Ирина Князева – Магия слова (страница 31)

– Алерой? – обеспокоенно, в попытке помочь бросаюсь к мужчине.

Ответом стал новый стон. После Алерой, потеряв сознание, свалился на каменный пол.

– Идём, пора, – потянув за плечо, Кас пресекает мою попытку помочь.

– Что? Что с ним? Ему же помощь нужна, – в возмущении выворачиваю плечо и падаю на колени рядом с Алероем. А его уже трясёт, что в припадке.

– Рита, – пытается поднять, сопротивляющуюся меня, Кас, – Это нормально. Смена крови болезненна и занимает некоторое время. Он скоро будет в норме.

– Честно? – хватаюсь за лацканы рубашки Каса, – Поклянись.

– Клянусь, – бросает он недовольно, – Идём, стражи уже в главном зале. Если не выйдем в ближайшее время, то начнут искать. Как думаешь, что они сделают с ослабленным полудемоном?

– Но, – всё ещё не решаюсь уйти, – он же останется один. А если…

– Никаких если, – Кас стал терять терпение, – Я прикрою вход иллюзией. И вот это тоже. И это.

Мужчина провёл ладонью по моему оголенному предплечью и что-то прошептал. После тоже самое сделал с запястьем.

– Что? Что там? – вновь запаниковала я, пытаясь рассмотреть кожу предплечья. Если порез на запястье исчез, то и там что-то было.

– Отметка о обретении брата, – Кас радушно улыбнулся, – Ваша клятва принята, и он уже твой брат. Потом посмотришь. А теперь пора произносить другую клятву. Идём, – потянул на выход.

В огромном и центральном помещении храма магические светильники висели, что, не имеющие связующих проводов, новогодние гирлянды. Их яркий свет после тёмного коридора ударил в глаза поэтому пришлось ненадолго зажмуриться. Но этого времени, так как Кас по-прежнему тянет за руку, хватило для того, чтобы оступиться. От позорного падения спасли обжигающие своим жаром руки, вот только принадлежали они вовсе не жениху.

«Зачем ты здесь?» – мысленно, одними глазами, интересуюсь у закутанного в объёмный плащ Кемиллуса.

Сердце встрепенулось надеждой, а мысли опять повело не туда. Так получилось, что о своих чувствах к этому мужчине я догадалась только когда едва его не убила. До сих пор помню, как внутри меня всё оборвалось. Поцелуй с Касом лишь укрепил догадку. Не понимаю за что и почему, моё сердце выбрало именно Кемиллуса, ведь видела от него лишь недовольство и угрозы. Своеобразная помощь при выходе за ворота академии, не в счёт. А может с этого всё и началось? А может так часто, чтобы лишний раз на него не напороться, выискивала его глазами, что привыкла, а сердце приняло за интерес? Или я всё же мазохистка? Хотя, что греха таить, я прекрасно вижу какой он с Авилой. Трепетный и нежный, готовый для неё на всё. А может это просто зависть, а не ревность? А впрочем, какая разница? Кемиллус жених подруги, не мой. И даже не будь между ними договора предков, всё равно никогда бы не встала между ними.

«Вот зачем ты сейчас с таким сочувствием смотришь на меня? Как всегда, фыркни презрительно и мне станет легче».

Но вместо этого Кемиллус отчего-то тянется к моей щеке и указательным пальцем осторожно снимает с щеки неизвестно откуда взявшуюся слезу. После молча, одними глазами, указывает в сторону. Взглянув туда, замечаю в таком же плаще стоящую рядом Авилу. За ней Морсель и всю оставшуюся команду. Благодарно киваю им.

– Рита, ты привлекаешь внимание, – Кас снова дёрнул мою руку.

Пряча взгляд, делаю шаг от шатена, но брошенное им шёпотом одно единственное слово заставляет взглянуть в его глаза вновь.

– Имя, – почти одними губами прошептал он.

«Что? Тоже, как и Алерой предлагаешь воспользоваться фамилией деда? Тебе то это зачем? Воспользуюсь, обязательно воспользуюсь, – кивнув мужчине, отворачиваюсь, – но не ради себя, а ради Алероя и будущих детей и внуков. Хотя вопрос спорный. Будут ли они, ведь, когда выясниться обман мне возможно придётся скрываться. Думаю, Императоры навряд ли такое простят. Ох, блин, возможно тогда и Алерою и другим полудемонам тоже придётся скрываться. Зачем же вы мне тогда такое советуете? – в порыве едва не оборачиваюсь, но Кас, будто почувствовав, сильнее сжал ладонь, – Нет я пройду помолвку как надо и в будущем выйду за него как положено. Но ведь тогда дети…. Блиин. Ну и как быть?»

Находясь в раздумьях, благословляющих нас родителей Каса я даже не запомнила. В памяти лишь отложилась картинка из двух напыщенных статуй и всё. В принципе, мне и этого достаточно, но вот они-то, могли хотя бы остаться до конца церемонии. Эти статуи даже не обняли сына, просто кивнув, церемонно бросили:

– Благословляю, – развернулись и ушли.

Причём сразу. Слово и сразу же спина.

«Жесть. Неужели им на столько плевать с кем их сын хочет связать жизнь? Хотя что это я, политика да и только. Боже, ну вот и как в этом жить?»

Меж тем Кас, не обращая внимание на поведение своих родителей, ведёт меня дальше. Подводит к центральному, похожему, на горный хрусталь и состоящему из двух пик, огромному камню. Жрец – седовласый в белой мантии старичок уже ждёт нас. В его вытянутых руках искриться, сложенное в несколько рядов белое полотно. Вот оно то и служит тестом на невинность. Мне переживать не из-за чего, но как же неприятна сама мысль о проверке. Не знаю, как для местных девушек, но для меня эта процедура кажется унизительной. Вот так вот, на всеобщее обозрение?

Кас подведя меня к одной из пик камня, берёт у жреца полотно и накидывает на меня. Пара секунд, в течении которых полотно не поменяло цвета, и окружающие могут убедиться в моей невинности.

Довольная улыбка Каса и радушная Жреца и церемония продолжается. Остались клятвы. Обычно невеста просто снимает с себя накинутое полотно и просит сохранить его. Это трактуется, как передача своей невинности жениху. После помолвки только он в ответе за неё. Даже если девушка гульнула на лево, это никого не волнует. При расторжении помолвки возвращённое полотно должно оставаться белым. Если это не так, женись. Так что, если не желаешь подлянки не затягивай со свадьбой.

Но это всё для обычных невест. Мне же предложен, вернее настоятельно потребован, другой вариант. Я вместе с полотном передаю все своё недавно появившееся имущество и оставляю под опеку только что обретённую, в виде Алероя, семью. Только после свадьбы мне это всё вернётся. Вот такая моя цена за возможность проживать в этом мире.

«Сунулась на свою голову в высшее общество. Вот честно, если бы не Хомка и друзья, которых обрела не только в академии, фиг бы я пошла бороться за это общество и за весь мир в целом».

– Рита, клятва, – стоя у противоположного кристалла и положив на него ладони, напоминает Кас.

Жрец уже снял с моих плеч полотно и ждёт, когда я приму его. Кивнув мужчине, беру ткань из его рук и кладу на левую свою ладонь. Правую же кладу на чуть шершавую гладь кристалла:

27

Уверенно вскинув подбородок, смотрю Касу прямо в глаза и вижу в них лишь маниакальный блеск учёного. Не интереса, не превосходства, одна жажда знаний и нетерпение. Он правда верит, что спасает меня и от этого в двойне грустно. Будь он просто моральным уродом послать его, наверно, было бы проще. Но он такой какой есть: верный, заботливый, прекрасный учитель и человек, но это всё до того, как перед ним возникнет загадка. Вот тогда-то, в стремлении разгадать, он и сметает всё на своём пути.

«Прости Кас, но я не подопытная мышка».

– Я Рита Осипова…

На этот раз слова клятвы шли из мозга и никак не касались сердца. Единственным желанием стало быстрее закончить и уйти, но как оказалось мы не единственные, кто решил провести обряд. Кемиллус и Авила наконец договорились между собой и теперь, повинуясь воле предков, готовились заключить союз. Пока Кемиллус общался с жрецом, Авила подошла ко мне:

– Не справедливо они с тобой, – грустно улыбнулась она, – Но, всё же думаю, что из того, что могло бы быть, Кас неплохой вариант.

– Может быть, – пожимаю плечами, – Но всё же хотелось бы, как у вас с Кемиллусом, – бросаю косой взгляд на мужчину, – по любви.

– По любви, – подруга тихо повторила мои слова и тоже покосилась, но в другую сторону от Кемиллуса.

Следуя за её взглядом, пытаюсь рассмотреть куда она смотрит, но в этот момент девушка вдруг, побледнев, осела.

– Авила? – подхватываю её, – Кто-нибудь, помогите, – прошу помощи окружающих.

– Держу, – подхватывает подругу подоспевший Гаюс и осторожно укладывает её на пол.

– Авила, девочка моя, – тут же рядом оказывается Кемиллус, – Ну же, очнись, – приподнимает он девушку и прижимает к себе.

Вокруг нас вмиг собралась толпа. Все обеспокоенно вглядываются в лицо Авилы и, думаю, никто не заметил, как трясутся опустевшие руки Гаюса. Видимо он и сам не может понять, что с ними, так как, опустив голову, смотрит только на них. В попытке успокоить разнервничавшегося мужчину перехватываю одну из его рук. Не ожидав этого, Гаюс вздрагивает и вскидывает взгляд, но не проходит и пары секунд, как он тут же прячет его.  Вот только я успела увидеть пару мокрых дорожек на его щеках.

«Сильно же ты переживаешь», – заинтересованно всматриваюсь в мужчину.

– Не дождёшься, – раздаётся довольно бодрый голос подруги, и я теряю к Гаюсу интерес.

– Как же ты нас напугала, – обращаюсь к пытавшейся встать на ноги девушке, – Куда? Ну вот куда ты? – хлопнув по коленям, сдаюсь её попыткам и встаю следом за подругой.

Кемиллус не спорит и молча помогает ей встать.