Ирина Корепанова – Пари на любовь. Красавица для мажора (страница 32)
Кристина делает ко мне шаг, и складывает руки вместе, как бы умоляя ей поверить, в глазах стоят слезы, и я понимаю, что ей страшно.
— Не подходи ко мне. Ни слову не верю. Ева слышала твой разговор с парнями в клетке, и ей я верю безоговорочно. Да, и разве любящий человек будет желать что-то плохое? Не думаю. Ты просто хотела хорошо устроиться за счет меня, а когда ничего не вышло, тупо решила отомстить. Такие поступки не прощаются, это не простая подстава невинной девушки, а покушение на убийство. Никогда бы не подумал, что ты можешь пойти на такое.
— Нет, она все врет! Я не отрицаю, что хотела отомстить. Но, все потому что ты выкинул меня как ненужную вещь, просто вычеркнул из своей жизни. Что мне оставалось делать? Я просто хотела проучить тебя, и все. Пожалуйста, прости меня. Я не хотела такого исхода.
— А какого исхода ты после всего этого хотела? Чтобы мне выбили мозги, и находясь в больнице я понял, что люблю тебя? Ты в своем уме? Даже если бы ты не желала мне смерти, в чем я очень сомневаюсь, это ничего бы не поменяло. Я люблю Еву, она моя жизнь. Тебе стоило это понять и просто забыть нас. Я ведь дал тебе возможность просто перевестись в другой университет. Но, ты выбрала иной путь, и окончательно загубила свое будущее. Впереди тебя ждет решетка и казенная одежда. И знаешь что? Ты этого заслужила.
Кристина делает еще один шаг ко мне, и вдруг падает на колени, заливаясь слезами, у нее настоящая истерика и она не может совладать со своими эмоциями. Иду по направлению к двери, собираясь позвать кого-нибудь на помощь, и заодно вызвать полицию, но она хватает меня за руку.
— Прошу тебя, не делай этого. Отпусти меня! Забери свое заявление, и я тебе обещаю, что больше никогда, слышишь? Никогда не появлюсь на твоем пути, и не потревожу тебя. Пожалуйста, Дима помоги мне выбраться из этого дерьма. — Быстро проговаривает Кристина, и неотрывно смотрит мне в глаза.
— Не могу! Потому что от меня ничего не зависит, и даже если бы зависело, я бы этого не сделал. Потому что из — за тебя, меня чуть не убили. Из-за тебя я потерял время с любимой девушкой.
— Нет! Ты не можешь со мной так поступить! Не выходи, не зови никого. Я просто уйду. Дай мне уйти. Я пришла сюда просто попросить у тебя прощение, я это сделала, а теперь мне нужно уходить. Просто отпусти, я сама могу спрятаться. Зачем тебе это надо? Ты ведь понимаешь, что это разрушит мою жизнь!
— Ты сама ее разрушила. Сама все сделала. Никто тебя не тянул за руку, и не говорил что делать. Так что если хочешь кого — то винить, вини себя. И выйти отсюда, я тебе не позволю. По крайней мере без сопровождения. Не думаю, что ты до конца понимаешь весь масштаб катастрофы, которую устроила. А пока ты не поймешь, не сможешь двигаться дальше.
Выдергиваю свою руку из ее, и решительно иду вперед, но открыть дверь не успеваю, потому что ее открывает Ева и заходит в палату.
— Что здесь происходит? — Произносит моя девушка, и сначала смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Кристину, и ее глаза округляются от удивления. — Как ты посмела сюда прийти?
Кристина вскидывает голову, и с ненавистью смотрит на мою девушку. Потом вытирает глаза от слез и медленно поднимается с колен.
— Ты! Это ты во всем виновата! Если бы ты не появилась в нашей жизни, все было бы как прежде. И Дима был бы моим. Ненавижу тебя! — Не сдерживая эмоций, кричит Кристина.
— Это чувство взаимно, дорогая. — Меня удивляет, какая собранная и спокойная Ева. Никогда не видел ее такой, и это чертовски меня возбуждает, хотя я понимаю, что момент не подходящий. — И не думаю, что все было бы, так как описала ты. Дима не смог бы связать свою жизнь с такой расчетливой и злобной су*кой как ты.
— Зато ты такая вся правильная, что аж тошно. Я буду очень громко смеяться, когда ему надоест быть рядом с тобой, и он вышвырнет тебя из своей жизни. Такие правильные девочки как ты, очень скучные и не ровня, таким как он.
— Да уж, думаю, ты не по адресу пришла. Тебе нужно к Александру Петровичу, он оценит.
Кристина с диким криком бросается на Еву, и теснит ее к стенке, занося руку для удара, я подрываюсь к ним с намерением разнять девушек, и не позволить нанести этой сумасшедшей удар. Как Ева резко отталкивает от себя Кристину и отходит в сторону, и благодаря этому Кристина не успевает остановиться и врезается в стену и разбивает нос.
— Повторяешься. — Произносит Ева.
Кристина прижимает к окровавленному носу свою руку, а второй рукой делает выброс в сторону моей девушки и, я замечаю в ее руке блестящий предмет. Страх скручивает мои конечности, когда я понимаю, что в ее руке скальпель, и она успевает порезать руку Евы.
— Ты мне за все ответишь, тварь. Надо было просить мальчиков прикончить тебя, а не его. Так было бы лучше. Избавила бы мир от такой святоши как ты. На небесах тебе самое место. И будь я проклята, если не закончу это дело. — Шипит змеей Кристина и собирается наброситься на застывшую Еву, но я резко выбиваю из ее рук скальпель, от чего та теряется.
А я хватаю ее за руки и отвожу подальше от моей девушки. Рукав белой рубашки Евы окрашивается в красный, и она сжимает здоровой рукой порез.
— Вижу у тебя не здоровая любовь к острым предметам. Кристина тебе надо лечиться, твоя месть просто переходит все границы.
Ева медленно идет к двери, и зовет на помощь, после чего оборачивается к нам лицом, и в ее глазах помимо боли я замечаю жалость. Даже после всего, что сделала ей Кристина, моя девочка жалеет эту сумасшедшую. Как можно было усомниться в такой чистой и открытой душе? В иной раз задаю себе этот вопрос и просто восхищаюсь, стойкости и силе, которая течет по венам моей малышки.
— Ты просто утопаешь в своей ненависти. Не ко мне, и даже не к Диме, а к самой себе. К своей жизни, и это топит тебя все больше и больше. Возможно, ты не до конца понимаешь что натворила, из — за ярости, которая захватила тебя, но рано или поздно ты поймешь и тогда, я тебе не завидую. Если в тебе осталось хоть чуть — чуть человечности, это сожрет тебя, заживо.
В палату забегают медики и встревоженные парни. Увидев обстановку, Миша спешит ко мне и забирает истерично кричащую и вырывающуюся Кристину, а Егор вызывает наряд полиции. Перевожу взгляд на Еву, и с облегчением выдыхаю, так как медсестра, усадив ее на мою кровать, осматривает рану. Все будет хорошо, теперь уж точно.
42 Глава
Вопящую Кристину уводят два полицейских, к слову, она совершенно лишена инстинкта самосохранения, потому что помимо нытья, мы все прекрасно слышим ее угрозы в мой адрес.
Тем временем вокруг меня суетится врач, нанося четыре шва, и Дима буквально не отходит ни на шаг, немного мешая доктору делать свою работу.
Он за меня испугался, и я видела в его взгляде вину, он переживает за то, что не уберег. Но никто не ожидал от этой сумасшедшей, таких действий, я понимала, что она на меня кинется и предвидела это, поэтому успела отскочить, а вот дальнейшее развитие событий для меня было таким же шоком, как и для Димы.
Но, ничего, раны заживут, и все это забудется, теперь ничего не стоит у нас на пути, и я верю, что мы сможем построить крепкие отношения, полные счастья и любви.
Через пятнадцать минут меня отпустили домой, предварительно выписав рецепт обезболивающего, на случай если будет болеть рука. Я не стала уходить сразу, хотелось побыть с Димой и обсудить сложившуюся ситуацию, ведь мы договорились теперь обсуждать друг с другом все проблемы.
В палате было тихо. Дима стоял у окна и задумчиво смотрел на территорию перед больницей, а я сидела на кровати и смотрела на него. Какой же он все — таки красивый. Сейчас с точностью могу сказать, что у меня не было ни единого шанса не влюбиться в него. Он мой, и другого, мне не надо, даже с таким вспыльчивым характером и тяжелыми отношениями с отцом. Да, он совершил ошибку, но он так же нашел в себе силы ее признать и исправить. Доказал искренность своих чувств, и я уверена готов жизнь за меня отдать, так же как я готова отдать свою, за него.
— Дим, я так тебя люблю. — Произношу тихо, но он слышит.
Резко поворачивается ко мне лицом и с горящими глазами смотрит на меня, потом подходит к двери и запирает ее на замок. Я понимаю его намерения, и слукавлю если скажу, что не хочу того же. Поэтому встаю с кровати и набравшись смелости, медленно стягиваю свое платье, остаюсь в нижнем белье и туфлях, а Дима тем временем подходит ко мне и целует в губы, так, как умеет только он.
— Никогда, никого на свете не любил так сильно как тебя. Я умру без тебя. Прекрасно понимаю, что не достоин тебя, но я очень эгоистичен и не отпущу от себя, даже если ты попросишь. Ты моя, и я клянусь сделать все, чтобы ты была счастлива.
Барсов расстёгивает застежку моего бюстгальтера, и он падает вниз, присоединяясь к платью, а мой парень, не обращая на предмет одежды, никакого внимания, чувственно целует мою шею. Проводит кончиком языка по пульсирующей жилке на шее, спускается к груди, и аккуратно опрокидывает меня на кровать.
Я понимаю, что место для занятия любовью не подходящее, но если он сейчас остановится, или нас кто — то прервет, я просто умру. Мне он нужен, я безумно соскучилась по любимому и собираюсь получить все, что он готов мне дать.