Ирина Косюк – Жизнь прожить – не поле перейти (страница 2)
Яков знал плотницкое и бондарное дело, изготавливал лодки-долбленки на продажу, конные повозки, сани, дровни. Дед и дядя учили всему Ефима. В двенадцать лет он сам сделал телегу. Ефим окончил четыре класса церковно-приходской школы, после смерти отца вся мужская работа по хозяйству легла на его плечи.
От пылких, упрямых взглядов Ефима Мария заливалась румянцем и забывала про свое рукоделие. Когда шла на беседы, Ванька, соседский сын, прижал ее в сенях к стене, не пропуская в горницу.
– Пойдешь за меня? – спросил он. Мария оттолкнула парня от себя. Ванька опять преградил ей дорогу. – Знаю, Ефимка люб тебе больше.
– Ефимка, не Ефимка, а с тобой мне разговаривать не о чем, – не сробела Мария и прошла в дом.
Неяркий свет лучины освещал засланную половиками горницу.
Подруги вышивали у окна, в углу у печки шептались, отложив пяльца девушки. Парни курили, сидя на лавке, прикидывая в уме, как бы подшутить над девками. Встретившись взглядом с Ефимом, Мария отвернулась, чтобы скрыть смущение. Зашел Ванька.
«Господи, только бы не было драки», – весь вечер мысленно молилась Мария. Ефим в драке был горяч, как его отец Василий – Рыба. Недавно она сговорилась с Ефимом, что обвенчаются вскоре и боялась, как бы ничего не натворил.
Глава 4. Замужество
К дому Розовых подошел председатель недавно образованного колхоза, поздоровался с хозяйкой:
– Здравствуй Елена Николаевна! Мария у тебя совсем невеста, – заметил он.
– Да, на беседы уже ходит, только жалко такую работящую девку отдавать в чужой дом, меньшие дочери малы, не помощницы, – рассуждала мать. – Опять же, смотря в какую семью попадет, с детства в работе, отдыхать некогда было.
Председатель понимающе кивнул.
– Оно так, а не вступить ли тебе, Елена Николаевна, в колхоз? Тебе тяжело одной без Василия хозяйство вести. Поверь мне, в колхозе тебе полегче будет.
Мария, взглянула на мать, затаив дыхание, ожидая ответа. Мать, присев на лавку, посмотрела на играющих младших Колю и Нюрочку.
– Может, и вправду, что в колхозе нам вдовам легче будет, а только боязно как-то. Дело новое, сам знаешь, семеро у меня. Надо подумать, – наконец ответила мать. Но в колхоз все же вступила. Отвела на колхозный двор лошадей и телку, дома осталась лишь черная корова.
В деревне церкви не было, но на самом высоком месте, на крутом берегу реки была, построена часовня. Стоило только подняться туда, как дух захватывало от восторга. Взгляду открывались уходящие за горизонт дали, причудливый поворот реки, Молога горделиво несет свои воды, словно обнимает она берега, а часовня словно выбегает на свидание с рекой и гордо смотрится в зеркальную гладь воды, любуясь собой.
Венчались Мария с Ефимом, как и все пары, в Добрынской церкви, что за пять верст за рекой. С того дня началась у Марии новая жизнь. Единственный сын, сестренка Палаша умерла маленькой. Жили молодые дружно. Ефим был хорошим плотником и столяром. Днем работал в колхозе, по вечерам мастерил мебель для соседей. Любое дело у него спорилось. После завершения летних работ Ефим и Мария на паре своих лошадей работали на заготовке леса. По праздникам муж любил пройтись по деревне с гармошкой, самогону не пил. Деревенские молодухи завидовали Марии. Все бы хорошо, но свекровь невзлюбила Марию. Рано овдовев, не имея других детей, она всю свою нерастраченную любовь перенесла на сына и по-матерински ревновала его к Марии. Ничем не могла угодить невестка. Не помня себя от ревности, Иринья цедила сквозь зубы:
– Приворожила, змея, парня, хоть бы побил когда, как другие.
– За что бить-то, мама? – со слезами в голосе спрашивала Мария.
Но свекровь продолжало косо смотреть на невестку. Редкий день, когда Мария без слез за стол садилась. И сказать поперек не смела – Иринья была горяча и скора на руку. По ягоды пойдет Мария с подругами, там уж всласть наговорятся, отведет душу. Одно успокаивало – Ефим к сердцу пришелся, а вот двоюродную сестру Катерину выдали замуж против ее воли за рябого Федьку. Сестра красавица была, да семья бедная, отец на войне погиб. В семье Федьки трое взрослых братьев, хозяйство справное. Вот мать Катерине и приказала за Федьку идти.
«С лица воду не пить», – сказала дочери. Вот и весь сказ. Недавно сестры встретились на улице. На Катерине сарафан новый, а сама бледная, нет прежнего румянца и глаза грустные.
– Как живешь, Катя? – спросила Мария, в душе жалея сестру.
– Не спрашивай, Машенька. – Катерина отвела глаза, смахнула набежавшую слезу.
– Неужто бьет Федор?
– Нет, а вот жить с ним сил нет. Днем за работой забываюсь, а как к ночи, так домой ноги не идут. Не люб одно слово. Да разве я бы пошла за него, если бы Демид жив был.
Мария хорошо помнила Демида. Два года назад его застрелили вместе с дядей Федором за околицей. Кто тогда думал, что так все сложится.
Глава 5. Семейная жизнь
В апреле Мария родила дочку. В святцах на 7 апреля не было имен, решили назвать как маму Марией. Не думала молодая мама, что не только имя свое дала дочери, но и тяжелую женскую долю.
Манечке было уже два года, когда Ефим уехал в Рыбинск, где рубили с товарищами срубы. Зимой в деревне работы мало, а деньги в семье никогда лишними не были. В колхозе в ту пору на трудодень приходилось по пять копеек, хорошо, если хлебом не обидят, и то смотря какой год выдастся. Вот и подавались мужики на заработки в города. Мария была уже на четвертом месяце, когда свекровь отправили ее боронить полосу. Не убереглась, ударилась животом о соху. Так и болело ушибленное место до родов. В положенный срок родился мальчик с родимым пятном на голове. День и ночь плакал, а на третьи сутки затих насовсем. Поплакала Мария над маленьким холмиком, младенца не вернешь, а маленькая Манечка мать за подол тянет, есть просит. Так в работе и забылась. Через год опять родила сына, окрестили Николаем, как младшего брата. Тот уже учился в шестом классе, бегал каждый день в Добрыни, в деревне была только начальная школа.
В 1930 году двоюродный брат Ефима организовал из двадцати семей родственников сельхозартель. Кстати сказать, деревенские парни предпочитали выбирать невест из своей деревни. Деревня была большая, семьи большие, всегда выбор был. За многие годы почти все стали родственниками, прямыми или дальними. Для сельхозартели взяли государственный кредит, на кредит купили австрийский локомобиль, построили лесопилку, щеподралку, мельницу. Работа кипела.
Не проходило и двух лет, в семье Цветковых снова прибавление. Мария располнела от частых родов, но была здорова и румяна, как в девушках. Лишь свекровь продолжала злословить. Внуков Иринья тоже не баловала. В свои пятьдесят лет она была еще крепкой женщиной, лишь морщинки у глаз от постоянной работы на солнце выдавали ее возраст. Отец был строг, но бабушку внуки боялись больше. За столом всегда тишина, опоздавший оставался голодным. Сахар от детей не прятали, всегда на столе, но если кто брал без спросу – наказывали.
Старших рано приучали к работе. Маню мать будила в три часа утра: «Вставай, дочка, лен трепать надо, самое время, пока мягкий». Разопревшие снопы мать доставала из печи и принималась их мять. Манино дело – трепать лен. Тянуться маленькой Мане было неудобно, и отец смастерил ей специальную скамеечку. Готовый лен очесывали, пряли, мыли, развивали, сновали и только потом ткали на станках. Затем сотканное полотно отбеливали и мама шила всем обновы. Долгими зимними вечерами Маня вышивала незатейливых петухов на полотенцах и крестиком узоры на папиной рубахе. Ходила Маня и на колхозный двор – помогать маме доить коров.
В праздник бабушка Иринья надевала черную плюшевую жакетку и уходила, отец брал гармонь и тоже уходил. Дома оставалась Мария с детьми. Иногда нянчить детей приходили мамины младшие сестры, но свекрови и это не нравилось. «Пусть Машка сама со своим выводком сидит, и чтобы не вздумала сестрам хлеб давать», – сказала она сыну.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.