Ирина Корепанова – Пари на любовь. Красавица для мажора (страница 26)
Дверь в комнату открывается и ко мне подбегает встревоженная мама, она плачет и зовет кого — то. Просит принести воды, а сама обнимает меня, гладит по голове и шепчет какие — то слова. Потом забегает бледный и встревоженный Мирон, в руках у него стакан воды, который мама тут же забирает и, плеснув немного на свою руку, умывает меня. Далее заставляет сделать пару глотков, и мне становится лучше. Страх постепенно отпускает, я могу сделать вдох, и окружающие меня звуки постепенно доходят до моих ушей.
— Милая, все хорошо. Я рядом. Дочка, я рядом.
— Прости меня, мама. — Шепчу охрипшим голосом.
— Все хорошо. Мирон, оставишь нас ненадолго? — Просит мама, и Мир тут же выходит, плотно закрыв дверь. — Расскажешь, что произошло? В последний раз. я видела тебя в подобном состоянии в ту жуткую ночь!
— Я рассказала Диме о ребенке. Рассказала, что потеряла его.
— Это очень хорошо. Дима, хороший парень. Вам давно пора было поговорить! — Произносит мама. — Да, он сделал много ошибок, и я была зла на него за это, но вижу его отношение к тебе сейчас и понимаю, что он любит тебя. И сделает все для того чтобы ты была счастлива. А откровенный разговор, каким бы он болезненным не был всегда идет на пользу.
— Он простил меня. Дима сказал, что я не виновата. Мама, я так боялась, что он будет меня винить в смерти малыша. Я сама себя виню. А он не стал.
— О чем ты говоришь? Какая вина? — мама смотрит на меня недоуменно, и тогда я решаю рассказать ей все. И про наш с Димой разговор, про наши сны, про долг отца и то, как Дима ездил к Фариду. Самое главное рассказываю, как я мучаюсь чувством вины. А мама слушает молча, только нежно сжимает мою руку и тихо плачет рядом. В этот момент я понимаю, как сильно, мне не хватало, ее поддержи и, вот таких разговоров по душам.
— Малышка, если бы я только знала. Но, все по порядку. Я выслушала тебя, теперь, пожалуйста, ты послушай меня. И не перебивай. Все совсем не так. — Ласково говорит мама, и целует меня в щеку. — Во-первых, вы должны были прийти к нам с Петром, и мы бы решили эту проблему насчет долга и угроз сами, это наше дело. Мы родители, но об этом мы еще поговорим позже. А сейчас самое важное. Твоей вины в том, что произошло, нет. В принципе, как и нет вины Димы. Разве что незащищенные половые отношения, которые привели к беременности. Тот выкидыш был предрешен. Я думала ты знаешь, поэтому не стала затрагивать эту тему, видя как ты переживала. из-за вашего расставания.
— О чем ты говоришь?
— У тебя была внематочная беременность. Доктор сказал, что все тебе объяснил. Рано или поздно, это бы случилось. А если бы все затянулось, могли быть последствия. Прости милая, мне стоило набраться храбрости и поговорить с тобой раньше, тогда бы ты так не страдала.
— Когда ко мне пришел доктор, Софа мне уже сказала о том, что я потеряла ребенка, так что я была не в том состоянии, чтобы слушать врача.
— О Боже, малышка. Прости. Софа видимо слышала не весь разговор с врачом, или не так поняла. Мы так испугались за тебя в ту ночь, что все перемешалось и просто хотели поскорее забыть обо всем. Это моя вина, что ты так страдала.
— Не могу в это поверить. — Прижимаюсь к маме и тихо шепчу.
— Все будет хорошо. Все наладится. Вы с Димой найдете исцеление друг в друге. Все наладится, Ева. Прости меня дочка, что уделяла вам с сестрой мало времени в последнее время. — Под тихий, успокаивающий шепот матери, и нежные поглаживания по голове, я забылась безмятежным сном.
Проснулась когда за окном уже было темно, прислушалась к себе и поняла, что мне все еще было больно, но я больше не чувствовала себя виноватой. Разговор с мамой помог, и мне стало немного легче.
Нужно поговорить с Димой, рассказать ему то, что я узнала от мамы, ведь сейчас он, так же как и я, мучается от чувства вины. Мы должны двигаться дальше, учиться доверять друг друга заново. И я понимаю, что впереди нас ждет сложный путь восстановления, но верю, что у нас все получится.
Тянусь к телефону и звоню Диме, но автоматический голос отвечает мне, что абонент недоступен. На меня накатывает чувство тревоги, и я понимаю, что, что — то случилось и принимаю решение ехать к нему.
Лихорадочно одеваюсь, беру в руки телефон и уже направляюсь к выходу, как дверь в мою комнату открывается и заходит обеспокоенный Мирон.
— Отлично. Ты проснулась. Нам нужно ехать!
— Куда? — впервые вижу его таким встревоженным.
— Мне позвонил Егор. Дима сейчас едет в « Клетку» У него бой через полчаса с Замятиным. Егор пытался его отговорить, но Дима не слушает. Говорит только, что должен отомстить.
— Отвези меня туда, Мирон. Скорее. — Про себя молюсь всем Богам. Только бы успеть, только бы ему не навредили.
34 Глава
Подъезжаем к клубу, и я сразу же спешу туда, два амбала на входе подозрительно осматривают, после чего пропускают внутрь. Первое, что бросается в глаза это большое скопление людей, все в подпитии и что — то громко возбужденно выкрикивают. Я не вижу что творится в самой клетке, но по звукам понимаю, что бой уже начался, поэтому расталкиваю локтями народ и пробираюсь вперед. Мне страшно, но не за себя, а за Диму. Не хочу, чтобы он пострадал, вообще не хочу, чтобы он был тут.
Кто — то больно толкает меня в спину, и я лечу к стеклянной стенке недалеко от клетки, и собираюсь сделать шаг вперед, но меня останавливает до боли знакомый голос, который раздается за перегородкой и заставляет мою кровь заледенеть.
Кристина раздает указания трем парням, и при этом с ненавистью смотрит на то, что происходит на ринге, а именно на Диму. С этой точки я тоже его вижу, и не могу оторвать глаз, но при этом внимание концентрирую на том, что говорит Крис.
— После боя, независимо от того какой будет исход, вы должны проучить его. Никто не смеет так со мной обращаться. Выгонять меня с универа ради этой шкуры было большой ошибкой, и Дима поплатится за свои действия. Живого места на нем не оставьте, пусть прочувствует всю боль, урод. — После этих слов Кристина копошится, и вытаскивает из сумки сверток, который тут же забирает один из тех парней, видимо главарь. — Вот половина, как договаривались, остальное получите после того как сделаете дело. А теперь мне нужно уйти, чтобы никто не видел. Держите меня в курсе последних новостей.
Прижимаюсь к стенке, чтобы она меня не заметила и слышу цокот ее каблуков по полу. Кристина быстро скрывается за ширмой и видимо уходит через черный ход, а парни выходят вперед и следят за тем как идет бой, я тоже перевожу взгляд на клетку, и все — таки прорываюсь вперед, мне нужно предупредить его, а еще я не знаю, как найти в этой толпе Мирона с Егором.
Через минут десять стараний подхожу настолько близко, насколько позволяют организаторы, я злюсь, потому что они меня не слушают и не хотят впустить ближе. С этого расстояния хороший обзор на все происходящее, но вне зоны слышимости.
Замятин уже заметно устал, и его лицо почти полностью покрыто кровью, а у Димы только небольшой отек под глазом, что меня безумно радует.
Он очень зол, и поэтому один за одним совершает точные удары, не позволяя Замятину отскочить или ударить в ответ. Таким я вижу его впервые, и мне становится страшно от осознания, что мой Дима показывает свою агрессивную сторону. Но, в то же время понимаю, что ему больно, и таким образом он пытается заглушить эту боль. Я против насилия, никогда не понимала этот способ разрядки или достижения цели. Хочется попросить его остановиться и уйти, сбежать и забыть обо всем ужасе, что нас настигло. раз и навсегда. Но, я не могу этого сделать, поэтому приходится наблюдать и ждать завершения. Победа за Димой, это уже понятно невооруженным глазом. В какой — то момент Замятин падает на колени и смотрит в глаза Димы, как будто просит о чем — то, и между ними происходит молчаливый разговор, после которого Замятин сдается, а Дима молча спешит к выходу из клетки. Я бегу за ним, стараюсь докричаться, но толпа обезумела и все рванули поздравлять победителя, отталкивая меня все дальше.
Паника накрывает с головой, ищу глазами тех парней, и вижу, как они выходят туда же куда ушла Кристина и, не раздумывая иду за ними, на ходу пишу сообщение, Мирону объясняя то, что услышала. Надеюсь, мы успеем, и с Димой ничего не случится.
За ширмой оказывается длинный темный коридор, идти приходится медленно и осторожно, потому что вокруг кромешная тьма. Наконец — то этот отрезок пути пройден, я толкаю двери и выхожу на улицу. Фонарный столб слепит глаза, и мне требуется пара минут, чтобы привыкнуть к свету.
Вокруг тишина, и я даже теряюсь, не понимая, куда могли деться эти парни, может они не выходили? Делаю пару шагов вперед, и за углом вижу парковку, там темно и еле слышны какие — то звуки. Иду туда, и молюсь, чтобы мне просто показалось, но мои молитвы не были услышаны, потому что в паре метров от меня, эти парни бьют Диму, который лежит на спине и пытается отбиться, но куда ему одному против троих.
— Это тебе за Зему и Крис, урод. — Произносит их главарь и в этот момент в его руке блестит нож. Он заносит руку назад, и я начинаю кричать.
— Не трогайте его. Отпустите! НА ПОМОЩЬ! КТО — НИБУДЬ ПОМОГИТЕ, ЧЕЛОВЕКА УБИВАЮТ! — Парни разбегаются, а главарь все — таки наносит пару ударов ножом, и тоже сбегает, прихватив с собой окровавленный нож.