Ирина Кореневская – ОГО. Мишка по имени Герман (страница 5)

Но это, конечно, если Оникс-младший сам захочет пойти. Я его знаю, он и отказаться может, если не в настроении. Надеюсь, с настроем у него все в порядке сегодня. А то, возможно, и Мира уговорит. Она любит одна дома оставаться в последнее время – наверняка еще не адаптировалась и устает от школы.

То есть, я не совсем корректно выразился. Никто семилетку одну не оставит, хоть она у нас и разумная девчонка. Но всем так спокойнее будет. По периметру участка, даже когда я дома, дежурят охранники, порядок такой. Парочка в офисе и еще несколько человек в резиденции. Теперь же, если братья с новыми знакомыми куда-то пойдут, один из телохранителей расположится непосредственно на территории дома.

Мире он не помешает, находиться внутри будет просто ради общего спокойствия. Если дочке что-то понадобится – она сама его позовет. Нет – он не будет отсвечивать. А малышка сможет отдохнуть в тишине и спокойствии. Ведь эта самая тишина в нашем жилье очень даже редкий гость, исчезающий вид!

– Котик! – услышал я Регинку и улыбнулся.

Размышляя над вкусами сыновей, я добежал до офиса и как раз успел к тому моменту, когда жена перешагнула порог своего кабинета. В одной руке у лисы сумочка, в другой – букет, который для нее подобрала Мира. Не может же благоверная цветы в офисе оставить, хочет и дома ими любоваться.

– Как же я по тебе соскучился! – обнял я ее.

– Я тоже. – вспыхнула она мягким светом.

Секретарь и прочие сотрудники уже разошлись по домам, жена у меня, как начальница, всегда последняя покидает рабочее место. А охранник, увидев меня, спустился вниз, деликатно предоставив нам возможность остаться наедине. И мы, конечно, этим воспользовались. Я осторожно поцеловал мою хрустальную, обнял покрепче, когда она прижалась ко мне, ощутил, как радостно бьется ее сердечко.

В таком состоянии мы можем очень долго простоять, и даже ничего не делать. Просто быть рядом. Как-то интересно начинает вести себя время, когда любимая попадает в мои объятия – оно попросту замирает. И весь мир куда-то девается, сужается до того пространства, крохотного пятачка, на котором мы находимся.

Думаю, это происходит от того, что мы действительно успеваем сильно соскучиться. Хотя, по факту, не виделись-то всего три часа. Однако нам и три часа – вечность. Поэтому нужно немного вот так друг другом подышать, прежде чем мы сможем жить дальше. Это как с земными смартфонами: при критическом разряде нужно хотя бы до двадцати процентов их зарядить, чтобы иметь возможность и дальше что-то делать. Вот и мы теперь подзарядились друг другом, чтобы хватило сил дождаться момента, когда начнется основной цикл зарядки, так сказать.

Держась за руки, мы вышли из офиса и отказались ехать домой на машине, хотя телохранители и предлагали. Теперь один из них загнал служебный автомобиль в гараж, а другой отправился следом за нами. Водитель тоже вскоре нас нагонит, будет прикрывать тылы товарища, прикрывающего нас.

У ребят какая-то своя охранная схема, я не вникал. Поначалу, когда мы только начали отношения, я слегка смущался того, что для Регинкиных охранников наш роман тайной не является. И боялся, что они не сохранят секрет. Не за себя опасался: моя первая супруга уже была в курсе, что я ей изменил. Даже раньше узнала, чем это случилось физически. И честно, я был бы счастлив, если бы Силия оскорбилась и подала на развод по этой причине, но увы. Получить свободу было очень сложно.

А держать наши отношения в тайне я хотел ради лисы. Вдруг ее народ осудит свою королеву за такое аморальное поведение. Ведь она изменила своим железобетонным принципам, связалась с женатым мужчиной. Однако народ обожает свою хозяйку. И всегда лояльно относился к тому, что у нее целый гарем из молоденьких телохранителей имеется. Когда же мы сошлись, никто и значения этому не придал. Мы же взрослые люди, сами разберемся. Но королем меня считать стали гораздо раньше, чем я официально получил титул принца-консорта, женившись наконец на ненаглядной.

Что же касается охранников – постепенно я привык к их постоянному присутствию. А что поделать? Работа у них такая, лису защищать. Со временем я и внимание перестал обращать на то, что кто-то из парней всегда рядом, и мы общаемся с любимой так, как считаем нужным. Нет, в их присутствии мы, разумеется, не позволяем себе что-то лишнее. Но понежничать, соскучившись, они нам не мешают.

Вот и сейчас, едва мы углубились в лес, я прижал любимую к первому же гладкому дереву и снова начал целовать. А через несколько минут уже она пошла в атаку под очередной раскидистой кроной. Так что путь домой действительно занял у нас некоторое время. Но, как говорил один земной классик11[1], счастливые часов не наблюдают.

И конечно же, чем больше становилось поцелуев, тем сильнее поднимало голову наше желание поскорее уединиться. Губки Регинки становились все более нетерпеливыми, а я обнимал ее все крепче. Присутствие этой женщины меня всегда опьяняет и заставляет экстренно терять голову.

Поэтому вскоре мы еще теснее прижимались друг к другу, а поцелуи уже носили характер не нежного приветствия, а обещания чего-то большего. Что мы, разумеется, не сможем позволить себе, едва окажемся дома. Однако должен сказать, что нас это нисколько не расстраивает, даже наоборот.

Ведь когда мы переступим порог, то проведем время просто отлично – в компании дочери, а после и сына, возможно, даже двух. Вечер в компании родных и любимых людей никогда не бывает напрасным! И то, что мы уже успели друг друга разогреть – это тоже хорошо. Подождать мы можем, а потом наше уединение окажется еще более желанным, выдержанным, что ли. Потомиться и после получить за это шикарное вознаграждение – что может быть лучше?

Глава пятая. Вечер

На крыльце я снова поймал Регинку в объятия и поцеловал. Это тоже одна из наших традиций, которая, как и многие другие, сложилась стихийно. Вне зависимости от того, возвращаемся ли мы из продолжительного путешествия или с короткой прогулки с собакой, обязательно целуемся на пороге. Потому что в нашем доме живет любовь и поцелуй – обязательный пропуск в родовое гнездо.

Жена хитро улыбнулась, и мы проскользнули внутрь. Нам навстречу вышел парень, который присматривал за Мирой и доложил, что дочка отдыхает в своей комнате. Мы поблагодарили его и отпустили на прежние позиции. А сами помыли руки, переоделись в домашнее. И поднялись к малышке.

У двери ее комнаты я озадаченно замер. Створка приоткрыта и потому мы услышали, что наша принцесса с кем-то ведет диалог. Но с кем? Если бы к ней кто-то пришел, телохранитель нам бы доложил. Однако Регинка не придала такому явлению никакого значения и аккуратно постучалась в филенку.

– Мамочка! – Мира, тоже успевшая соскучиться по моей звезде, обняла ее.

– Моя девочка. – красотка с улыбкой провела рукой по ее волосам.

Потом присела на корточки и обняла дочку. У меня улыбка и вовсе не сходила с лица. Каждый раз, когда вижу, как сияет любимая, обнимая наших детей, испытываю необыкновенное ощущение. Ее счастье я всегда чувствую и разделяю. А еще всегда вспоминаю, как счастливы мы были все время, что ждали Миру. Удивительно даже, сколько невероятных ощущений может вызвать ожидание!

Не выдержав, я, как обычно, опускаюсь рядом, обнимаю моих девчонок. Потом зову всех ужинать и лиса с лисичкой мое приглашение на трапезу принимают. Мы спешим на кухню, но по пути я набираю номер Оникса-младшего.

– Да, бать? – тут же ответил он.

Я услышал на заднем фоне какую-то легкую музыку. Значит, ребята еще веселятся.

– Мы собираемся ужинать, малыш. Вас ждать?

– Не, батя, садитесь сами. Мы в кафе, но к десяти я вернусь.

– Понял тебя. Развлекайся, пока есть возможность.

– Ну я пытаюсь.

Улыбнувшись, я известил своих девчонок, что сегодня в их распоряжении только один представитель сильного пола – я. И стал за ними ухаживать. Правда, они мне не позволили слишком уж перетрудиться и изо всех сил помогали то на стол накрывать, то потом посуду в посудомойку складывать. После ужина мы с напитками и легкими закусками переместились в гостиную. Мира включила мультики и залегла ко мне под бок. Регинка устроилась под другой рукой с книгой. Я же просматривал конспекты лекций на ближайший месяц в арновуде и радовался спокойному вечеру.

Хорошо, что у Миры пока нет домашних заданий. А то она нас вообще со школой послала бы, чую. Мало того, что днем учиться надо, еще и дома покоя не дают. Но сейчас первоклашек нагружают по минимуму и потому дома она играет, отдыхает. И нам пока не нужно решать задачки из ее учебников.

А еще хорошо, что Регинка постепенно перестала брать работу на дом! Вот говорят, что противоположности притягиваются и это правда. Мы с женой очень разные: она умная, например, мудрая, талантливая, у нее столько превосходных качеств! Но рядом с ней я тоже становлюсь лучше и чем дольше мы вместе, тем больше словно сливаемся. Это нас радует:: мы хотим стать как можно ближе друг к другу.

Однако было у нас и кое-что общее с самого начала, помимо одинаковой степени озабоченности. Мы оба трудоголики. Я могу по уши зарыться в работу, иногда даже в буквальном смысле. На раскопках способен туннель пробурить, если чую, что найду что-то интересное. И когда провожу исследовательскую работу в кабинете, и когда статьи пишу, тоже могу сильно увлечься процессом.