Ирина Комарова – Бывший муж и другие неприятности (страница 5)
– Семья… для тебя всегда семья была на первом месте. Может, поэтому у нас с тобой ничего и не получилось? Марина, а почему ты даже не спросила, женат ли я? Неужели неинтересно?
– Меня насчет твоего семейного положения первым делом просветили, и спрашивать не пришлось. Правда, я не поняла, ты потом женился еще или наш развод у тебя первый и единственный?
– Первый и единственный. – Он невесело усмехнулся и покачал головой. – Когда ты ушла… я долго не мог тебя забыть. Потом, со временем, были, конечно, женщины. Но жениться? Зачем? Да и страшновато было, все по новой начинать. А ты вот не побоялась.
– Я его люблю, – пожала плечами Марина.
– Ага. Любишь, помню. И теперь боишься потерять.
– Нет. Боюсь причинить ему боль. Женя, неужели ты не понимаешь?
– Может, я просто не хочу понимать? – Он отошел к столу, взял шариковую ручку, повертел в руках. – Знаешь, я иногда жалею, что у нас с тобой не было детей.
– Свят-свят! – отмахнулась Марина. – Слава богу, что я от тебя не родила. С моими мальчишками совсем не просто, но с ними можно договориться! А твой сын, он был бы совершенно неуправляемый, как его папочка!
– Это комплимент? – Он был уязвлен, но постарался скрыть это за беззаботной улыбкой.
– Это горькая правда. Женя, скажи, ты сумеешь держаться подальше и не портить мне жизнь?
– По-моему, пятнадцать лет мне это прекрасно удавалось. – Теперь Евгений не счел нужным прятать обиду. – «Лотос» не основное мое предприятие, и я не собираюсь проводить тут много времени. Ежемесячные встречи для отчета – это не будет непосильной нагрузкой на твою хрупкую психику?
– Гад ты, Женька. Как был гадом, так и остался.
– То есть ты подумаешь над моим предложением?
– Подумаю, конечно. И с умными людьми посоветуюсь. Но пока ничего не обещаю.
– Пока мне и этого достаточно.
Евгений вежливо встал, дождался, пока дверь за бывшей женой закрылась, и только тогда растянул губы в улыбке:
– Ты будешь со мной работать, Машка.
Настя бросилась к ней, едва Марина открыла дверь.
– Поговорили? И как тебе? Скажи, классный мужик?!
– Сволочь он классная! – с чувством ответила Марина. Схватила со стола Насти чашку с кофе и сделала пару больших глотков. – Ты знаешь, кто это? Мой бывший муж!
– Какой муж? – не поняла девушка. – У тебя Лешка муж…
– Первый муж, балда! Мне двадцать лет было, когда я от него ушла!
– Да ты что? – Настя всплеснула руками и плюхнулась на стул. – Евгений Константинович на тебе женился? И ты от такого мужика ушла? Маринка, у тебя с головой все в порядке? Ой, а что ты теперь делать будешь?
– Думать, что ж еще? Он предложил мне должность директора «Лотоса». Как ты считаешь, соглашаться?
– Ты еще сомневаешься? Да тут бегом хватать, а не думать! Это же ты практически за Оксану будешь! Ой, Маринка! Твой бывший муж тебя повышает, можно сказать, к себе приближает! Слушай, а может, у вас еще все наладится?
– Ты о чем, Настя! Что у нас может наладиться? Я замужем и у меня дети! Два мальчика, если ты вдруг забыла, – Саша и Коля!
– Да, с детьми как-то нехорошо получается, – пробормотала подруга. – С другой стороны, какие возможности… Наверняка он сможет послать твоих мальчишек учиться куда-нибудь… в Англию или в Америку…
– О чем ты говоришь, очнись! Если я останусь работать в «Лотосе», то только при условии, что у нас будут исключительно деловые отношения! Иначе… – Она махнула рукой, допила кофе и сунула пустую чашку Насте. – У нас есть что-нибудь успокаивающее? Валерьянка или пустырник?
– Может, в аптечке… Только я не помню, где она. Мариночка, может, тебе чаю с ромашкой заварить? Говорят, тоже хорошо успокаивает.
– Давай ромашку.
Настя засуетилась около чайника, осторожно поглядывая на подругу:
– А что значит «если я останусь»? Разве ты можешь не остаться?
– Первая мысль у меня была – написать заявление. – Марина поежилась, словно ей стало холодно. Рассказывать о том, что новый хозяин угрожает закрыть издательство, не хотелось.
– С ума сошла! А куда же ты? А как же мы? – В голосе девушки звучало искреннее возмущение. – Кроме тебя, никто из наших директорство не потянет! Ой, Мариночка, если ты уйдешь, «Лотосу» хана, я точно тебе говорю! И с чего тебе вдруг увольняться? Ничего же еще не произошло… или он к тебе приставал?
– Н-нет. Проверил слегка на прочность. Но так… неназойливо.
– О чем тогда вообще говорить! Еще ни тпру ни ну, а ты уже шарахаешься! – Настя поставила на стол чашку с ромашковым чаем. – Пей и успокаивайся!
Марина послушно сделала глоток и поморщилась:
– Ты зачем столько сахара положила?
– Ничего, сладкое при стрессе полезно. И давай рассуждать логично. Муж он бывший или не муж, не это сейчас главное. Тебе не о нем надо думать, а о работе. Ты, конечно, всегда Оксану заменяла, но это было временно. А директором быть… Я не сомневаюсь, что ты справишься, но и пахать тебе придется, как сивке-бурке! И про увольнение даже думать забудь!
– Я сама не хочу уходить, Настенька. Сколько лет здесь работаю… Повышение опять же – директор издательства! Выше только ангельский чин идет.
– А я о чем! – горячо поддержала ее подруга. – И знаешь, я тут подумала… Мы с девочками на него такую охоту устроим! У него времени не останется тебе что-нибудь неприличное предложить! Ему от наших неприличных предложений отбиваться придется!
Марина засмеялась, но тут же снова стала серьезной.
– Вопрос еще в том, как я Леше все это объясню.
– Что именно? – не поняла Настя. – Повышение? А что объяснять? Работаешь хорошо.
– И поэтому бывший муж, который теперь является моим хозяином, резко делает меня директором. Ты понимаешь, как это со стороны выглядит?
– И что такого? С моей стороны нормально.
– А со стороны Алексея?
– Ну-у… Что, обязательно ему все в подробностях рассказывать? Версия «Оксана продала издательство, и новый хозяин ставит директором меня» не прокатит?
– А что будет, когда он узнает, кто этот новый хозяин? И спросит, почему я эту мелкую подробность опустила? Лепетать, что не хотела его расстраивать?
– Так ты действительно не хочешь его расстраивать? И потом, почему твой действующий муж обязательно должен узнать, что ты работаешь на мужа не актуального? Откуда?
– Настенька, не притворяйся наивнее, чем ты есть на самом деле. Или ты к своим почтенным годам не поняла еще, что в нашем миллионном городе все всё обо всех узнают очень быстро?
– Сама не притворяйся. Ты столько лет с мужиком живешь, неужели не знаешь, как грамотно ему голову заморочить? Да хотя бы просто не говори ничего.
– Как это?
– А вот так! Пришла, сумку швырнула, встала по центру и объявила: «Оксана «Лотос» продала, у нас новый хозяин, а я теперь директор издательства! По этому поводу идем в ресторан, а потом у нас будет ночь безумной любви!» Уверяю тебя, ему и в голову не придет интересоваться, кто он, этот наш новый хозяин! А потом рассосется как-нибудь, постепенно…
После того как Марина ушла, Евгений потянулся к телефону.
– Олег, ты где сейчас?
– В «Парусе», – невнятно ответил заместитель по безопасности. Похоже, он что-то жевал. – Самое время перекусить.
– Не рановато? Одиннадцати часов нет.
– В самый раз. Я в семь встал и еще не завтракал.
– Хм. – Евгений подумал, что чашку кофе и бутерброд с колбасой тоже нельзя назвать полноценным завтраком. – Ты давно там?
– Только пришел.
– Тогда закажи и мне что-нибудь, я минут через пятнадцать подъеду.
И положил трубку. Оба вовсе не были невоспитанными грубиянами. Просто предпочитали в разговоре обходиться без формальностей: «здравствуй», «до свидания» и даже простое «пока» пропускались.
Кафе «Парус» (в девичестве, как выражался Олег, «Вишенка») находилось рядом со зданием, где лет пять назад снял помещение под головной офис быстро развивающий свою сеть магазинов стройматериалов бизнесмен Евгений Константинович Скворцов. Кормили там вкусно и недорого, поэтому как Скворцов, так и большинство его сотрудников вскоре стали постоянными посетителями. Увы, как процитировал тот же Олег, «ничто не вечно под луной». Сначала у кафе сменился хозяин, потом повар, меню похудело вдвое, порции тоже уменьшились, а милые официантки среднего возраста сменились молодыми, нервными и неприветливыми… Евгений, перед которым встал выбор: смириться и терпеть все ухудшающееся обслуживание или перебраться в другое кафе, пусть не так удобно расположенное, нашел третий выход – купил «Вишенку». Став хозяином, он первым делом выяснил, кто там остался из прежнего персонала. Оказалось, немного, всего два человека: посудомойка и гардеробщик, которые в силу пенсионного возраста не могли рассчитывать найти более приятную работу.
Скворцов поговорил с ними. Посудомойка Раиса (именно так, по имени, она попросила себя называть), невысокая, худая, черноволосая и черноглазая женщина, быстрая, даже немного суетливая и в движениях, и в разговоре, проработала в «заведении», как она назвала «Вишенку», более тридцати лет.