Ирина Кизимова – Тридевятое. Книга первая (страница 51)

— Значит, ты всё-таки умер? — спросила она, подходя к юноше, но замерла в шаге от него, опасливо глядя на кольцо, которое красной змейкой зловеще поблёскивало в полумраке.

— Да, я был на том свете и видел отца. Мы говорили, вернее, это он говорил, а я не мог. И потом внезапный свет озарил тьму, вернув меня на землю. — сбивчиво объяснил царевич.

Василиса неожиданно расхохоталась.

— Что здесь смешного?

— Ты знаешь, кто может найти живую и мёртвую воду, чтобы вернуть покойного к жизни?

Иван покачал головой.

— Только мёртвый может найти нужную развилку.

— Глеб не мёртв.

— Конечно, он не мертв. — злобно выплюнула девушка ему в лицо. — Он Бессмертен!

— Ты шутишь? Почему ты так ужасно со мной поступаешь? — Иван не мог собраться с мыслями, с Василисой творилось что-то не то, будто его мудрую, добрую супругу вмиг заменила злая колдунья.

— Это ты меня предал, Иван! Это ты связался с Кощеем Бессмертным! Это его кольцо сейчас на твоей шее!

Иван неверяще перевёл взгляд на кольцо, держа его на ладони, оно казалось ему самым обычным украшением, он не видел того красного ореола, что могла заметить Василиса.

— Это неправда. Я видел Кощея Бессмертного, он разговаривал со мной и Глебом. — прошептал он, в голове совершенно не укладывались слова Василисы.

— Ты мог видеть то, что хотел показать тебе колдун. — холодно сказала Василиса. — Я думала, что ты на моей стороне, что ты действительно хочешь помочь мне.

— Глеб и Кощей были отдельно, я уверен в этом, Василиса. И я не знаю почему Глеб отдал мне его кольцо.

— Иван! Пойми! Он провёл тебя так же, как когда-то меня! — внезапно тон девушки сменился на ласковый, а воздух вокруг неё успокоился.

Но теперь уже Иван отступил от неё на шаг.

— Он не такой! Он не мог так с тобой поступить!

— Ты плохо знаешь Кощея Бессмертного, дорогой мой. — покачала головой Василиса. — Он пошёл бы на любые подлости, чтобы насолить мне.

— Глеб вернул меня с того света, и это говорит о том, что он искренен со мной. — прервал её Иван, а затем поднял решительный взгляд. — Что на самом деле произошло между тобой и Бессмертным?

— Я уже говорила! Он хотел, чтобы я вышла за него замуж!

— Ты обещала, что не станешь мне врать!

— Я не вру тебе!

— Василиса! Скажи мне правду!

— Я не могу рассказать тебе всего, Иван. Но пойми, ты не должен больше связываться с Глебом, он не такой, как ты думаешь.

— Глеб — мой друг, и он заслуживает того, чтобы быть рядом со мной хотя бы потому, что спас меня.

— Ты тот самый, Иван, ты герой из пророчества. Он бы пошёл на всё, лишь бы расположить тебя к себе.

— Если я тот самый герой, то не проще ли было Кощею Бессмертному меня убить?

— Всё не так просто, Иван.

— А как же? Объясни мне, что происходит.

— Глеб опасен, зло, которое находится внутри него скоро вырвется наружу. И тогда тебе придётся мне поверить.

— Глеб не зло, Василиса, он не Кощей Бессмертный.

— Он вернул тебя к жизни, Иван, какие ещё нужны доказательства, чтобы показать тебе, что он не простой смертный?

— Даже если это так, Глеб — мой друг и я верю ему как себе.

— Все вокруг врут тебе, Иван-царевич. — грустно улыбнулась Василиса.

Внезапная вспышка света, озарившая комнату, ослепила Ивана-царевича, а когда он открыл глаза, то перед ним уже никого не было. Василиса пропала. Скорее всего воспользовавшись суматохой, она скрылась с глаз долой в ипостаси лягушки.

Звуки ударов гулом донеслись до царевича, стрельцы вовсю ломали дверь, пытаясь проникнуть внутрь, вероятнее всего они слышали отголоски их громкого спора.

— Прекратите! — крикнул Иван-царевич. — Я сейчас отопру засов.

Удары по ту сторону прекратились.

Иван подошёл и отодвинул лавку, открыв дверь под удивлённые взгляды стоявших там старших братьев, их жён, собравшихся стрельцов, воевод и выглядывающих с нижних ступеней лестницы служек. Все застыли в таком замешательстве словно и правда покойника увидели.

— Иван-царевич! — громко позвал главный воевода. — Мы уже вторым отрядом искать вас выходили, как моя дочь сказала, что вы живы! Это правда вы?

— Да, я жив-здоров. — Иван мягко улыбнулся, отмечая то, как губы Сергея сжались в ниточку, он застыл в напряжении под пристальным взглядом младшего брата, Василий рядом тоже не находил себе места.

— Но как же? Царевичи сказали, что вас медведь задрал…

— Моим братьям показалось. То были проделки местного Лешего. — уверенно сказал царевич. — К сожалению, у меня ушло достаточно времени, чтобы его провести и найти выход из тёмного леса.

Сергей и Василий удивлённо вытаращили на него глаза, но смолчали.

— Все живы-здоровы! Это самое главное! — радостно защебетала Марфа.

— Твоя правда, Марфа Николаевна. — кивнул Иван, а затем попросил собравшихся. — А сейчас мне нужно поговорить с братьями. Мы спустимся к вам позже.

С этими словами он прошел в горницу, открывая дверь, жестом приглашая старших братьев зайти, а после запер её на засов.

Когда шаги снаружи затихли, оба царевича бросились в ноги к младшему.

— Не гневайся, Иван-царевич! Не наша эта затея была! Разве стали бы мы думать об убийстве собственного брата?

— То жена твоя ведьминскими речами нас заговорила!

Повинились братья.

Иван нахмурился:

— Говорите, что это Василиса виновата? А сами вы меня убивать не хотели?

— Да, верно говоришь! Это всё её козни!

Младший царевич сел на корточки, а затем со всей дури треснул кулаками по головам братьев, в одно движение раскраивая им царские носы.

— Решили всё на девку свалить, значит?

Он был вне себя от злости. И кому теперь можно было доверять на этом свете?

— Но это она всё спланировала! — не унимался Василий, за что получил ещё раз.

— Даже если это правда, вы виноваты не меньше. — спокойно сказал Иван, поднимаясь на ноги. — Ладно, вставайте, хочу смотреть в ваши бесстыжие глаза, когда с вами разговариваю.

Братья поднялись, виновато потупив очи, приложив ладони к разбитым носам.

— Я сказал, в глаза мне смотрите!

Царевичи невольно подняли на него взгляд, в голосе младшего звучала доселе невиданная внутренняя сила.

— Я не стану никому рассказывать о вашем предательстве. И казнить тоже не собираюсь. Ваш подлый поступок будет преследовать вас до конца жизни. — спокойно проговорил Иван, глядя прямо в глаза старшим братьям, которые впервые смотрели на него со страхом и уважением. — Вы оба можете сослужить хорошую службу Тридевятому, если будете мне повиноваться, поэтому поклянитесь именем нашего отца в верности, и дайте слово, что оставите свои притязания на мой трон.

— Клянёмся именем царя-батюшки Берендея, что признаём Ивана, третьего царского сына полноправным правителем Тридевятого царства и клянёмся служить ему верой и правдой до конца наших дней. — одновременно проговорили старшие царевичи.