Ирина Комарова – Повелитель блох (страница 21)
– Вот именно, – с достоинством улыбнулась она и с мечом в руках вернулась к неподвижному Зарику.
Аккуратно опустила лезвие на шнурок у самого медальона, надавила, не слишком сильно. Раздался отчетливый хруст и шнурок рассыпался на крупные полупрозрачные кристаллы. Арра подцепила освободившийся медальон на кончик меча и плавно двинула рукой, поднимая его. Потом покосилась на затаивших дыхание Ганца и Джузеппе, и эффектно, по точно рассчитанной дуге сбросила его на расстеленный платок.
– Элегантно и изящно, – честно оценил ее действия Ганц.
– Дамские штучки, – проворчал в ответ Джузеппе. – Совершенно ни к чему выпендриваться.
Впрочем, говорил он еле слышно, почти про себя, чтобы Арра ни в коем случае не услышала.
– Итак, магистр, каковы наши дальнейшие действия? – она небрежно ткнула кончиком меча в медальон.
– Элементарно, уничтожаем амулет и сматываемся, – ответил Ганц, которого никто не спрашивал.
– Не путался бы ты под ногами, убийца, – мрачно посмотрел на него Джузеппе, присаживаясь на корточки рядом с амулетом. – Не мешал бы специалистам. Погуляй в сторонке, только руки в карманах держи. – И тут же обратился к девушке: – Арра, давай сначала попробуем что-нибудь простенькое, для проверки защиты.
– Простенькое? Может на разрыв? – с сомнением предложила девушка.
– Для начала сойдет. Вектор куда думаешь направить?
Арра подумала, старательно разглядывая медальон, хмуря брови и наклоняя голову то к одному плечу то к другому.
– Вот так, примерно, будет хорошо, – наконец решилась она и чиркнула в воздухе кончиком меча. Над медальоном вспыхнула на долю секунды ярко-голубая стрелка.
– Чуть-чуть левее возьми, – посоветовал магистр. – По моему, надо…
Ганц присел на траву рядом с одной из множества валявшихся темных бутылочек, наклонился понюхать и на лице его расплылась довольная улыбка.
– Ребята, а я знаю, чем этот тип так насосался! Это все бутылки из-под пива, – снова понюхал и добавил тоном знатока: – Из-под хорошего пива!
– А ну, отойди! – рявкнул на него Джузеппе. – Кому было сказано, руками ничего не трогать!
– Я и не трогаю, я только… – начал объяснять Ганц, но маг уже снова повернулся к Арре:
– По моему, на одну десятую градуса влево развернуть, не больше, тогда точно в центр попадешь.
– Так? – стрелка снова вспыхнула.
– Пожалуй. Теперь бей.
Арра склонилась над амулетом, вытянула вперед руки со сцепленными в замок пальцами, прикрыв глаза, заговорила негромко низким тягучим голосом. Джузеппе не сводил с нее глаз, беззвучно шевеля губами, повторяя слова заклинания. Вокруг переплетенных пальцев девушки запорхали мелкие алые молнии. Продолжая говорить, она начала медленно разводить руки, потом резко встряхнула кистями, и оглушительно хлопнула в ладоши. Молнии юркими змейками рванулись друг к другу, сливаясь в пылающий шар, размером с кулак и этот шар с бешеной скоростью спикировал прямо в центр медальона.
Амулет на мгновение затуманился, шар отскочил от него и, с той же скоростью, стремительно разбухая, поднялся в воздух. Пролетев точно через то место, где за секунду до этого находилась голова успевшей пригнуться Арры, он лопнул над фонтаном. И девушка и Джузеппе успели среагировать и спрятаться за высоким мраморным бортиком, так что взрыв не причинил им никакого вреда, а вот Ганца, который только что успел встать с травы, ударная волна сбила с ног. Ловкий, словно кошка, он умудрился, извернувшись, приземлиться на четвереньки, но одна из бутылок, в изобилии валяющихся по поляне, попала ему под коленку. Возмущенный вопль огласил окрестности. Арра и Джузеппе оглянулись, но без особого интереса.
– Я же тебе велел гулять в сторонке, – в голосе магистра не было ни капли сочувствия. – Твои крики нас отвлекают. Отойди. – И, больше не обращая на него внимания, заговорил с Аррой: – Крепкая штучка, оказывается, придется повозиться. Ты точечные взрывы внутренней структуры делала когда-нибудь?
– На практике, – кивнула она. – У нас лабораторные работы по этой теме были. Жалко, мы не знаем, из чего конкретно эта штука сделана. Проще было бы.
– Проще только на лабораторных и бывает. Это там все решения под готовый ответ подогнать можно. А в жизни… ну что, сначала попробуем составить ряд приближений Вольфера?
Ганц перестал тереть колено, поднялся и, негромко но выразительно излагая свое мнение о магах, магии, магических амулетах и тех, болванах, которые разбрасывают всякий мусор, где попало, из-за чего потом хорошие люди калечатся, похромал подальше от занятых делом Джузеппе и Арры, старательно обходя попадающиеся по дороге бутылки.
Зарик слабо пошевелился, но этого никто не заметил.
Боль в колене скоро прошла и Ганц бродил по дворцу, с некоторым даже любопытством, разглядывая роскошное убранство. Руки он держал в карманах, не столько повинуясь приказанию Джузеппе, сколько сознавая разумность этого. Мало ли, вдруг цапнешь ненароком какую-нибудь магическую безделушку, и потом… кто знает, что может случиться потом. Нет уж, пусть руки будут в карманах.
Тем не менее, в помещении, которое сам Ганц определил, как кухню, для того, чтобы ничего не трогать, ему пришлось приложить некоторое усилие. Мало сказать, что там было пиво, точно такое, каким упился здешний хозяин. Вдоль светло-кремовых стен стояли целые штабеля упаковок с маленькими темными бутылочками. Надеясь, что Джузеппе сможет что-нибудь придумать, чтобы этой драгоценной находкой можно было воспользоваться, Ганц заторопился обратно во двор.
Арра и Джузеппе, потные и уставшие, сидели на траве, глядя друг на друга. Между ними, на обуглившемся по краям платке, лежал амулет, целый и невредимый.
– Я же говорил, придется повозиться, – Джузеппе поднял грустные глаза на Ганца. – Ты что, нашел что-нибудь интересное?
– Ага, нашел. На кухне пиво стоит. Много, – Ганц показал руками, сколько пива он нашел во дворце. – Слушай, ты же магистр, нельзя ли…
– Нельзя, – вяло ответил Джузеппе. – Выкинь из головы, даже пробовать не стоит.
– Точно? А если…
– Нет, – перебил его магистр.
– Жаль, – вздохнул Ганц. Он потоптался на месте и, чтобы легче было выкинуть из головы мысли о недоступном пиве, заговорил о другом. – А чего вы мучаетесь? Можно же сделать, как я говорил – закопать поглубже и охранное заклинание наложить, позлобнее! Какие проблемы?
– Закапывать бесполезно, – магистр снова уставился на амулет. – Всякое заклинание, даже самое, как ты выражаешься, «злобное», опытный маг при желании и известном терпении может снять. А следовательно, новое появление этой пакости на поверхности будет только вопросом времени.
– Обязательно какой-нибудь кретин откопает! – энергично подтвердила Арра.
– Но зачем? Я имею в виду, зачем опытному магу нужно тратить силы, чтобы снять заклинание?
– Хотя бы из любопытства, – Джузеппе улыбнулся. – Чем оно сложнее, чем труднее его снять, тем интереснее попробовать свои силы. Ну, и найти предмет, который спрятан с применением магической защиты, тоже интересно. Мало ли, что там может оказаться. Я сам, помню, почти полгода возился с одним заклятием.
– Снял? – с интересом спросила Арра.
– Разумеется, – воспоминание о былых победах не развеселило магистра.
– А что нашел? – Ганца, в отличие от девушки больше интересовала практическая часть.
– Клад старый, – небрежно отмахнулся Джузеппе. – Горшок с золотыми монетами, сотни четыре. Ничего интересного. Очень, помню, обидно было.
– Да, в вашем деле без разочарований тоже не обходится, – не совсем искренне посочувствовал Ганц.
И все трое уставились на предмет последнего разочарования, мирно лежащий на платочке.
– Пиромана бы сюда, – неожиданно вздохнула Арра.
– Кого? – рассеянно спросил Джузеппе.
– Пиромана. Это приятель мой. Пироман – не настоящее имя, конечно, просто кличка у него такая. Мы в один год в Эсмеррскую школу поступили, так он сразу там кричать начал: «Я пиромаг, я квалифицированный пиромаг», в смысле, что по огню специалист. Ну, ясное дело, ребята его после этого Пироманом прозвали. А как его на самом деле зовут, я, честно говоря, даже не помню.
– И что? – холодно поинтересовался Ганц. – Ты думаешь, он смог бы найти выход из положения?
– Думаю, да. Спалил бы этот амулет и все!
– Арра, такие амулеты не горят, – тон у Джузеппе был укоризненный.
– У Пиромана все горит, – хихикнула она.
– Могучий маг, выходит? – Ганц поднял брови. – И каким же по списку он стал выпускником, первым?
– Не-ет, что ты! Он даже первого триместра не продержался. Понимаете, его же кроме работы с огнем, ничего больше не интересовало, а это программа третьего курса. На первом только общемагическую подготовку читают, вот он и заскучал.
– Хулиганить начал? – довольно сурово спросил Джузеппе. Ему подобные гении тоже в свое время немало крови попортили.
– Скажем так, шутить. А у Пиромана, известно, какие могут быть шуточки…
– Что поджигал? – судя по тону, каким был задан вопрос, Ганц почувствовал к незнакомому Пироману некоторое расположение.
– Да так, всякое. – Арра снова захихикала. – В основном, директорскую персональную уборную.
– Уборную зачем? – не понял Джузеппе.
– Протестовал против привилегий. Почему, дескать, все ходят в общую уборную, а господин директор посещает персональную. Вот и стал караулить. Директор только зайдет, а Пироман тут как тут. Красиво горело, с фейерверками, огнями цветными… вся Эсмерра сбегалась смотреть.