Ирина Кириленко – Странное пари (страница 2)

   Не став дожидаться посторонней помощи, девушка выскочила наружу. «Замечательный Грэг» с бесстрастным лицом так же степенно, не глядя по сторонам и, как и на станции, полностью игнорируя гостью, молча вышел, достал чемодан и двинулся по ступенькам ко входной двери. Мари засеменила следом.

- Вы, наконец, приехали, дорогая, - навстречу им в холле выскочила маленькая полная женщина с живым и приветливым лицом, - Я – миссис Финли, домоправительница нашего интерната. Если возникнут какие-либо вопросы, касающиеся моей компетенции, прошу, милая, не стесняйтесь! Сейчас идите в свою квартиру отдыхайте, а завтра я Вам всё здесь покажу.

   Миссис Финли горячо пожала руку девушки и обратилась к её спутнику:

- Профессор, Вы сами проводите нашу гостью и отнесёте чемодан, или мне позвать мистера Финли?

   Мужчина, не удостоив внимания вопрос и не выпуская чемодан из рук, просто прошёл вглубь холла к широкой мраморной лестнице, ведущей наверх. Посчитав это за ответ, домоправительница легко подтолкнула Мари в том же направлении и тепло пожелала им обоим приятных снов.

   «Наверное, я поспешила, решив, что сходу ужасно ему не понравилась, - размышляла девушка, поднимаясь вслед за хмурым профессором, - если он так «разговаривает» с прелестной миссис Финли, чего уж ожидать мне, абсолютно посторонней мисс».

   Они поднялись на верхний этаж, как поняла Мари, выделенный для квартир профессоров и работников интерната, и остановились у одной из дверей. Профессор Грэг толкнул дверь, которая оказалась незапертой, щёлкнул выключателем, поставил чемодан на пол и, всё так же бесстрастно, протянул девушке ключи.

- Завтрак в восемь. Столовая внизу, найдёте., - проскрипел он недовольным низким голосом.

   Мари, хотя бы перед прощанием, попыталась сделать ещё одну попытку, всё-таки, произвести на буку-профессора приятное впечатление:

- Большое спасибо, профессор Грэг, что встретили и проводили! И я прошу Вашего прощения за, возможно, некую фамильярность, которую допустила при знакомстве! Мне, правда, очень жаль…

   Не дослушав эту пламенную речь, «замечательный Грэг» просто развернулся на каблуках и стремительно удалился, не удостоив бедняжку даже взгляда…

- Похоже, мне будет не так уж легко, как расписал дядя Ден, - вздохнула девушка и принялась осматривать своё новое жилище.

   Это оказалась маленькая и очень уютная квартирка с одной спальней и гостиной, с крошечной кухонькой со всем необходимым, что может понадобиться одинокой молодой девушке, и достаточно просторной ванной комнатой с душевой кабинкой, угловой ванной, раковиной и туалетом.

   Вся обстановка была выдержана в нежных пастельных тонах, из которых преобладали бежевый и светло-коричневый оттенки. Резная, лёгкая на вид, мебель. «А крова-а-ать! Господи – Боже - мой! Вот это кровать!», - Мари, буквально, застыла на пороге спальни. И, действительно, было от чего: две трети комнаты занимала огромных размеров двуспальная кровать, возвышающаяся над обстановкой на некоем подобии постамента.

- Это зачем же Вы, дядя Ден, в своём серьёзном учреждении выделяете одиноким профессорам такие сомнительные кровати?!

   «Дядя Ден» был ректором и Главой Учредительного Комитета интерната, а потому, размещение в крохотных профессорских квартирках эффектной, но такой неподобающей мебели, никак не могло пройти мимо его внимания. Если предположить, что, вообще, не он инициатор покупки и установки этого «безобразия».

   Отец Мари и дядя Ден, в своё время, были закадычными друзьями и были, буквально, неразлучны чуть ли не с пелёнок. Оба умные, смешливые, с одинаково-авантюрной жилкой и безграничной любовью к своим жёнам. Детей у дяди Дена не было. Его жена умерла от родов их первенца и, с тех пор, дядя Ден так и не смог обратить внимание на какую-нибудь другую женщину. Он, сколько себя помнила Мари, всегда был желанным гостем в их доме, и она, единственная дочь близкого друга, практически заменила дяде Дену его страшную потерю.

   Отец Мари ушёл из жизни пять лет назад от внезапной остановки сердца. Никогда и ничем не болел, и вдруг… Тромб оторвался, - объяснили безутешным жене и дочери в больнице. Следом за отцом в течение года, как будто, потухла и тихо умерла и мать.

   Из всех близких на земле у Мари остался только дядя Ден. А она – у него. Оба очень ценили эти отношения и внимательно следили за судьбами друг друга. Правда, всё больше, посредством переписки и телефонных разговоров. Дядя Ден почти безвыездно жил в своём поместье-интернате, а Мари, до недавнего времени, была почти что в браке.

   Они съехались с молодым человеком и прожили совместно почти год, но потом Гарри, как звали почти – мужа, внезапно и бесповоротно влюбился в их коллегу из офиса. Поэтому Мари разом лишилась не только жениха, но и хорошо оплачиваемой работы. Правда, за работу она ещё какое-то время цеплялась, пока, наконец, не поняла, что глубоко несчастна и больше не в состоянии наблюдать, как перед глазами каждый день мелькают счастливые целующиеся голубки.

   Вот тут-то перед ней и возник дядя Ден со своим безумным предложением. Девушка окончила экономический колледж и не имела совершенно никакого отношения ни к психологии, ни к детям. Но дядя Ден, почему-то был совершенно уверен, что у Мари всё получится. А она так и не смогла ему отказать.

- Что ж… до начала занятий ещё неделя, а завтра – будет новый день! – постаралась приободрить себя девушка и взялась за разборку чемодана.                 

ГЛАВА 3.

   Профессор Грэг не обманул. Утром, приведя себя в порядок, Мари спустилась в холл и сразу обнаружила огромную столовую. Вся мебель столовой состояла и четырёх длинных дубовых столов со скамьями, составленных параллельно друг другу, а перпендикулярно им на возвышении стоял чуть менее длинный, пятый, стол. Но уже не со скамьями, а с тяжёлыми дубовыми же стульями.

   Четыре стола были полностью пустыми, а за пятым вразнобой восседали человек семь. Мари сразу же заметила миссис Финли и подсела к ней.

- Дети ещё не вернулись с каникул, дорогая, - доверительно прошептала ей женщина, - да и профессоры, если не считать тех, кто и не уезжал, ещё пока не съехались. Вы – первая ласточка.                

- А много, вообще, преподавателей?                                                                                          

- Дайте подумать. У нас четыре факультета: точных наук, естественных наук, филологии и искусствознания. Двадцать человек, плюс ректор и, теперь Вы, моя милая. Технический и обслуживающий персонал питается отдельно. Поэтому я сегодня с вами, а с завтрашнего дня вернусь к своим. Просто не хотелось Вас бросать в одиночестве. Из профессора Грэга так себе компаньон. Вы, наверное, и сами заметили.

   Женщина хихикнула и покосилась вправо, где по центру стола расположились дядя Ден и его «замечательный Грег». Мужчины о чём-то оживлённо беседовали, причём, что удивительно, говорил, в основном, такой молчаливый профессор Грег. А ректор только слушал и согласно кивал.

- Он декан факультета точных наук. Мистер Физмат, как его за глаза называют студенты. Справа от ректора сидит миссис Горинг. Она декан факультета филологии и языкознания. Не смотрите, что она кажется такой серьёзной и неприступной. Она та ещё хохотушка. Вы обязательно подружитесь! И, вообще, скоро освоитесь и со всеми познакомитесь. У нас коллектив слаженный и без всяких, знаете, интриг и сплетен.

- Это очень радует. Я надеюсь, меня здесь примут. И дети тоже…                                     

- Маленькие проказники, - миссис Финли расплылась в счастливой улыбке…         

 ***                                                                                                                                                                  

   После завтрака она повела Мари показывать свои владения. Сам дом оказался гораздо более огромным, чем сначала показался. Он имел форму полого квадрата, внутри которого располагался внутренний дворик, выложенный мраморной плиткой. 

   Четвёртый этаж фасадной части дома занимали такие же, как и у Мари, маленькие квартирки для профессоров – одиночек. По правую и левую стороны от фасада шли большие комфортабельные квартиры для семейных учителей и работников интерната. А задняя часть последнего этажа была отдана под квартиры персонала без семьи. 

   Третий этаж – студенческие спальни, по каждой стороне на факультет. Причём, если для младших были выделены большие общие комнаты, то старшие студенты жили в маленьких уютных спальнях, рассчитанных на два-три человека. 

   Второй этаж – учебные аудитории. Ну, а первый – просторный холл, столовая, библиотека и спортзал. 

- В поместье также есть крытый бассейн, конюшни и хозяйственные постройки, - продолжала объяснять женщина, - они там с тыльной стороны главного здания. Вы их потом сами осмотрите. Ещё у нас прекрасный парк, поле для поло и конкура, а ближе к границе поместья – небольшая речушка и главная наша гордость – Озеро. Ну, это Вы тоже увидите после. 

- А почему озеро – гордость?                                                                                                             

- Во-первых, там ОЧЕНЬ красиво!, - миссис Финли мечтательно закатила глаза, - Во–вторых, там есть лодочная станция и наши студенты занимаются греблей и парусным спортом. Ну, и, конечно, зимой – коньки. Плюс, это я ещё не упомянула рыбалку и подводное плаванье. В общем, здесь можно найти физические развлечения на любой вкус. Наши дети, всё больше, увлечены книжками и наукой, поэтому наш долг, вносить в их жизнь и реальные впечатления. Ну, Вы меня понимаете…