Ирина Костина – Капкан на принцессу. Книга третья (страница 2)

Адеракс предпочла воздержаться от комментариев.

– Впрочем, я уверен, что это лишь интерес, который ещё не перешёл в связь, – уточнил посланник, наблюдая беспристрастное выражение лица гофмейстерины.

Она продолжала молчать.

– Так вот, берлинский двор был бы Вам очень обязан, если бы Вы, мадам, на правах воспитательницы, искренне помогли русской принцессе в её сердечных делах.

На лбу мадам пролегла глубокая складка недоумения:

– Что Вы имеете в виду?

– Свадьба Брауншвегского принца с русской царевной должна расстроиться, – открыто сообщил он и положил на стол кошелёк в качестве веского аргумента к словам.

– Не могли бы Вы подробнее изложить, что от меня требуется, – попросила она, не спуская глаз с кошелька, – Не хотелось бы истолковать Ваши слова неправильно.

Мардефельд наклонился ближе, чтоб их не мог никто подслушать:

– Поддержите увлечение Вашей воспитанницы саксонским посланником. Оказывайте всяческое содействие тому, чтоб их обоюдный интерес перешёл в связь. И эта связь не должна быть платонической. Вы меня понимаете? Наилучший исход я вижу в том, если бы принцесса понесла от своего любовника.

Мадам Адеракс строго поджала губы:

– Это скверное предложение.

– Разумеется, – подтвердил он, – За благое дело Вам бы никто не предложил такую сумму.

– А что будет потом?

– Постыдное поведение принцессы откроется. И Брауншвейгский принц, сочтя себя оскорблённым, публично откажется от невесты.

Мадам неуверенно положила руку на кошелёк и на ощупь попыталась определить, насколько внушительно его содержимое? И стоит ли оно тех усилий, что от неё требуют?

– Это первоначальный взнос, – уточнил Мардефельд, – Вторую часть Вы получите, кода дело будет сделано.

Она пристально взглянула в лицо собеседника:

– Но Вы должны понимать, что, когда связь принцессы на стороне откроется, я окажусь в весьма щекотливом положении. И рискую не просто репутацией, но и головой.

– Об этом не тревожьтесь! Как только Вы выполните работу, я помогу Вам беспрепятственно покинуть Россию. А на полученное вознаграждение Вы сможете купить домик недалеко от родного Берлина и безбедно прожить до глубокой старости.

После этих слов кошелёк уверенно перекочевал со стола в бархатную скарселлу. Мардефельд счёл нужным уточнить:

– Только, прошу Вас – не переусердствуйте! Принцесса не должна заподозрить в Вас участницу заговора. Пусть всё идёт своим чередом. Вы же лишь слегка направляйте события в нужное русло.

апартаменты принцессы Анны Леопольдовны

Анна сидела в кресле, раздражённо покачивая ногой:

– Мадам Адеракс, Вы послали за фрейлиной Менгден?

– Да, Ваше высочество. Сразу, как Вы сказали.

– Отчего ж её так долго нет?!

– Не могу знать.

– Ну, так пойдите и узнайте!!

– Прежде позвольте напомнить, что завтра Её величество желают завтракать в манеже. И просили Вас к ней присоединиться.

– Велите, чтоб приготовили моё платье для верховой езды, – распорядилась принцесса.

– И ещё. Сегодня приедет принц Антон-Ульрих, чтоб составить Вам компанию в карточной игре.

– Можно подумать, кто-то его об этом просил!! – недовольно заметила Анна, – Это обязательно, чтоб он приезжал ко мне играть в карты?!

– Её величество озабочена вашей размолвкой с принцем. И велела ему чаще навещать Вас.

– Лучше бы она велела ему убираться домой, в Беверн!!

– Императрица видит в Антоне-Ульрихе будущего супруга Вашего высочества.

– А я – нет!!!

– Как Вам будет угодно, – гофмейстерина откланялась, – С Вашего позволения я удаляюсь.

– Мадам Адеракс, скажите, Вы были замужем? – неожиданно поинтересовалась Аня.

Она остановилась и, обернувшись вполоборота, сообщила:

– Была. Мой муж умер пять лет назад.

– Простите, – смутилась принцесса, – Вы, наверное, его любили?

– Я его терпеть не могла! – сухо доложила Адеракс, – Я могу идти?

Её неожиданный ответ возбудил в принцессе любопытство:

– Нет, погодите!

– Но Вы просили выяснить, где фрейлина Менгден.

– Ничего. Это подождёт! А за что Вы его не любили?

Та неловко повела плечами:

– Он был скупой и скандальный старик. Когда мы поженились, ему уже было пятьдесят. Он был старше меня на двадцать восемь лет.

– На двадцать восемь!! – ахнула Аня, – Зачем же Вы пошли замуж за старика?!

– Меня никто не спрашивал. Мои родители сочли это замужество выгодным для покрытия собственных долгов, – пояснила мадам, разведя руками, – Но просчитались. Генерал Адеракс оказался до неприличия скуп! Он сэкономил даже на свадьбе. Не говоря уже о том, что впредь требовал с меня отчёт за каждое потраченное экю.

– Почему Вы мне никогда этого не рассказывали?

– Разве это так важно?

Анна задумалась:

– Может быть…

Она поманила воспитательницу пальцем и попросила присесть рядом:

– Скажите, а что Вы думаете об Антоне-Ульрихе?

– Он добрый, благовоспитанный молодой человек.

– Да?! А знаете, какой он зануда!! – не сдержалась принцесса, – С тех пор, как тётушка произвела его в полковники кирасирского полка, он только и говорит об этих кирасирах! О том, как тщательно он выбирает для них оружие, размышляя какой именно ружейной мастерской отдать предпочтение. Какой формы выбрать клинки. И какое на них поставить клеймо. Какого фасона будут их мундиры, и в каких магазинах Европы лучше заказать ткань. И чем отличается сукно одной мануфактуры от другой… И всё это я буду вынуждена сегодня выслушать в очередной раз за карточным столом! Это невыносимо!!

– Мой покойный супруг тоже любил говорить о лошадях и оружии, – сказала Адеракс, – Должно быть, таковы все мужчины.

– О, нет! Уверяю Вас, это не так!! – воскликнула Анна, – Есть другие мужчины! Они изысканы и галантны. Они знают массу забавных историй. Они непременно стараются вам угодить. Их визиты – желанны, потому что времяпровождение с ними приятно. Они одеваются по последней моде. Они читают с вами одни и те же книги. Они красивы. И от них пахнет французским парфюмом. А от Антона-Ульриха, извините, пахнет лошадьми, так как в последнее время он то и дело упражняется на конюшне.

– Мой муж курил трубку. И его руки навсегда пропахли табаком, – призналась Адеракс, – Я с тех пор ненавижу табак.

– А у Антона-Ульриха руки холодные. Всякий раз, когда он дотрагивается до меня… бррр! Будто я лягушку трогаю. А глаза! Вы видели? Ведь они же бесцветные!! Это так неприятно.

Обе умолкли, думая о чём-то своём. Наконец, мадам Адеракс осторожно произнесла:

– Я не вправе высказывать плохих суждений об её императорском величестве. Но, если бы Вы, Анна Леопольдовна, были моей дочерью, я ни за что на свете не отдала бы Вас замуж за принца Антона-Ульриха, – и поднялась, – Простите.