Ирина Котова – Огня дракону! или Микстура от драконьей депрессии (страница 4)

Дракон выбросил из головы странную, как ни суди, встречу, открыл сейф и занялся изучением загадки, которая не давала ему покоя – участившимися случаями краж полуразумных магических существ, вальшеров: пегасов, фениксов, снежных волков и огненных лис и так далее, которые жили в долинах, холмах и на взгорьях небольшими племенами на обоих континентах. Между кражами не было видимой связи, никто не мог назвать причину пропаж, внятно описать похитителей. Вальшеров крали и раньше – на магические снадобья и амулеты, в домашние бестиарии, – но обычно это были взрослые особи: с них материала можно получить больше. Сейчас же крали детенышей.

Миль-Авентис считал это дело делом чести. Пряха, создательница мира Эрдин и всего пантеона богов, оставила драконов приглядывать за своими волшебными созданиями, да и дракон издавна питал привязанность ко многим вальшерам и вообще не терпел зла – ну, кроме того, которое творил сам при необходимости.

Пропажи начались давно – и далеко не все следы ему удавалось распутать. Три года назад удалось выйти на след преступников, похитивших двух маленьких виверн, и даже спасти малышей. Глава преступного клана рассказал все, что знал, – и получалось, что следы того, кто заказывает похищение волшебных существ, обрываются именно в столице.

Выжав все, что мог, из преступников, Миль-Авентис наложил было на них заклятие доброты. Но, как всегда, причинение добра имело побочный эффект: во время произнесения заклинания проснулась память об одной из прошлых жизней между вековыми снами, и он нечаянно превратил бандитов в детей. Забавно тогда вышло, да и на пользу сработало. Что ни говори – дети самые добрые существа на свете.

Миль-Авентис перешерстил всю столицу сверху донизу, надеясь ощутить средоточие магической силы, которая всегда сопровождала волшебные существа, – но не ощутил ее. Он под личиной познакомился со всеми местными криминальными группировками и мог бы уже каждую сдать в тайную канцелярию – если бы его об этом попросили, конечно, – но никаких сведений о заказчике не нашел. Он предупредил каждую стаю, каждое поселение, что нужно быть осторожнее и сразу сообщать ему – но каждый раз информация приходила слишком поздно и на след преступника напасть не удавалось.

Он даже прошел все катакомбы под городом, рассчитывая, что существ прячут там. Нашел много сажи и засохшей слизи от уничтоженной нежити, следы от огнеметов и боевых заклинаний, кучи мусора (и куда только мэр смотрит, тут не только нежить заведется). Дракон, глядя на следы былой битвы, как наяву видел разыгравшееся сражение, даже пару раз улыбнулся: хорошо тут погуляли потомки его учеников, Горни-Вудхаусы, нынче преподающие в его академии. Но никаких следов волшебных зверей он не нашел.

Миль-Авентис раз за разом просматривал записи, карту, на которой отмечал пропавших существ, их список – всех по паре: маленькие фениксы, пегасята, горгулята и саламандры, ледяные волки и так далее… создавалось ощущение, что неведомый злодей задался целью собрать все виды волшебных созданий.

– Но зачем? Для чего? – в который раз произнес дракон вслух. И снова не нашел ответа.

Иногда Миль-Авентису казалось, что мелькает на краешке сознания какая-то мысль, какое-то воспоминание из позапрошлой жизни о том, что когда-то уже были подобные похищения, но, как он ни бился, не смог его ухватить. Или ему чудилось, что он встречал, видел что-то похожее, – но память не давалась, рассеивалась дымкой, оставляя после себя легкий привкус досады.

К сожалению, долгая жизнь имеет и свои минусы, и один из них то, что из-за огромного объема информации часть знаний затирается, часть накладывается друг на друга с очень неожиданным эффектом.

Временами дракон думал, что дело пропажи вальшеров, а также еще одно, связанное с тем, что он узнал на другом краю света о драконах, – то немногое, что удерживает его на краю бесконечной скуки и неизбежного векового сна. Ну и должность ректора, которую ему так удачно подсунула королева, иногда развлекала. Как сегодня, например.

Так ничего и не добившись, он сунул бумаги в стол и задумался, что делать дальше. Лететь домой или поспать здесь, на диване?

Сюда он рванул, как только заклинание-сторож сообщило ему, что в кабинет кто-то проник, – защитный амулет целительницы отключил все, кроме сигнальной нити, выведенной за окно и реагирующей на движение. И это было очень кстати – похоже, настой, который он принимал каждый вечер, выдохся, или дозу нужно было увеличивать, потому что под утро он стал ощущать, как уходит в вековой сон.

Миль-Авентис невольно ухмыльнулся, вспомнив хорохорящуюся мэтрис Риваль. Может, стоило все-таки внушить ей желание и освежить свои воспоминания о том, каковы бывают страстные девичьи объятия?

Нет, так неинтересно.

Он подумал – и все же выпрыгнул из окна, на ходу расправляя крылья. Выпьет двойную дозу настоя и нужно все-таки поспать, а то бороться с проклятым вековым сном станет совсем сложно. А спать в своем замке куда приятнее, чем на работе, куда через несколько часов придет секретарь, и Миль-Авентису придется снова заниматься скучными ректорскими делами – организацией бурлящего безумного муравейника под названием Королевская академия магии.

Тиана под заклинанием невидимости пробиралась коридорами и лестницами к выходу из академии. Никому, тем более местным призракам, очень любящим посплетничать, не следовало знать, что она была ночью в академии, вернее, в ректорском крыле.

Дурацкий поцелуй, который оказался первым в ее жизни и на который она решилась только чтобы отвлечь дракона от возможных санкций, она с усилием выбросила из головы. Потому что альтернативой было прямо сейчас провалиться сквозь землю от стыда перед собой, своей фамилией и бесконечными славными предками Ривалей.

«И все же, – подумала какая-то новая, авантюрная леди Тиана, – раз уж решилась, надо было распробовать до конца. А то что это был за поцелуй? Недоразумение одно!»

Тут же пошли воспоминания о горячих губах дракона и веселом недоумении в желтых глазах, она снова почувствовала, что краснеет, и совсем выбросила случившееся из головы.

– Совсем, я сказала! – процедила она сердито.

Где-то между библиотекой и атриумом у неё вдруг закружилась голова и пришлось прислониться к стенке.

Так всегда бывало, когда тайная, вшитая в ауру защита ее семьи, подарок от возлюбленной одного из предков, поглощала чужие заклинания. Никто не мог воздействовать на членов семьи Риваль магией – она просто рассеивалась, не доходя до адресата. Значит, дракон наложил-таки на нее какое-то заклятье! Правда, была у семейного подарка и темная сторона, хотя, конечно, сделан он был от чистого сердца. Древняя защита поглощала абсолютно все заклинания, в том числе и полезные, – именно из-за этого так нужен был Тиане старый амулет, именно из-за этого она рискнула залезть к дракону в кабинет.

Голова наконец перестала кружиться, и Тиана рассеянно погладила амулет в виде червленой змейки на запястье, который помог ей с проникновением и обходом защиты.

– Спасибо, – прошептала она. Бабушка учила, что к старым волшебным вещам нужно относиться с почтением, как к живым. Глубоко внутри шевельнулась привычная досада: слишком мало осталось у ее семьи таких вещей, ценных и самих по себе, но и ещё более дорогих оттого, что напоминали о былом величии их рода.

Однако стоило поторопиться – ей не удалось отвоевать у бабушки право жить на территории академии в одном из домиков преподавателей, и предстояло почти полтора часа идти по старому центру города мимо королевского дворца к окраине, к обветшалому особняку герцогов Риваль. Хорошо, что есть невидимость, но она не спасет от синяков, если какой-нибудь припозднившийся гуляка или кухарка, спешащая на работу, налетят на Тиану в узком переулке. Да и оборотни вполне могут учуять ее, ежели встретятся на улице.

Она быстро прошла по широкому двору мимо главного, украшенного лепниной корпуса академии в здание библиотеки, а уже из нее через Академический переулок – в город, все ускоряя шаг. Бабушку волновать не хотелось, как и отвечать на вопрос «как можно леди ходить ночью по улицам без сопровождения».

Как будто у них были деньги на сопровождение. Как будто у Тианы от леди осталось хоть что-то кроме воспитания и имени.

Нет, если бы удалось уговорить леди Аврору продать особняк, им бы хватило и на скромный домик на окраине столицы, и на достойную жизнь, и пожизненный найм прислуги, и на возможность матери и бабушке выезжать летом на море, снимая коттедж на курорте. Но особняк был последним, что осталось у рода Риваль. Больше ничего не было – ни денег, ни мужчин в доме, способных заработать и решить проблемы семьи.

Отец Тианы, лерд Абердин, умер, когда она была совсем крошкой. Смерть была нелепой – лерд сломал шею, катаясь на мотоциклетке. А дед, муж бабушки Авроры, слишком сильно уважал не только оркский ковыльяк, но и эльфийскую амброзию, и даже такой экзотический алкоголь, как русалий ракушечник (по правде говоря, дед уважал все, что горит). Так сильно, что ухитрился ляпнуть в нескольких клубах что-то шутливо-несерьезное, но вполне себе критическое в адрес тогдашнего короля, деда нынешней королевы. А когда король на полном серьезе начал обсуждать сухой закон в королевстве, и вовсе потерял осторожность.