала
– Ещё Вулг, – вспоминает Алера. – Тот орк-объездчик. Но скорее всего, Кальен. Он же прислал птаха, правильно?
Дорога тянется через поля и разбегается натрое, к трём посёлкам.
– С какого начнём? – спрашивает Алера и, чуть наклонив голову, изучает указатели.
– С Ярны, она ближе, – Элай не колеблется. – Если там ничего, поедем в Румис. А Мидорн напоследок, он самый дальний.
– Но если Дефара поехала в Мидорн, мы потеряем день до завтра, – замечает Тахар.
– Зато если мы её не найдём в Ярне, то успеем проверить Румис сегодня, – парирует Элай, и ни у кого не находится возражений.
Путники направляют коней по дороге к посёлку под названием Ярна.
***
Местная легенда гласит, что первый гончар Мидорна спас какой-то город во время осады: создал кувшины, способные «пить» влагу из воздуха. С тех пор, правда, никто таких кувшинов в глаза не видел, и в самом Мидорне ничего не наводит на мысли о великой его истории или невероятно талантливых ремесленниках. Обычный меравийский посёлок, в меру живой и в меру сонный, пахнущий ранними абрикосами, навозом и кошеной травой.
Снова время к полудню. Ближайшая таверна.
– Была ли тут женщина? В плаще с капюшоном, на большой лошади? Могла платить ортайскими монетами.
Хозяин-гном равнодушно мотает головой.
Другая таверна.
– Была ли тут женщина в плаще с капюшоном…
Старуха-хозяйка испуганно машет полотенцем:
– Ничего не видела, откуда мне знать, и дела мне нет! Кыш!
Кузница. Лавка.
– Была ли тут женщина в плаще…
Наконец орк в одном из дворов останавливается, упирает в живот большую корзину с сеном для кроликов, энергично кивает:
– Проезжала вчера. У Рамонды чердак снимала!
Пересечение улиц, гогот гусей, визги детей.
– У вас была женщина в плаще с капюшоном…
Толстая чернобровая Рамонда проталкивается к забору через ватагу детей и котов.
– Была такая. Вчера днём спала на чердаке, вечером двинулась в путь.
– И куда пошла?
– Да мне откуда знать? Вроде на Карассир свернула.
– Айолткасс, Кальен, Вулг, Ворзунок. Знаете таких?
– Тьфу на вас, чего вы тут ещё бормочете? Идите куда шли, баламуты!
***
Следующий вечер, речная переправа Карассир при хозяевах – бывших наёмниках. Тут же небольшое конное хозяйство, мельница, мастеровые лавочки. Путников хватает, многие остаются на ночь: говорят, если вечером бросить под мост монету, можно увидеть вещий сон.
– Наверняка сами хозяева это и придумали, – пожимает плечами Элай.
– Наверняка, – вяло соглашается Алера и отирает рукавом лоб, размазывая пот и грязь. – Но всё равно очень хочется поспать в постели. И искупаться.
– Кто нам мешает?
Сразу устраиваться не стали, пошли с расспросами.
– Была ли тут женщина? В плаще с капюшоном, могла платить ортайскими монетами.
– Тут много женщин ездит, милая.
– На большой лошади, в плаще…
– Э-э, милая, лошадь-то она сменила.
Конное хозяйство при переправе, объездчик-гном.