Ирина Кореневская – Качели времени. Ноша (страница 3)

Их трепетное отношение к окружающему миру проявлялось и в других моментах. По вечерам обитатели лагеря любили собраться вместе у костра, чтобы пожарить овощи, фрукты и зефир, полюбоваться на пламя, обсудить, что произошло за день. Но выжигать траву и почву они не собирались, поэтому костер разводили в большой чаше. Дрова не рубили: использовали биологическое топливо, при сгорании которого в атмосферу не выделялись вредные вещества.

Моющие средства использовали натуральные, материалы – быстро разлагающиеся, а не гниющие тысячелетиями. И так исследователи поступали не только на новой планете. Уже давно межгалактическое сообщество старалось не причинять вред природе, берегло ее и пыталось минимизировать ущерб, нанесенный ранее. Ведь, несмотря на то, что в теории планет, которые можно было бы обжить, бесчисленное множество, на практике лучше не губить то, что уже есть. Природа же тоже живая.

Поэтому новую планету исследователи осматривали осторожно и с любовью. Надо сказать, она платила им взаимностью. Пока рано судить, Лина и товарищи тут находятся всего неделю. Но им уже стало казаться, что небесное тело с благодарностью принимает их деликатность и готово подружиться со своими осторожными гостями.

Климат здесь обнаружился поистине замечательный. Без резких скачков в сторону жары или холода, умеренно приятный. Дожди шли ночью, тихие и мягкие – ровно столько, сколько нужно для растительности и животных. А сами звери отличались не только непохожестью на все известные формы фауны, но и необыкновенным дружелюбием.

Здесь и правда не было хищников, которые могли бы коварно напасть из-за угла. Это, конечно, озадачивало. Но члены экспедиции сошлись во мнении, что просто пока не обнаружили естественных регуляторов поголовья. А потому, отправляясь в отдаленные уголки планеты, проявляли повышенную осторожность.

Тогда как в лагере все уже немного расслабились и искренне дружили с заглядывающими на огонек животными. Любопытные местные аналоги макак и прочих шимпанзе уже даже начинали подражать людям, пытались ходить на задних лапах, здороваться за руку. Астория и вовсе обнаружила на днях в своей палатке гориллу, которая наводила красоту с помощью ее расчески. Обитатели лагеря стали испытывать надежду воочию увидеть, как обезьяна превращается в человека.

Вечером звери приходили к костру и сидели вместе с людьми, позволяя себя обнимать, гладить. Каждый из участников экспедиции уже успел подружиться с кем-то из животных. Лина, например, с удовольствием общалась со своеобразной помесью кабана и панды: раскраской экземпляр походил на бамбукового медведя, а нос и хвост у него были поросячьи. Гибрид с удовольствием обнимался, лазил по деревьям и ел желуди.

Близнецы сдружились с муравьедами, Астория с той самой гориллой, тогда как Лиам часто проводит время в компании синей цапли. А к Гигии воспылал любовью тот самый петухо-соловей, который с самого утра бесстрашно бродит по лагерю и будит всех своими песнями. И никто из животных не чурается людского общества.

– Не знают, несмышленыши, что человек может обидеть, сделать больно, а то и вовсе убить. – вздыхала женщина-врач. – Надеюсь, и не узнают.

– Многие знания – многие печали. – в один голос отвечали властяне, вспоминая Регину.

И следом тут же, повинуясь текучей ассоциации, думали про Оникса. Хотя все члены миссии и считали, что без него спокойнее, деятельного археолога все-таки не хватало. Парень не только умел мастерски вляпываться в неприятности, но и развеселить окружающих, подбодрить, а еще случайно сделать какое-нибудь удивительное открытие, не прилагая к этому особых усилий. Без него было спокойно, конечно. Но скучно.

– Хотя не факт, что с ним было бы веселее. – отмечала Труди, которая жила в палатке с Гигией и Линой в перерывах между рейсами. – Какой-то он мрачный в последнее время, молчаливый. Людей избегает, совсем бирюком стал!

Младшая сестра переживала, да и не только она. Никто не понимал, в чем дело, почему парень так сильно изменился. Понимали только, что произошло это после двойной свадьбы близнецов5. Но как могли быть связаны такие события? Что-то определенно знала Александра. Однако никому не говорила.

Лина вздохнула, подумав о внуке, который был старше ее на пару лет. Как же хочется его растормошить – и это желание обязательно удалось бы воплотить в реальность, если бы Оникс прилетел сюда на раскопки. Здесь столько родни, уж они смогли бы помочь ему справиться с какой-то внутренней бедой, которая буквально иссушила Никса. Но лучший молодой археолог нескольких галактик лететь на новую планету отказался.

Потом Лина глянула на часы – уже семь! Завтрак в лагере в восемь утра, так что можно пока заняться своими делами. Девушка попотягивалась, вылезла из палатки и поскакала к санитарному уголку. Привела себя в порядок, потом сменила пижаму на легкие шорты и футболку, нацепила кроссовки и отправилась на пробежку.

Ребенок Антея, вне зависимости от пола и возраста, всегда будет обладать прекрасной физической формой, которую любящий папочка и тренированный воин развивает с детства упорными занятиями и собственным примером. Впрочем, то же правило распространяется на внуков и правнуков. Отец Лины добился того, что все его многочисленное потомство на бессознательном уровне испытывает тягу к спортивным упражнениям и всякой такой активности. И потому нет ничего удивительного в том, что даже находясь за множество парсеков от папочки, девушка, как и в любое другое утро, на автомате сделала нехитрую разминку, а потом побежала трусцой прочь из лагеря. Навстречу очередному прекрасному дню на новой планете.

Глава третья. Быть Архимеди

Путь Лины лежал к побережью. Чтобы попасть на него, надо было покинуть лагерь и пробежать через лесок, в котором солнце играло со спортсменкой в прятки, а потом пересечь небольшой лужок и сбавить скорость, когда ноги начнут увязать в песке. На это уйдет минут пятнадцать, после чего можно окунуться в волнах и тем же путем вернуться.

На границе палаточного городка к Лине присоединилась Астория и девушки, радостно поприветствовав друг друга, нырнули под раскидистые лапы елей, потом быстро пробежали под липами – лес был смешанным. Над ними порхали и пели птицы, по веткам наперегонки с девчонками скакали белки и бурундуки, а из кустов высовывались любопытные еноты. Сложно не почувствовать себя Белоснежками в таком антураже!

Однако встреча с отравленными яблоками обеим не грозила, а Лиам и близнецы, на которых Лина с Асторией наткнулись на берегу, мало походили на гномов – слишком уж высокие. Том и Гек, хоть и были правнуками Антея, стали редчайшим исключением из общего правила и к двадцати пяти годам обзавелись женами, репутацией, некоторым жизненным опытом… Но не развитыми и впечатляющими мышцами.

Нет, ботаники были выносливыми и ловкими, словно обезьяны. Но щуплое телосложение унаследовали от эдемской родни и даже прадед не мог с этим ничего поделать. Он, впрочем, и не старался. Стрелять, ездить верхом, драться и бегать марафоны, Антей их научил. А вот со внешней формой особо не поспоришь. Не на стероиды же ребят сажать в самом деле! Однако теперь удачи попытал Лиам, под руководством которого мальчишки сейчас отжимались от песка.

– И раз! – вопил властянин, сам подавая пример подопечным. – И два! Как вы детей-то на руках носить собираетесь с такими мышцами?

Скромные близнецы не вступали в полемику. И не напоминали, что прекрасно и жен на руках носят, невзирая на свою худосочность. А Аня и Яна, конечно, тонкие и звонкие, но весят явно побольше, чем дети, которых пока и в проекте не было. Но, невзирая на данное обстоятельство, отжимались старательно и не филонили. Не в их это правилах.

Девчонки, полюбовавшись на Лиама, в котором вдруг проснулся прапорщик из анекдотов, разулись и с разбега бросились в воду. Несмотря на раннее утро, была она как парное молоко, так что купание оказалось приятным – даже вылезать не хотелось. Вскоре к купальщицам присоединились и мальчишки, а когда все вдоволь наплескались, вместе отправились обратно в лагерь.

И первым, на кого они наткнулись, вернувшись в поселение, оказался Оксинт.

– Папа! – удивленно воскликнули близнецы. – Мы тебя здесь не то, чтобы ждали…

– Спасибо, мои хорошие! – рассмеялся тот, по очереди всех обнимая. – Более радушный прием и представить сложно. Я тут по работе вообще-то. А вы чего все мокрые? В водопад свалились?

Оксинт по профессии геммолог. Поэтому конечно же он тоже заинтересовался новой планетой, где и камни могут отличаться от привычных и уже многократно изученных. И сегодня утром прибыл на звездолете, пилотируемом Труди. Лина обрадовалась: такими темпами скоро в лагере вся семейка окажется! А Гертруда, вероятно, уже тоже телепортировалась и сейчас отдыхает в палатке.

Космодром на планете тоже пока решили не организовывать. Если в ближайшее время заселять гуманоидами ее не планируется, то и взлетно-посадочная площадка тут пока ни к чему и не надо вредить природе. Звездолет прибывает сюда примерно раз в три дня и остается в дрейфе на орбите, а пассажиры и грузы телепортируются прямо в лагерь.

Помнится, Антей сильно удивился такой схеме попадания на объект изучения и вопрошал: а зачем же пилить сюда через весь космос на звездолете, если в финале все равно приходится перемещаться? Не проще ли телепортироваться сразу из пункта отправления? Не он один задавался таким вопросом. Но дело в том, что вокруг планеты имеется очень плотное магнитное облако, которое мешает телепортации откуда угодно. Вот с орбиты – другое дело. Впрочем, когда тут установят телепортационные платформы, задача с перемещением облегчится в разы. Но это дело небыстрое.