Ирина Кириленко – Бирюк (страница 18)

— Господи, да в чём?! Я сюда приехала всего лишь подменить подругу! У меня на Вас, как Вы утверждали, планов никаких нет! Просто всё как-то так перекрутилось… — она всхлипнула, вспомнив про свои чувства, — Пожалуйста! Давайте просто оставим всё, как есть?

— А как у нас с тобой «есть», В-варя? — казалось, он немного оживился.

— Я на Вас работаю, а Вы мне платите за это. И больше ничего другого, — стирая кулачком хлынувшие слёзы, девушка посмотрела на него с мольбой.

— Отлично! — казалось, мужчина даже развеселился, — Ты на меня работаешь, и на этом всё. Иди, убирай в спальне. Закончишь, и можешь идти…

ГЛАВА 23

Следующие несколько дней протекли довольно спокойно. В рабочие дни Варя с Алёной рутинно убирали домики гостей, а в выходные, которые начинались с того, что девушка приходила к боссу и приводила его, и без того сверкающий чистотой, домик в порядок, тянулись нудно и бесконечно.

Варе совершенно нечем было заняться. Единственное, чем она смогла занять себя, это рисованием.

Вообще, Варвара занималась рекламой. Баннеры, этикетки, стикеры — это была её профессия и работа. И она Варе нравилась. Вообще, девушка специализировалась на мультяшках. На всяких-разных товарах и услугах для детей.

Она обожала придумывать образы разных смешных животных. Например, последний большой заказ — этикетки для баночек и коробочек с детским питанием.

Её смешные слонята, ёжики и семейство зайчат тогда очень понравились заказчику, и фирма Вадима получила неплохие деньги за выполненную работу.

Но для себя… когда девушка брала альбом и, забравшись куда-нибудь в укромное место, бездумно начинала водить карандашом… у неё выходили довольно «говорящие» сцены гротеска.

Варя очень тонко чувствовала и подмечала самые точные, самые «говорящие» детали событий или людей. На её рисунках оживали сцены, которые в жизни её больше всего впечатлили.

Это могла быть «заварушка», подмеченная на остановке, когда девушка, ожидая маршрутку, стала свидетельницей ссоры одной ворчливой старушки и не менее вздорной раскрашенной девицы. Дамы тогда поспорили, если можно так сказать, о течениях современной моды.

Придя домой, Варя очень точно изобразила искажённое злобой лицо пожилой женщины и её перекошенный рот, когда она кричала на товарку, не выбирая слов, что думает о её слишком короткой юбке.

Девица же в ответ, не менее злобно, выплёвывала очень обидные слова и про возраст визави, и про Советский Союз, наложивший отпечаток вычурного, как она считала, пуританства на граждан, и про то, что бабка, может, и сама бы хотела, но не могла, потому что ей слишком поздно…

В общем, ссора была громкой, некрасивой и сильно задевающей обе стороны. Именно суть этой ненависти двух поколений друг к другу, Варя очень тонко ухватила в своём рисунке…

Вот и теперь, уединяясь с альбомом и карандашом, девушка изобразила, например, свой недавний некрасивый разговор с Эвелиной, когда начальница ни с того, ни с сего, накинулась на Варю, обвиняя подчинённую Бог знает, в чём.

Варя, де, бесстыжая интриганка, крутящая перед порядочными мужчинами хвостом. Да так, что они, мол, даже не пытаются отказаться от «сомнительных прелестей» распущенной подчинённой. Девушка тогда просто выслушивала поток обвинений, раскрыв рот.

А на следующий день, с язвительным сарказмом, изобразила и свои «прелести», и толпы «заинтересованных» несчастных мужчин, и прелести Эвелины, обделённой, с её слов, вниманием противоположного пола… Исказив до неузнаваемости реальные черты, девушка сделала их вызывающе-правдоподобными…

В общем, Варя проводила досуг так, как ей было интересно…

Все эти дни Кирилл Матвеевич, на удивление, часто попадался ей на глаза, хотя и не подходил, и не заговаривал с Варей.

Например, на следующий же день после того памятного разговора, девушки, урвав время среди рабочего дня заскочили в ресторан пообедать, и стали свидетелями удивительной картины!

Босс, сменивший потёртые джинсы и тёмную рубашку на бежевые летние брюки и ослепительно-белый пуловер грубой вязки и выглядевший, надо сказать, в новом образе удивительно привлекательно и элегантно, в этот раз обедал в окружении гостей.

Мужчина был прям душою общества! Он много смеялся, много шутил. Ловя на себе восхищённые взгляды дам и одобрительно-заискивающие мужчин, босс просто купался во всеобщем внимании!

И, что удивительно, такое к себе отношение, он воспринимал как-то довольно привычно и легко! Словно не было и в помине того мрачного бирюка, которого знала Варя. А, вместо него, блистал остроумием и какой-то совершенной мужественной красотой денди-обаяшка и безоговорочный покоритель женских сердец.

Варю тогда он так и не заметил. Девушки тихонько пробрались за служебный стол и, на протяжении всего обеда, наблюдали, как гости таяли от восторга, общаясь с таким весёлым и привлекательным хозяином комплекса, в котором им посчастливилось отдыхать.

Алёна тогда, кстати, тоже удивилась. Варя, было, сначала решила, что новый образ босса удивителен ей одной — потому, что она здесь человек новый. Но напарница заверила её, что за два года её работы здесь, она тоже никогда не видела Козыря иначе, чем в образе нелюдимого замкнутого бирюка.

Всё это выглядело… волнующе-странно. Рассматривая его сокрушительную улыбку, которую он дарил не ей, Варя всё больше и больше убеждалась в том, что это очень замечательно и хорошо, что ей осталось работать здесь всего каких-то две недели.

Иначе, узнав босса ещё и с такой сверкающе-блистательной стороны, девушка рисковала окончательно и бесповоротно в него влюбиться.

А потерять голову от мужчины, которому ты абсолютно не нужна, к тому же, который воспринимает тебя лишь как разовую доступную шлюху… в общем, что может быть печальнее для маленького разбитого сердечка?!

Когда девушка являлась к Кириллу Матвеевичу в домик убирать, мужчина вёл себя очень сдержанно и отстранённо. Он лишь коротко кивал на её приветствие, а после и вовсе её не замечал.

Когда Варя спускалась с пылесосом в гостиную, мужчина молча вставал и покидал домик, предоставляя горничной в одиночестве заканчивать свою работу.

Кусая губы от, почему-то, подступивших растерянности и даже обиды, Варя убеждала себя, что именно этого она и хотела — чтоб босс перестал её замечать. Вот он совершенно её и не замечал… Словно её и не существовало…

В общем-то, он делал именно то, что Варя у него и просила, но от этого бедняжке делалось, отчего-то, невыносимо горько. Она чувствовала себя именно так, как и есть — незаметной прислугой, на которую плевать. Лишь бы она чётко выполняла свою работу, а в задачу хозяина входило эту самую лишь соответствующим образом вознаграждать. Причём, исключительно в денежном эквиваленте…

В общем, все последующие дни Варе показались выматывающе-неподъёмными для её расшатанных нервов.

Девушка, уединяясь в своей спальне, погружалась в копание в себе, засыпая упрёками свою слабую волю и слишком впечатлительное сердце, которое, несмотря на холодный душ из невнимания и надменности босса по отношению к ней, всё равно осмеливалось мечтать и, глупое, трепыхалось и вздрагивало всякий раз, когда на горизонте появлялся Козырь…

-

Вся эта горько-сладкая монотонность нескольких дней внезапно была прервана явлением в комплекс «Аврора» новой «порции» гостей. Супружеская пара, как дама объяснила при заселении сопровождавшей их Эвелине, решила провести здесь второй медовый месяц.

Голубки не могли оторваться друг от друга. Правда, дама, при этом, выглядела настойчивее мужчины в попытках ни на минуту не разлучаться с супругом. А кавалер принимал «ухаживания» своей леди несколько устало, если не сказать, с некоторой обречённостью, что ли…

Горничные как раз явились в их домик для утренней уборки, когда хозяева «медовой обители», значительно задержавшись на завтрак, рука об руку спустились из спальни в свою временную гостиную.

Увидев «новобрачную» пару, Варя испуганно замерла. Им навстречу по ступенькам спускался Вадим, поддерживая под локоть свою законную супругу…

ГЛАВА 24

В памяти девушки ещё была жива та некрасивая сцена, когда, как-то в воскресенье, Варя, на правах хозяйки, хлопотала с завтраком на кухне, а Вадим принимал душ. Входная дверь внезапно открылась и на пороге появилась Она, законная супруга…

Смерив «кулинарку» брезгливым презрительным взглядом и оценив обстановку, девушка тогда процедила: «Выметайся! Даю тебе десять минут!».

И, чтобы у Вари не возникло никаких сомнений, что вошедшая имеет на такое поведение все права, покопавшись в сумочке, гостья достала паспорт и, открыв страницу со штампом о законном браке, сунула в нос растерянной Варе.

«Невеста» тогда быстро пришла в себя. Метнувшись в комнату, она без разбора покидала в чемодан вещи, которые нашла и заспешила ко входной двери.

Вышедший в тот момент из ванной Вадим, что-то пытался кричать ей вслед про «решили пожить отдельно» и даже что-то про «люблю только тебя», но Варя не захотела слушать…

Она очнулась лишь на автобусной остановке. Оглядев свой незамысловатый скарб, девушка набрала номер телефона близкой подруги и переночевала у неё.

В понедельник, придя на работу, Варя отправилась прямиком в кабинет босса. Она не собиралась выяснять с Вадимом какие-либо отношения. Просто хотела договориться с ним насчёт своих оставшихся в его квартире вещей и подать заявление об уходе.