Ирина Котова – Вороново сердце. Часть 2 (страница 58)
В это время над дальним порталом расцвела едва видимая отсюда надпись «Слияние рек». Бермонт провел взглядом по равнине, остановился там, где за пятнами леса сливались два рукава, вгляделся… И увидел-таки звериным зрением крошечных стрекоз, вьющихся километрах в трех отсюда. А затем — дымок, тонкий, едва различимый.
— Они там! — рявкнул он, привлекая внимание Алмаза. — Километров семь отсюда! Нужно очищать здесь все и двигаться навстречу. И показать им, что идти нужно сюда!
Алмаз поднял руки вверх, выжигая огнем пикирующих сверху стрекоз. Бермонт не знал, чего это ему стоило, потому что пламя, прежде чем потухнуть, на десяток секунд сложилось в говорящую, крутящуюся вокруг своей оси надпись «Сюда!» со стрелкой, указывающей прямо на портал.
Теперь двойных толкований быть не должно. Эту надпись на всей равнине должно было быть видно.
Демьян, отступив назад, воспользовавшись отходом решившего перестроиться врага, вновь взялся за автомат. И, снимая пулеметными очередями всадников со стрекоз, он вдруг осознал, что здесь, у портала, почти нет невидши.
Не значит ли это, что самые опасные твари пошли навстречу беглецам?
Отряд поспешно зачищал пространство вокруг, маги начали выпускать огнедухов — почти сто пятьдесят духов пламенным салютом за несколько минут расчистили значимое рассрояние вокруг портала, а с равнины к двум горячим точкам летели и неслись по земле иномиряне на инсектоидах, собираясь в два ударных кулака против чужаков.
Лакторева и Ли Сой остались зачищать фланги — много там было работы, очень много, а Демьян с берманами, магами, Алмазом и Чернышом пошли вперед, навстречу беглецам, продвигаясь с величайшим трудом, шаг за шагом, пядь за пядью пробивая коридор к тем, кто шел им навстречу. Неба не было видно от налетевших стрекоз, то и дело на отряд бросались стаи невидши, неуловимо быстрые и смертоносные. Если бы не огнедухи, которые уже начали тускнеть и один за другим нырять обратно в камни, отряд бы точно уничтожили еще на середине пути.
Алина
Вдох. Выдох.
Их загоняли как диких зверей, безжалостно и умело.
Вдох-выдох.
Алина не понимала, в ту ли сторону они бегут. Вокруг был лес, а иномиряне наседали так, что не было возможности даже задрать голову и отследить положение солнца.
После падения стрекозы, которая могла бы донести их прямо к порталу — могла бы, если бы не нападение тени-паука! — жизнь снова сузилась до бега-полета вслед за Троттом без права не передышку. Макс успел сорвать Алину со спины раньяра, и приземлились они уже на крыльях туда, куда несколькими секундами ранее спрыгнул с дерева неубиваемый Чет. Стрекоза со сломанными конечностями корчилась впереди, всадник сломанной куклой лежал рядом.
Еще один, кого она убила.
Но эмоций не было. Остался только бег по грязи и хлюпающим мхам — наводнение дошло и сюда, — и парение в воздухе, тяжелое дыхание, мелькающие мимо стволы, поток стрел и автоматные очереди сверху, бьющие о щит. Пикировать стрекозы не могли: лес стоял густой, перемежаемый степными проплешинами. Вот на этих проплешинах иномиряне и нападали на беглецов.
Вдох. Выдох.
Вдох-выдох.
Сердце должно было разорваться еще километр или два назад. Но Алина все жила — потому что видела больной, тяжелый взгляд Тротта, когда он оглядывался на нее меж вспарыванием крыльев стрекозам. И щит, который все сокращался, тоже видела.
Если она упадет, если ее не будет рядом, Макс не выживет. Не дотянет до портала, несмотря на Чета, который, казалось, превратился в чистый смертоносный ветер, ухитрявшийся выпрыгивать из-под щита, пролетать меж очередями из автоматов и срезать одного раньяра за другим. Безумие в его смехе пугало.
Макс с Четом несколько раз пытались захватить еще одного раньяра — но слишком плотны были стаи, и свои же прошивали крылья стрекозам, если беглецам удавалось до нее допрыгнуть.
Но если бы враг ограничился раньярами!
Вдох. Выдох.
Руки горели. Горело все тело.
Вдох-выдох.
Минут через пятнадцать после падения к стрекозам, которых становилось все больше — казалось, что не менее сотни летит за ними, — пришли и невидши. Они стаями в десять-пятнадцать голов переплывали реку и нападали с обеих сторон, пытаясь выцепить момент, когда кто-то из беглецов оказывался за щитом. Четери с Троттом приходилось проявлять чудеса ловкости, чтобы проредить их и не попасть под выстрелы.
Затем невидши появились впереди — выстроившись в цепь, схватив друг друга за руки-лапы.
— Алина! — крикнул Макс, и она двумя взмахами крыльев настигла его, вцепившись в руку, и ощутила, как потек от нее к нему жар. Он зашипел, словно хотел отдернуть ладонь, но лишь сильнее сжал пальцы.
Вокруг на расстоянии метров тридцати падали прахом враги, прах от летящих низко стрекоз накрыл щит серым саваном, и стало понятно, насколько же он сократился.
На миг воцарилась тишина. И снова завизжало, заревело отовсюду: черные тела невидши пробирались по уцелевшему лесу к пятну, останавливались на границе — но вот уже первый шагнул в прах, второй…
Тротт отдернул ладонь и посмотрел на нее — кожа покраснела. Алина недоуменно глянула на свою руку.
— Сможет ли Ворон выйти теперь, когда столько порталов закрыто? — крикнул в этот короткий момент передышки Четери.
Алина подняла взгляд на Тротта. Его зеленые глаза полыхнули тьмой, и он ответил пробирающим холодом голосом бога:
— Я надеюсь на это, сын моего брата. Но порталы балансируют на грани… то усиливаются так, что я бы прошел, если бы отдал почти всю силу, то ослабевают настолько, что даже войти не получится… еще бы немного ослабнуть Туре… еще бы немного!
— На месте разберемся! — крикнул в ответ Чет. — Отдать силы ты всегда успеешь, Великий! Может, та тварь вернется!
Его улыбка напоминала оскал хищника.
— Затем и берегу силу, потому и не помогаю вам, — отозвался бог.
Они снова побежали, кроша невидши, — кончилась передышка. Недолго бежали: затрещали, ломаясь, вековые папоротники, и пошли к беглецам тяжелые тха-охонги со всадниками, а за ними — прыжками, врезаясь в щит, охонги. Сверху, на недосягаемой высоте, орал приказы иномирянский командир — и те, кто сидел на тха-охонгах, заставили их поднять лапы, чтобы ударить по щиту.
Алина вновь сунула руку Тротту, тот молча принял ее, дернулся от боли — и пошла вокруг волна праха. Стоило ей опасть, как Четери, закрутившись волчком, метнул клинок туда, откуда звучали приказы, — и стрекоза крылатой юлой рухнула неподалеку вместе с человеком.
Снова бег с переходами на полет. Снова сорванное дыхание — и давящие со всех сторон иномиряне на инсектоидах.
Алина видела, что по вискам никогда не устающего Чета катятся струйки пота, а его лицо словно высохло, и двигаться он стал еще быстрее, хотя казалось, что быстрее уже невозможно. Он бил клинками, резал, он метал их, сбивая стрекоз, бросал закрученными, снося невидши головы. Он был настоящим богом боя.
Вдох. Выдох.
Алину кидало то в жар, то в холод. В голове то было пусто, то взрывалась паника: cумел ли Вечный Ворон убить напавшую на них тень или она вернется?
Вдох-выдох.
Тротт отстрелял все подготовленные Четом стрелы и бросил лук, взявшись за клинки. Он почти не смотрел на Алину, но она ощущала кожей, как он мрачно-сосредоточен. Как и она сама — собственно, если бы из сосредоточенного устремления их тройки можно было сделать оружие, то выковался бы острейший нож, проложивший путь к порталу.
Алина делала что могла: бежала так быстро, как была способна, не лезла под руку, держалась под щитом, который все сжимался, и следила краем глаза за Троттом, чтобы в нужный момент вновь дать ему руку, дать ему силы. И чувствовала, как ее тело наполняется пульсирующим жаром, словно каждый шаг к порталу заставлял кровь вскипать.
Когда далеко впереди сквозь кроны папоротников засияла зеленая звезда и стала опадать вниз, Алина не поверила своим глазам. Она, перепрыгивая на крыльях очередную тушу тха-охонга и шевелящуюся, тянущуюся руками-лезвиями к ней массу посеченных невидши, даже не сразу поняла, что это такое. А потом спохватилась и истерично заорала на лету:
— Это что? Это же сигнал, да? Сигнал!!!
Четери, в полете срубивший башку охонгу, опустился на землю и на бегу развернулся к Тротту. Макс, выскочивший за щит, чтобы срезать пару невидши, кинул в небо взгляд — и Алина увидела, как он судорожно выдохнул. Как на ходу распрямился, будто ноша его стала чуть легче.
— Да! Да! Сигнал! — выдохнул Тротт.
Сердце принцессы дернуло таким счастьем, что стало больно. Все-таки за ними пришли! И богов здесь уже нет, значит, отряду помощи ничего не грозит!
— Может, и Свидерский там? И Матвей? — закричала она на бегу.
— Нужно дать знак, что мы здесь! — Четери затормозил, расправившись с парой невидши. Руки его и лицо были покрыты слизью. — Макс, остановка! Придержи тех, кто вокруг!
Тротт кивнул. Пошел по кругу с клинками — но снова начали сверху сыпаться стрекозы, и Чет прыгнул ввысь, чтобы отвести их от щита.
— Я сделаю, сделаю! — крикнула Алина.
Ее спутники, зачищающие по краям щита охонгов, карабкающихся по телам своих сородичей, услышали и почти синхронно, не оборачиваясь, кивнули. Принцесса, торопясь, срезала с кустов сухие ветки и листья — на земле все было мокрым, — нашла камень, способный сойти за кремень, и принялась ожесточенно тереть его об одежду, чтобы высушить.