Ирина Кизимова – Бог смерти на полную ставку (страница 39)

Аполлон засмеялся:

— Не ожидал от тебя ничего другого.

— Мы не едем в аэропорт? — спросил я, заметив, что Бог свернул в противоположную от нужного указателя сторону, когда мы выехали на трассу.

— Туда, но по дороге подберём ещё одного спонсора.

— Ты же говорил, что Диана не едет.

— А это и не Диана.

— Только не говори мне, что…

В машину рядом со мной села Афина в строгом чёрном платье футляре с идеально уложенными в высокую причёску светлыми волосами. Она тоже окинула меня придирчивым взглядом, но в отличие от Аполлона тут же принялась поправлять галстук прямо на ходу.

— Я так рад вас снова видеть. — тепло улыбнулся, позволяя ей любые манипуляции со своей внешностью, не поморщившись даже когда она достала из сумочки расчёску, приводя мои волосы в удобоваримый вид.

— Конечно, дорогой мой. Я никогда не нарушаю данного слова.

— Вы сама доброта!

Аполлон подозрительно покосился на нас в зеркало.

— Миша, снимешь линзы? В них твои глаза выглядят неестественно.

— Отвали. — я даже не удостоил его взглядом. — Как день прошёл? Как там Цезарь? Я уже успел соскучиться по совам!

— После твоего отъезда он совсем погрустнел, обязательно навести его, когда мы разберёмся с насущной проблемой.

— Я только за! Сыграем в следующий раз в монополию, уверен, это будет увлекательно.

Богиня мягко улыбнулась, потрепав меня за щёку:

— Ну, разумеется, если испечёшь мне блинчики.

Аполлон, всё это время сидевший с выражением лица «я правда это слышу или у меня галлюцинации», как можно ровнее произнёс:

— Когда вы успели подружиться? Мне ты не готовил, хотя мы друзья!

— А зачем тебе готовить? Ты и сам умеешь яичницу жарить.

Афина рассмеялась:

— Миша такой занимательный персонаж, кстати, у него очень красивые глаза, жаль, что он не хочет снимать линзы.

Тут Бог искусств уже не удержался и резко затормозил, благо мы как раз въехали на парковку, он хмуро повернулся к нам, прожигая меня взглядом, светящаяся аура сменилась тучами.

— Ты сделал что?.. — по слогам произнёс он.

— Ну, я попросила Мишеньку снять линзы, и он с радостью это сделал. — Богиня просто упивалась своим превосходством над Богом искусств и совершенно этого не скрывала, вот она сила запретного знания. — Говорю же, он очень занимательный персонаж.

— Слушай, Феб, мы уже на самолёт опаздываем. — напомнил я, но тот продолжал сверлить меня взглядом, превратившись в собственную сестру во время нашей с ней первой встречи.

— Я думал у нас с тобой доверительные отношения. — хмуро заметил он. — Но ты очень плохо со мной поступаешь.

— Прекратите вести себя как дети вы оба. — строго заметил я, ох уж эти Боги… за что мне это… — Давайте все будем жить дружно! Нам и правда нужно на регистрацию.

Афина одарила его самой приветливой улыбкой, и едва мы вышли из машины, цапнула меня под локоть. Мы прошли в бизнес зал за хмурым Богом искусств, аура которого была настолько убийственной, что даже те, кто случайно его замечал и узнавал, боялись подойти взять автограф, настолько злобно он выглядел. Это продолжилось и в самолёте.

— Это было условием её помощи. Я раскрыл ей свою сущность просто потому, что так она согласилась помочь. — спокойно заметил я, когда Афина отошла в туалет. — Это был единственный способ привлечь её на нашу сторону.

Он перевёл на меня взгляд, понизив градус убийственности, но всё ещё злился.

— Ты думаешь, я бы не принял твою истинную суть, скажи ты правду? Не веди себя со мной так, будто я пустое место! Мне совершенно не нравятся твои манипулятивные игры!

— Ты прав, я перегнул палку. — заметил, невольно вспомнив, как послал его в машине, да и вообще реагировал порой на его искреннюю доброту и заботу просто ужасно, мне стоило быть более расположенным к Богу, который хочет мне помочь. — Знаешь, у меня сложный характер, как ты уже успел заметить, поэтому, если хочешь быть моим другом, тебе придётся с этим смириться.

— Я смирюсь с твоими загонами и наглостью, но не с тем, что ты мне не доверяешь.

— Правда может вылезти нам боком сейчас, поэтому я обещаю, что всё тебе расскажу после того, как мы разберёмся с Аресом.

— Хорошо. — тучи рассеялись, но он пока не светился. — Всё же это я втянул тебя в разборки с ним.

— Знаешь, ты кажешься совсем другим, когда злишься или становишься серьёзней.

— Я был на грани того, чтобы превратить тебя в змеёныша. — пригрозил тот. — Ещё раз такое выкинешь, и я точно посажу тебя в аквариум и буду кормить дохлыми крысами.

— Фу, отстойно…

— Разобрались, мальчики?

Пришлось встать, чтобы Афина заняла своё место у окна.

— Признаюсь честно, подтрунивать над тобой Феб, довольно весело, так что я не сдержалась. Прости мне это ребячество. — примирительно улыбнулась она. — Но я действительно знаю, кто такой Михаил, и поверь мне, ты будешь удивлён не меньше.

— Ты говоришь это так, будто Миша один из нас и по меньшей мере не ниже нашего ранга.

Мы переглянулись, и я лишь покачал головой, показывая, что ничего ему не говорил.

— Но ведь это невозможно, я точно знаю всех Богов. — засмеялся он, сделав глоток воды из бутылки.

Мы с Богиней снова переглянулись и пожали плечами, мол чёрт знает, что у него в голове.

— На самом деле всё не так страшно. — заметил я. — Всё куда хуже.

— Ты совсем не успокаиваешь, Миша. — он щёлкнул меня по носу так же, как я его когда-то.

— Ладно-ладно. Я тебя понял. — примирительно поднял руки и спросил. — А кормить нас будут?

— Мы скоро приземлимся, поешь на вечеринке. — устало заметил Аполлон, включая фронтальную камеру, видимо, чтобы проверить достаточно ли идеально выглядит для встречи с простыми смертными.

— Ты в последнее время много работаешь. Впервые вижу, чтобы ты использовал тональный крем. — включилась в разговор Афина.

— Да, в отличие от некоторых, кто воспитывает сов в глуши, у меня довольно плотный график, а после его появления. — он кивнул на меня, будто это и так не было очевидным. — Всё стало совсем сложно.

— Так говоришь, будто не ты уговаривал меня на эту авантюру. — протянул я.

— Ничего. Ты доставил мне кучу проблем своей выставкой, так что давай отрабатывай.

— Миша, говоря о нашей общей проблеме. — серьёзно заметила Афина. — Какой у тебя план? Даже если ты победишь в турнире, что это изменит в мировоззрении Ареса?

— Гордыня, эгоизм, уверенность в собственном превосходстве — это то, чем грешат Боги, никого не обходят стороной эти пороки, а тем более кровавого Ареса. Однако я уверен в одном. Он делает всё лишь бы ему не было скучно, и в каком-то смысле мне это близко и знакомо, правда, убивать людей на потеху не моё, но общий смысл ясен.

— Всё верно, все мы этому подвержены, и ты в том числе. — спокойно прокомментировала Афина.

— Разумеется. Мы все эгоисты, однако, когда наше самолюбование выходит за все рамки, его нужно пресекать. А кто не сделает это лучше, чем интересный соперник? — я усмехнулся.

Невольно вспомнил, как в своей прошлой жизни вечно выбирал человека, который определённо был лучше меня в какой-то области, будь то учёба, спорт или работа, но я не старался быть с ним на равных, а пытался превзойти, правда, когда достигал цели, быстро терял интерес. В этом и был ключ к тому, чтобы подобраться к Аресу, а именно дать ему такого соперника, что сможет развеять скуку, и он должен быть достаточно интересен, чтобы Бог войны действительно забил мысли лишь превосходством над ним.

— Вполне в твоём роде. — рассмеялся Аполлон. — Ничего другого от тебя и не ожидал.

— Уверен, что сможешь соперничать с Богом войны?

— Нет, но у меня есть на примете тот, кто сможет.

— О-о… Звучит крайне занимательно. — протянула Афина. — Я нисколько не пожалела, что согласилась стать твоим союзником.

— Он забавный, правда? — улыбнулся Бог искусств, за что получил щелчок по лбу.