Ирина Князева – Магия слова (страница 20)

Открывала дверь и заходила в комнату я под неусыпным взглядом хозяина трактира. От страха и паники едва переставляла ноги, глазах застилала пелена вот-вот готовых хлынуть слёз. Как же я тогда желала увидеть в карих глазах понимание и поддержку, защиту, в конце концов. А увидела убийственные злость и презрение. От последующего выкрика я готова была умереть:

– Я же просил!

Кемиллус рывком поправил рубаху, которую снимал в данный момент и, едва не сбив меня с ног, выскочил из комнаты. Послышались торопливые шаги по лестнице и крики внизу. Вот тут-то, не помня себя, я и сиганула в окно. Как ничего себе не отшибла и не переломала не пойму. Видать везение всё же иной раз заглядывает на мой огонёк.

– Стоять! – раздалось из окна и на землю опустился огонёк пламени.

Из трактира выскочила компашка. Следующим моим воспоминанием было столкновение у ворот академии с седовласым магом. Он ни с чем возвращался с очередного набора, а на утро уже начинались занятия. Шаг за ворота, и я скрыта от преследований.

«Как же я ошибалась. Как отреагирует Алерой на рассказ Кемиллуса? Будет ли, как он, гнобить? Пожелает ли услышать?»

Я и не знала, что дверь нашей с Авилой комнаты так скрипит. Протяжный скрип режет сердце подобно ножу, вонзается всё глубже. Мужчины переступают порог.

17

– Рита, тебе плохо? – обеспокоенно выкрикивает Алерой и подбегает ко мне, – Что? Где? Скажи.

Такое поведение мужчины меня напугало сильнее нежели я услышала бы нотки презрения или злости. Похоже, с помощью Кемиллуса у меня к ним теперь иммунитет. Участия и заботы в этом мире мне испытывать ещё не доводилось, потому, от шока и неверия, молча глотаю ртом воздух, глоток за глотком, а глаза сами находят стоящего неподалёку Кемиллуса.

«И что же я ему буду должна?»

Шатен пугающе пристально безжизненным взглядом наблюдает за нами. На некогда живом, пусть и от злости, лице теперь мимики ноль. И это лишает остатков спокойствия.

– Всё хорошо. Просто неприятные воспоминания, – нахожу в себе силы ответить Алерою и отвести взгляд от Кемиллуса, – Что он тебе рассказал?

– То же, что узнал от тебя, – покосившись на друга, удивлённо ответил Алерой, – Про работу в трактире. Ну работала ты в тот момент, когда пропало кольцо и что? Или есть ещё что-то?

– Нет, ничего, – держа слёзы, быстро мотаю головой, – Просто думала, что и ты меня в воровстве обвинишь, – быстро ориентируюсь, что сказать.

– Глупая, – улыбнулся Алерой и нежно большим пальцем руки стёр, всё-таки скатившуюся слезу, – Никогда так не подумаю. Теперь мне хотя бы понятны ваши с Кемиллусом стычки. Вот для того, чтобы доказать, что ты не воровка я и согласился позавтракать в том трактире, что ты работала. Выведем хозяина на чистую воду.

– Мы туда пойдём, – холодея от ужаса переглатываю, – Втроём?

– Да, скорректируем немного наш выходной. Поднимайся. Ты так и не переоделась.

 С помощью мужчины встаю на ноги и немного заикаясь, вновь прошу:

– Вынуждена вас снова попросить из комнаты.

На ванну в такой короткий срок рассчитывать не приходиться, поэтому только обтирание и умывание. Это хорошо, что я не выкладывалась на пробежке. После быстрое переодевание в единственное имеющееся неученическое платье, в то, в котором я попала в академию, и я готова. Хомке и говорить ничего не надо, он сразу же с подушечки материализовался на моём плече, обнял хвостиком шею и будто безучастно улёгся.

Всё, чтобы ни было впереди, я выхожу.

– Так, – оглядев меня с ног до головы, произнёс Алерой, – видимо завтрак отодвигается ещё минимум на час.

– По мне и так сойдёт, – поморщился Кемиллус, – Время не резиновое, а у нас всего один свободный день.

– Нет, леди не подобает так появляться на публике, – стоял на своём Алерой, – Рита, ты может у Авилы позаимствуешь наряд?

– А что так? Уже не гожусь в невесты? – вскидываю подбородок.

В душе пронеслась такая лавина обиды, что душу обдало холодом и жаром одновременно. Захотелось заплакать и убежать. Но это было бы совсем по-детски, поэтому, просто обняв себя за плечи, делаю шаг назад.

«Не думала я, что Алерой такой».

– Рита, ты не подумай, – поспешил оправдаться мужчина, – Просто я не хотел, чтобы тебя приняли за прислугу и только. Согласись, лучше не допустить двусмысленности ситуации, чем объясняться или того хуже расхлёбывать последствия.

– Его стоит послушать, – по обыкновению с усмешкой, вдруг решил поддержать товарища Кемиллус, – Кто как не стратег обдумает и рассчитает все ходы на перёд. А Алерой стратег до мозга костей, да ещё и правдолюб. Говорит, как есть, а вот как, это уже совсем другой вопрос.

В удивлении вскидываюсь на шатена. Честно, не ожидала от него столь радушной поддержки друга.

«Что с ним сделал Алерой?»

При объяснении Алероя обида стала постепенно отступать, а при поддержке Кемиллуса схлынула так же быстро, как нагрянула. Оглядываю себя и мужчин. Действительно, по сравнению с ними, не смотря на опрятность платья, я выглядела, как нищенка. Давно запретила себе обращать внимания на внешний вид, с такими заморочками себя не прокормишь, и похоже втянулась.

«А нервозность этого утра напрочь отшибла мозги. Как же ещё день с этими двумя пережить?»

– Спасибо, не ожидал, – меж тем Алерой поблагодарил шатена.

– Я всего лишь хочу побыстрее решить этот вопрос, – фыркнул он в ответ, –Нет времени на сцены обиды. Да и последствия, как ты выразился, мне тоже не к чему. Напомню, день не резиновый, Авиле всё хуже.

«Ну вот почему нельзя было нормально сказать, что хочет с моей помощью найти кольцо? Зачем, эти приказы и недомолвки?»

Бросив недовольный взгляд на шатена прохожу мимо него. Обида всё же оставила небольшой след, поэтому и Алероя оставляю позади.

– В городе приобрету достойное вашего общества платье, чужое брать не буду, – кидаю, между прочим.

Шаг за ворота академии дался нелегко. Не знаю сколько бы я ещё, унимая панику, решалась, Кемиллус это решил быстро и просто. Буркнув:

– Ну сколько можно.

Со спины взял за плечи и перевёл через этот пугающий, невидимый барьер. Постоял какое-то время со мной, позволяя привыкнуть к безучастной и совсем не гоняющейся за мной толпе. Как же в этот миг я была рада его, теперь успокаивающему, жару и как замёрзла едва мужчина меня отпустил. От реального холода ежусь и перевожу взгляд на безучастного Алероя. Нет, в это момент он мне улыбнулся, но даже не подошёл, не то что взять за руку или под ручку.

«Ну и где же твои нежность и забота?»

Душу обдало ещё большим холодом, но действительно не время на обиды, поэтому душевно собираюсь и, потирая печатку на пальце, иду к первому показавшемуся бутику.

«Теперь я могу его себе позволить».

В планах просто, соответственно статусу, одеться, поэтому, отметая всю вычурность, приобретаю простое, по крою, но не по качеству и цене, платье и шляпку. На причёску времени нет, а под ней проще припрятать косы.

Отражение в зеркале не сразу узнала, так как вместо привычной меня – девочки подростка, из зеркала смотрела строгая даже в чём-то ледяная леди.  Наверно это из-за того, что в выборе цвета платья не смогла себе отказать и выбрала любимый – аквамариновый. Зачем гадать? Это же тоже я. И наряд на творившийся душевный, связанный с походом в ненавистный трактир, бедлам никак не повлиял.

Зато повлиял на Алероя. Как только я вышла к мужчинам они на долю секунды застыли, и это единственное в чём их действия совпали. После Кемиллус резко развернулся и вышел из помещения, а Алерой, напротив, рванул ко мне.

– Рита, ты просто обворожительна, – посыпались от него комплименты.

Алерой взяв мою руку положил себе на сгиб локтя и как-то степенно и важно зашагал на выход. Во взятом для поездки экипаже он подсел рядом и даже приобнял, вот только я испытывала неудобство и холод. Недовольного Хомку вообще пересадили на колени. Противиться не стала и даже успокоила зверька лишь из-за того, что рядом, опять чем-то недовольный и явно борющийся с собой Кемиллус. Провоцировать не хотелось. И нам, действительно, надо, как можно быстрее, всё решить. Помочь Авиле я хочу не меньше шатена.

Как и следовало ожидать, хозяин трактира так же, как и его сын, тот был занят уже другой девушкой, меня не узнал. Такие редко, завидев дорогой наряд, смотрят в лицо. На вопросы про кольцо оба излучали неподдельное изумление.

– Не понимаю, что вы от меня хотите? – удивлялся трактирщик, – Это же всё та потаскушка. Как оказалось, она не только вас обокрала. А я же к ней, как к дочери. С улицы подобрал, отмыл, дал кров и еду, более того обучил грамоте, а она вот так вот отблагодарила, – сокрушаясь, трактирщик всплеснул руками.

В принципе ничего такого, к чему бы я не была готова он не сказал, даже то, что это услышал Алерой меня не задело. Как бы то ни было, моя судьба налаживается и мне вдруг, может тому виной новый наряд, стало начхать, что обо мне подумают другие. Стало обидно за другое – эти гады продолжали вести свой, скажем так, бизнес, как ни в чём не бывало. Девушки – подавальщицы уже совсем другие. Такие же молоденькие и невинные, как многие до них. Хотя, судя по косым и обречённым взглядам некоторых, до них уже добрались.

«У них-то знаменитого деда нет. Да и за муж я уже что-то не хочу».

Лишение невинности практически лишает девушек данной возможности, а значит крова и опоры. Мало кому в этом везёт. Семья, которая и посылает их на заработки, отрекается тоже.  Поэтому после всего пережитого ужаса многие остаются работать дальше. Мир девушек – простолюдинок прост и жесток. Либо быстрое замужество, не важно за кого, либо огромнейший риск в поисках работы. Девушек, в отличие от мужчин, считая лишним, грамоте не обучают, магию не развивают, потому и в академию они не попадают. В личные служанки к леди предпочитают брать грамотных, поэтому нужную девочку выкупают у родителей примерно в пять лет. Она, не зная своей семьи, растёт и обучается со своей хозяйкой, полностью от неё зависит и на личную жизнь не имеет права.