Ирина Котова – Вороново сердце. Часть 2 (страница 48)
Грохот стоял неимоверный, будто во всем мире одновременно начались землетрясения, извержения вулканов и грозы.
На площади, защищенной поднятыми в небеса метров на пятьдесят побегами терновника, еще тянуло гарью и жженой плотью — Ли Сой, пусть и не мог очистить все вокруг, точечно испепелил тела и своих, и чужих, и, выбрав более-менее свободное от туш инсектоидов пространство, расчистил площадку побольше. Затем тронул сигналку у себя на запястье, и через несколько мгновений открылось Зеркало и оттуда вышли более десятка магов и трое мастеров-драконов, которые тут же с жадным интересом стали крутить головами, разглядывая терновник, удивляясь и ужасаясь ему.
Мастер Юнеди, увидев Вея Ши, всмотрелся в него и с приязнью кивнул, будто старому знакомому. Кивнул и Ситникову. Подошел.
— Меня зовут Мастер Юнеди, а это Мастера Ити и Киноли, — представил он своих спутников. — Вижу, вы отмечены оружием моего учителя, юные воины. Рад, что Мастер Четери снова стал брать учеников.
— Для меня это величайшая честь, — не моргнув и глазом, почтительно отозвался Вей Ши. И Юнеди кивнул — да, конечно, великая, как иначе. Выжидающе посмотрел на Ситникова.
— А я просто нечаянно схватил меч, — буркнул маг.
— Нечаянно в этом мире ничего не бывает, — улыбнулся Мастер. — Хорошего боя, юные воины.
Последними шагнули в переход барон фон Съедентент и Александр Свидерский. Барон, присвистнув при виде терновника, тут же провел пальцем по сигнальной нити на своем запястье.
— Боги, Ситников, а вы что тут делаете? — спросил Свидерский, подавая руку Ли Сою, а затем и своему студенту.
— Навещал родственников и не смог вернуться на хутор, — угрюмо поведал Ситников, косясь на благожелательно улыбающегося Юнеди. — Я… это… Александр Данилович. Я с вами пойду. У меня резерв знаете, как вымахал? И заклинаний на мне куча, я подготовился, пока у роддома сидел. Не запрещайте мне, а? Я буду делать что скажете.
Алекс нахмурился. Посмотрел в спектре резерв, изумленно покачал головой и, помедлив, кивнул.
— Хорошо. Такая помощь не помешает точно.
— Правда можно? — просиял Ситников. — Спасибо! Спасибо! — и он затряс руку учителя, сжимая ее до боли. Алекс только головой покачал: если война закончится победой и все будут живы, нужно обязательно исследовать это чудо природы, восстановившееся из выгорания за несколько часов, да еще и физической силы прибавившее.
Не успели они обменяться рукопожатиями, как открылось еще одно Зеркало — и оттуда, хмурый и сердитый, в полосатом костюме, совсем не подходящем под вылазку в чужой мир, вывалился Гуго Въертолакхнет.
— Все эти концы света чудовищно невовремя, — проворчал он, закуривая трубку.
— Совершенно с вами согласен, — от всей души согласился Мартин.
— А, расхититель персиков, и ты тут, — смягчился Гуго.
— Почтенный Въертолакхнет, — тут же подхватил шутливый тон барон, — что же вы такой злопамятный? Я с вами прошел войну, я прикрывал вам спину, я подкармливал вашего Листика консервами, отрывая их от сердца, но стоило мне один раз украсть персик…
Вышла из Зеркала Таис Инидис, в плотных брюках, водолазке под горло, сверкающая накопителями и боевыми амулетами, ослепительно улыбнулась Ли Сою, царским кивком поздоровалась с присутствующими, со смешком обняла Гуго, который растаял и перестал ворчать.
— Ну что же, вы можете идти, Ли Сой, — проговорил Александр. — Виктория сориентируется по Мартину. Опирайтесь на меня, я помогу как опорник.
Йеллоувинец кивнул и исчез в Зеркале.
Через пару минут перед Мартином начало формироваться еще одно Зеркало, и блакориец, ругнувшись, вытянул руки вперед, вливая в него силу.
— Я, конечно, Вики буду любить любой, но что-то она потяжелела… раз в десять, — изумленно присвистнул он. — Или стихии совсем всмятку?
— Или она кого-то ведет с собой, — усмехнулся Алекс.
— Да это очевидно, — пробурчал фон Съедентент. — Очевидно, что мое чувство юмора слегка съежилось на фоне мировой катастрофы.
Из Зеркала наконец стали появляться люди… точнее, драконы в современных футболках и спортивных штанах, которые были им коротковаты — под изумленные возгласы Мастеров во главе с Юнеди. Драконы по мере выхода собирались с сородичами в кружок, что-то возбужденно обсуждая на древнепесочном.
Затем под восхищенно-недоуменное ругательство Мартина из серебряной глади вывалился вооруженный и пахнущий алкоголем Дармоншир, увешанный какими-то странными украшениями. Он тут же чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету, и великосветски заметил:
— Вы абсолютно правы, барон, я думаю об этой ситуации то же самое.
— Вы-то какими судьбами, герцог? — вновь удивился Александр. Они с Дармонширом виделись последний раз, когда Тротт принес Алину Рудлог во дворец и принимал решение идти за ней.
— Как и вы, иду спасать друга, почти брата, — откликнулся Люк и, видя непонимание, дополнил: — Владыку Нории захватили в плен и унесли в Нижний мир.
— Да, я в курсе, — подтвердил Александр. — Но…
— Не волнуйтесь, я понимаю приоритетность задачи, и мы с братьями по воздуху, — он кивнул в сторону драконов, — пойдем за Нории, только когда основная миссия будет закончена.
И наконец, появилась Виктория с распиханными по карманам накопителями размером с кулак, в драгоценном поясе, от которого лилась сила.
— Привет, милая, — Мартин с облегчением свернул Зеркало. Обнял супругу, поцеловал ее в нос, она его с нежностью — в губы. — Прикарманиваешь полезные в хозяйстве вещи?
— Эти только с возвратом, — улыбнулась Виктория. Вытащила несколько камней, сунула Мартину. — Бери, мне одной много. Сейчас Сане еще дам. — Она огляделась, присвистнула, точно как муж несколько минут назад, увидев терновник, за которым еле-еле просматривался портал на соседнем холме. Оторвалась от Мартина, обняла Александра, вручив ему камни, обменялась улыбками с Таис. — Ну что. Пора?
Глава 15
Тиодхар Тмир-ван знал, что почти все генералы, вышедшие на Туру с армиями, сталкивались с колдовством и чуждой силой. И потому был готов, что и его армия не пройдет легко.
Однако разве можно было приготовиться к тому, что раз за разом докладывали связные, прерывая допрос пленника?
— Мой генерал, — говорил один, — оборона города организована хаотично, но растение с шипами из слюды стало настоящим бедствием — оно словно разумно и бьет, цепляет, уничтожает наших охонгов, преграждает им путь. Высоты захватить не удалось — все дворцы оплетены этим растением, и оно даже в воздух стреляет лозой, сбивая стрекоз. К врагу все время прибывает подкрепление. В воздухе наших раньяров сдерживают крылатые звери и их становится все больше. И каждый из них обладает колдовским даром — в воздухе могут накидывать на себя невидимый щит, который пробить пусть сложно, но возможно, если насесть десятками раньяров. А на земле они извлекают из воздуха клинки, или плети, или колдовские сферы. Или становятся гигантами в три человеческих роста, и в таком виде могут с голыми руками выйти на охонга. Убитых среди них очень мало, своих они берегут, тут же, на месте ранения, лечат.
— Мой тиодхар, — со страхом докладывал второй, — сейчас бо́льшая часть наших отрядов скопилась вокруг холма, на котором открылись врата, наши войска не могут продвигаться. Улицы города узкие, расходиться по ним получается медленно из-за сопротивления и слюдяного растения, которое бьет по всадникам и инсектоидам, стоит только выйти. Единственные, у кого получается двигаться быстро, не считая отрядов на раньяров — невидши. Они режут и растение, и противника. Но они продвигаются вперед — а за их спинами снова вырастают заросли.
Тмир-ван хмурился, понимая, что если бы у защитников города были огненные орудия, которые встречали другие армии, то они бы уже накрыли его отряды со всех сторон и он бы проиграл, не сдвинувшись с места. Он изучил все доклады связных о боях других армий, изучил оружие противника и возможности их колдунов, но подобного не встречалось нигде. Могут ли его силы вообще противостоять такому колдовскому оружию, как это растение?
— Мой генерал, — говорил третий, прилетевший следом, — в городе появилась женщина с белыми короткими волосами, худая и маленькая. Она испепеляет наших воинов потоками огня, перегораживает улицы огненными реками, и ей служат пламенные птицы, которые жгут наших инсектоидов.
Тмир-ван поднял руку, осознавая то, что услышал, и взглянул на пленника.
— Как выглядит твоя жена? — спросил он. И добавил ментального давления.
Пленник измученно посмотрел на него глазами, так похожими на глаза сына, и Тмир-ван снова ощутил, как укололо сердце. Краем уха услышал, как задержал дыхание чиркающий пером по бумаге Арвехши и выдохнули стражники.
— Моя жена прекрасна, — медленно и певуче проговорил колдун. — Она белая, как облако, ростом мне по грудь, хрупка и тонка, как лоза, но силы в ней больше, чем во всей твоей армии.
— Что же, надеюсь, она так же дорожит тобой, как ты ей, и обменяет город на тебя, — усмехнулся Тмир-ван. Пленник, слабый и покоренный, не отреагировал.
Генерал понимал, что вести с полей боя тревожные и нужно идти в новый мир самому, смотреть на картину сражения, принимать неожиданные решения. Да, туда пошли воевать опытные военачальники, его тха-норы, которым он доверял как себе, — но все же опыта у него больше, и куда деваться, если весь город — это одна большая ловушка?