Ирина Королева – Магисса: «Тайны Древних» (страница 2)

– Что вы, ваше величество, я не смею говорить в вашем присутствии, и бояться не смею, я все расскажу, что вам будет угодно.

– Конечно расскажешь, – усмехнулся король. – У тебя просто нет другого выбора. Значит вы с Магиссой были подругами? И как давно?

Трин всхлипнула: – Мы жили на одной улице и росли вместе, но по-настоящему сдружились только после той страшной ночи, когда наемники… – она споткнулась на слове и испуганно посмотрела на короля, но тот лишь кивнул головой веля продолжать. – Они жгли дома и убивали жителей. Айри спасла всех, но чуть не погибла сама, вот тогда я и начала ухаживать за ней и помогать по хозяйству.

– Вы жили вместе?

– Да ваше величество, – кивнула Трин.

– И наверняка делились всеми секретами? – Король, подбадривая собеседницу тепло улыбнулся.

– Да ваше величество.

– И как вы с Магиссой планировали поддерживать связь после ее ухода?

Трин тихонько всхлипнула: – Мы не договаривались ни о чем подобном, Айри сказала, как устроится найдет меня сама.

– То есть она планировала вернуться в вашу деревню?

– Не совсем так, – Трин сжала пальцами ткань платья, не зная, как рассказать о своем позоре и снова заплакала.

– Ну тише, – зашептал король и налил еще одну чашку чаю. – Выпей, тебе полегчает.

Трин взяла кружку двумя руками и застучала о фарфор зубами. Сделав несколько глотков и взяв себя в руки, она заговорила: – Во время той страшной ночи, Айри пленила двух воинов…

***

Зал совета был тщательно прибран и начищен до блеска, словно вырвавшееся зло, и разъяренная Магисса и не побывали тут вовсе. Старейшины в составе четырех сидели в своих креслах и задумчиво поглядывали на пустующее место главного. Отца Альмонда под стражей увез сам король и они не могли возражать. Более того теперь и их жизни могли оказаться в опасности. Без благодати они стали обычными стариками, не имеющими никаких прав.

Отец Ранар первый нарушил молчание: – Нам нужно решить, стоит ли принимать нового Старейшину. Регламент гласит что совет должен состоять из пяти.

– Совет, – усмехнулся Нордман. – Что толку делать вид, будто ничего не изменилось. Мы потеряли всю свою власть.

– Мы потеряли отца Альмонда, – ответил Ранар. – Вот главная наша потеря, он бы придумал что делать. А врата никуда не делись, и мы все еще Хранители темной печати.

– Без благодати, – вспылил отец Гарт, – ты пустое место, а не Хранитель или Старейшина. Монахи уже шепчутся за нашими спинами и неизвестно о чем они думают. Так и до бунта не далеко.

Ранар покраснел и часто задышал, раздувая ноздри: – Нам нужен предводитель, такой же сильный как отец Альмонд! Который придумает что делать!

Отец Видар со скрипом рассмеялся: – Уж не на себя ли ты намекаешь щенок? Когда правил отец Тирис, упокойся его душа миром, мы процветали, а Альмонд разрушил всю нашу жизнь! И ты его глупое создание никогда не возглавишь совет! Отец Нордман идет по старшинству!

Старейшина тут же покачал головой: – Я не готов быть старшим, точно не я, и я согласен что отца Тириса невозможно заменить. Он все видел на десять шагов вперед, но он подготовил себе приемника, которого вы! – он ткнул пальцем на Ранара, – жестоко убили, хотя Торвальд был против убийства Магиссы, он словно Тирис чувствовал все наперед, не то, что вы, жалкие интриганы! И теперь мы в безвыходном положении.

– А вы знали, – вклинился отец Гарт, – что Альмонд плевать хотел на наш храм, он хотел получить от Магиссы магию, а потом забрать ее у нас и захватить корону? Мне это сказал один их монахов, что был свидетелем разговора Альмонда с королем. Поэтому его и взяли под стражу, за измену короне.

Ранар ошеломленно сел в кресло: – Главный Старейшина никогда бы так не поступил с нами. Он не такой!

– Много ты понимаешь, – резко ответил Гарт, – Альмонд преследовал только свои цели. И наши порушенные жизни только его вина и твоя не меньше.

Нордман пристально посмотрел на поникшего отца Ранара: – Скажи мне, – медленно произнес он, нахмурив кустистые брови: – Ты присутствовал при убийстве отца Торвальда. Как это было?

Ранар зло вскинул глаза: – Откуда я знал, что так будет? Отец Альмонд был очень убедителен.

– Нет, нет, – беззлобно отозвался Нордман, – просто расскажи.

Ранар виновато опустил голову: – отец Торвальд тогда разговаривал с Магиссой, а мы незаметно подслушивали. Когда он убедил ее довериться Старейшинам, Альмонд был уверен в успехе и убил Торвальда. Я сам видел, как он вогнал нож ему прямо в сердце.

Нордман задумчиво потер свою бороду: – Кто ни будь из вас помнит отца Рэндола?

– Это тот, – отозвался отец Видар, – Что бросил молитву?

– Да он, – кивнул Нордман. – Когда Торвальд еще ребенком попал в наш храм, отец Тирис поселил его в одной келье с Рэндолом, пока тот не изучит распорядок и обычаи. И сегодня мне Рэндол рассказал одну вещь, которую раньше скрывал, – Нордман внимательно осмотрел лица Старейшин. – Когда Торвальд хворал, его выхаживал всегда только главный лекарь. Рэндол никогда не понимал столь высокой чести и часто злился, но потом привык. Мне показалось это очень странным, и я побеседовал с этим лекарем. Он сказал, что смерти Тириса и Торвальда освободили его от данного им обещания и теперь он может рассказать правду. Торвальд был перевертышем.

– Это невозможно! – воскликнул отец Гарт, – и никто даже не догадывался что он тень?

– Не впадай в маразм, – разгневался Нордман. – Никакая он не тень! Это всего лишь уникальное явление, когда у человека органы расположены в зеркальном отражении. Но суеверные крестьяне продолжали верить в тени и убивали таких детей при рождении. Видимо мать Торвальда очень любила своего ребенка и как-то сумела это скрыть. И только поэтому отправила его в храм.

– Когда ребенок приходит в храм его осматривают лекари и об этом сразу стало бы известно, – продолжил изумляться Гарт.

– Не забывай кто был его наставником, – резко ответил Нордман. – Сам Тирис защищал его, но не об этом сейчас. Мог ли Торвальд выжить при таком раскладе?

Видар задумчиво хмыкнул: – Есть много факторов, длина клинка, угол удара, Альмонд мог пробить ему легкое что тоже опасно. Да и в конце концов он мог элементарно истечь кровью или привлечь хищника.

– А я почти уверен, – вклинился Гарт, с его знаниями и умениями это очень даже возможно!

– Даже если это и так, – продолжил размышлять Видар, – что нам это дает?

– И захочет ли он говорить с нами, – поддержал Нордман, – после всего что случилось.

– Нет, – покачал головой Гарт, – он был и остается Хранителем, у него нет права отказаться от своего предназначения. И мы принесем ему в жертву его обидчиков, – Гарт взглянул на отца Ранара. – Или хотя бы одного из них.

Нордман хрипло рассмеялся, гладя на побледневшего Хранителя: – Не бойся раньше времени, отец Торвальд не кровожаден, в отличии от тебя и твоего наставника. Если нам удастся найти его и уговорить вернуться, то это решит все наши проблемы. Его любят и уважают все монахи, но что важнее всего, он в добрых отношениях с Магиссой. Она вернет ему благодать и наш храм вновь возродится, но, если отец Торвальд мертв, мы обречены.

– А что же с Магиссой? – спросил отец Гарт. – И зло на свободе.

– Дитя четырнадцатой очень сильна, – вздохнул отец Нордман, – вместе мы могли бы справиться, хотя бы заточить его обратно. Возможно, когда зло проявит себя, она рассмотрит наше примирение.

– А сама она сможет победить его? – заинтересовался Ранар.

– Кто знает, – неспешно ответил Нордман. – Есть в этой девчонке нечто, что отличает ее от других Магисс. Некая внутренняя сила и я не знаю какая судьба ее ждет, но нам лучше с ней не сориться.

– Вовремя, – фыркнул Ранар. – Мы для нее враги номер один.

– А вот это! – повысил голос отец Нордман. – Нам и предстоит исправить.

Глава 3

Айри уже едва шла, утопая по щиколотку в свежевыпавшем снеге, она не привыкла к таким дальним переходам и у нее болели все мышцы, зато Дэмиан, несмотря на трехсотлетнее заточение, казалось, совсем не чувствовал усталости. Он резко остановился и притормозил Магиссу.

– Мы пришли.

На горизонте показались каменные стены, окружавшие город по всему периметру и открытые входные ворота, украшенные резьбой и обветшалыми гербами. Над городом стоял плотный морозный туман, разбавленный дымом топящихся печей и каминов, а воздух наполнил далекий гвалт людских голосов.

Дэмиан все еще удерживал Айри: – Ты не можешь показаться в таком виде. Все сразу признают в тебе Магиссу. Нужно сменить твой плащ, прежде чем показываться на людях.

– Думаешь они знают? – фыркнула Айри, – Магисс уже триста лет как не существует.

– И все же, – рыкнул Дэмиан, – даже если король ещё не начал тебя искать, то начнет и они вспомнят тебя. А я хочу хорошо выполнить свою часть сделки.

– И что же нам делать? – скривилась Айри.

– Нужно избавиться от твоего плаща, словно кричащего всем, посмотрите я Магисса!

– Это исключено, – разозлилась Айри. – Я никому не отдам свой плащ, но у меня есть идея.

Она сняла его и вывернула наизнанку. Мех что так усердно нашивала Трин вызвал у Айри легкое чувство грусти по подруге, но благодаря ее стараниям теперь плащ больше походил на шубу.

– Так лучше? – грубо спросила Айри и увидела, как ее спутник скривился. – Что. Не. Так? – четко и по слогам спросила она едва сдерживаясь.