Ирина Королева – Гахиджи: Проклятие райского острова (страница 9)
– Не знаю… я хорошо рисовала.
– Хм, – Иаби ненадолго задумался. – Боюсь, с этим сложно… надо подумать… а что ещё?
– Я любила читать книги.
– Ну, этого добра и так много, причём задаром. У вас же есть библиотека, да и в женском доме много книг. А что-нибудь ещё тебе нравилось?
– Даже и не знаю. А что, например, можно приготовить взамен?
– Разное. В основном каждый делает то, что умеет. Вот что лучше всего умеешь ты?
– Рисовать, – Делена неуверенно пожала плечами. – Но боюсь, я не найду здесь ни красок, ни нужной бумаги.
– Да… ну а может, тебе вышить какой-нибудь красивый рисунок? Получится своего рода картина. А я тебе помогу, если что-то понадобится.
– Ты знаешь, я подумаю над этим. Возможно, я так и поступлю. Но у меня ещё вопрос о Бомани. Можно?
– Спрашивай!
– Что страшного, если Бомани снимут? Почему такой переполох среди их троицы?
– В принципе, ничего, помимо того, что его место займёт или Акил, или Озахар. Конечно, сначала им устроят грандиозную чистку мозгов, затем наказание тем, кого хоть косвенно посчитают виноватым, ну а затем, после отбора, назначат нового старшего отряда.
– И что тогда их так напугало? Разве они не хотят занять почётное место?
Иаби пожал плечами:
– Я думаю, тут личное! Если Бомани снимут, то Акилу и Озахару вновь придётся проходить полностью всю систему отбора. Это что-то вроде соревнования, где каждый доказывает, что он лучший. Вся система займёт недели две, и им будет абсолютно не до своих невест, а учитывая, что в их отношениях пока царит неопределённость и куча соперников дышит в спину, существует риск остаться без наследника. К тому же новая должность – это дополнительная ответственность. Например, старший должен вести только чистую родословную, а вот, например, Карина слишком кокетлива, чтобы Озахар мог быть на сто процентов уверен в её невинности. Та же проблема и у Акила. Вот они и нервничают. Думаю, сейчас они вовсю стараются убедить старейшин дать Бомани второй шанс, но пока ещё ничего не известно. Как только что-нибудь выяснится, я тебе обязательно расскажу.
– Хм, понятно. Спасибо тебе, дорогой.
– Да не за что, – он широко улыбнулся и встал. – Ну, я пошёл, а то точно ничего не успею. До встречи, Делена!
– До встречи, Иаби.
***
Две недели, оставшиеся до ярмарки, потянулись очень медленно, по большей части оттого, что Делена с Кариной отсиживались дома, а от Озахара и Акила не было никаких новостей, так что потребность во вранье отпала сама собой. А спустя два дня Иаби рассказал Делене, что переубедить старейшин мужчинам так и не удалось, и их отправили заново проходить систему. Марина сходила с ума от переживаний, скуки и ненависти, чем постоянно изводила сестёр и устраивала скандалы. Но также продолжала сидеть дома и ожидать своего принца. Другие девушки, как и сказал Иаби, предпочитали не вмешиваться. Они регулярно ходили на свидания и со счастливыми лицами делились впечатлениями. Милена и Лиза даже посетили в полночь родник признаний и теперь состояли в полной уверенности относительно серьёзности своих отношений.
Лера тоже ходила каждый день на прогулки, но каждый раз с разными мужчинами, чем очень их огорчала, но в этом была вся она. Глупо было надеяться на другое. Иаби стал приходить каждый день. Он подолгу копошился на кухне, нарочито медленно нося воду, пока в комнате не появлялась Делена, а потом они подолгу пили кофе и разговаривали обо всём на свете. Иногда Делена помогала ему собирать фрукты или взбивать свежее масло. Карина даже начала шутить по этому поводу, но Делена продолжала настаивать на том, что они просто друзья. Их отношения стали крепнуть и уже действительно напоминали настоящую дружбу, только всё ещё полную всяких загадок и недоговорённостей.
Периодически дом невест посещали и другие гахиджи, уговаривая Делену и Карину выйти на прогулку, но Карина всегда отказывала, ссылаясь на то, что будет ждать Озахара. У других мужчин это вызывало восхищение, чего нельзя было сказать о Делене. Отговорка вроде «я останусь поддержать сестру» совсем не восхищала, а наоборот, ставила в тупик красавцев мужчин. Но врать было больше нечего.
Нина с Кариной устроили среди недели давно запланированные показательные гадания, и, к их удивлению, откликнулись все, кроме злящейся Марины и равнодушной Леры. Каждая из девушек утверждала, что она подходит, и Нине не оставалось ничего, кроме как плести мудрёные рассказы. Конечно, к такому они были не готовы, и по окончании сеанса Нина пообещала убить Карину и больше никогда с ней не связываться. То, что большинство девушек явно лгали, не оставляло никаких сомнений, так что, по сути дела, план провалился, и мучения Нины оказались напрасными.
К началу второй недели девушки взялись за приготовление подарков. Снова в доме закипела работа, как когда-то перед первым выходом в свет. И это немного вызывало ностальгию. Все старались приготовить что-то особенное, что-то, что поразит и восхитит их избранника. И только Лера не готовила ничего, а только посмеивалась над чужими стараниями, но никто не обижался – все к ней уже привыкли. Делена и Карина, следуя подсказке Иаби, вышивали полотна, и к концу второй недели их также захватил всеобщий ажиотаж относительно предстоящего гулянья. Все разговоры сводились только к ярмарке и приготовленным товарам, что только усиливало предвкушение.
Со временем разговоры между сёстрами об инциденте с Озахаром потеряли актуальность, разрешившись на том, что Карина абсолютно равнодушна к мужчине. Она уверяла, что держит всё под контролем, и второй раз он уже не застанет её врасплох. Нина продолжала встречаться с Зубери, сохраняя дистанцию под маской сильной скромности. Она упорно искала новую информацию, но пока всё оставалось на прежнем уровне. Мужчины вели себя идеально, а она всё также ничего не чувствовала.
Вторая неделя подошла к концу…
***
– Делена! Завяжи мне такой же красивый бантик! У меня ничего не получается! – Карина заканчивала упаковывать своё расшитое полотно и теперь нетерпеливо притопывала на месте. – Делена! Мы так всё веселье пропустим! Где ты там застряла?
– Уже иду! – Сестра, наконец, показалась в гостиной и занялась Карининым свёртком.
– Ну скорее же!
– Чего ты шумишь? Успеем, – Делена быстро скрепила верёвки в виде пышного банта. – Праздник назначен на двенадцать, а сейчас ещё и половины нет.
– Ага, а все уже давно ушли.
– Как будто ты не знаешь, куда они пошли. Им только дай волю, и они сутками будут облюбовывать все парки и скверы.
Их препирания остановила вошедшая в гостиную Лера.
– Опаньки! – удивлённо воскликнула Карина. – А я думала, ты уже ушла. Что, решила отдохнуть от праздной жизни?
– Не дождётесь, – Валерия демонстративно прошлась мимо Карины и встала рядом с Деленой. – Просто хочу пойти с вами.
Карина сжала кулаки:
– А ничего, что наши желания не совпадают?
– Хватит ссориться, – вмешалась Делена и обратилась к Валерии: – А в самом деле, почему ты одна?
– Ну… просто все вокруг так носятся с этой ярмаркой и придают ей столько значения, что я решила не обижать никого из кавалеров и прийти туда одной.
– Ох, смотри, Лера, не переиграй! – Делена хмуро покачала головой.
– Переживаешь за меня? – удивилась Валерия.
– Да больно ты нужна ей! – ответила за Делену Карина. – Хочешь идти одна – иди!
– Что же ты злая такая? – скривилась Лера. – Неужели завидуешь?
– Ха! – громко воскликнула Карина. – Чему, интересно? Собрала всё, что осталось, и царствуешь!
Валерия зло сузила глаза:
– Зато у меня хотя бы есть выбор, а вы покидались на первых, кто подошёл!
– Так! Стоп! – Делена предупредительно подняла руки вверх. – Если вы не успокоитесь, то я вообще никуда не пойду. Я не хочу весь день слушать ваши ссоры.
– Она первая! – начала оправдываться Карина. – К тому же её никто не звал! Пришла тут, навязалась, и давай зубы показывать!
– Всё, я остаюсь дома!
– Ну прости, прости! – Карина схватила Делену за руку и потянула на улицу, бросив на Валерию злобный взгляд. – Я молчу и улыбаюсь! Видишь? – И она продемонстрировала Делене широкий оскал.
Дорога до ярмарки заняла совсем немного времени, и уже на подходе они услышали громко играющий оркестр. На деревянной площади уже вовсю толпился народ, и слышались громкие взрывы смеха вперемешку с выкриками зазывал. Девушки замедлили ход. Народу хоть и было много, но для всего населения явно недостаточно. Скорее всего, к началу подошли только малышня и менее родовитые слои общины, так как старейшин, молодых посвящённых и семейных пар вроде Нэйн и её мужа не было видно. Девушки неторопливо пошли вперёд.
Слева от них потянулись длинные торговые ряды, заваленные разноцветными кучами товара, где, судя по собравшейся толпе, шла бойкая торговля. На высокой сцене по правую сторону выплясывали национальную пляску два худощавых старика, соревнуясь в умении быстрее переставлять ноги. Их громкая чечётка складно сливалась с местной музыкой и заводила танцем остальных, стоящих у настила. Совсем рядом раздалось истерическое кудахтанье, и мимо Делены пролетел взъерошенный мальчишка, пытаясь поймать обезумевшую курицу, которую, видимо, собирался выменять на что-нибудь поинтереснее.
Шустрые маленькие гахиджи развозили в бочонках вино, выкрикивая всех желающих, разносили в лотках цветочные букеты и за конфету начищали гуталином сапоги. Чуть впереди девушки заметили высокий гладкий столб, наверху которого были подвешены новые кожаные сапоги, за которыми по очереди взбирались юные гахиджи под весёлые улюлюканья своих соплеменников.