Ирина Канро – Шелк цвета слоновой кости (страница 2)

– Что вам подсказать? Какую ткань выбираете? У нас прекрасный натуральный шёлк!

– А что, бывает ненатуральный? – искренне удивился Орег, соображая в этом не больше детсадовца. Женщины кокетливо захихикали, оценив, по их мнению, шутку.

– Возьмите этот! Оттенок слоновой кости благороден и подойдёт практически любому!

Орег рассматривал кусок белой ткани и всё так же искренне пытался там увидеть эту самую «слоновую кость», но в голове всплывал лишь образ мамонта. В итоге он решил, что как-то нелепо уходить из магазина без покупки, поэтому, почесав затылок, купил рулон этой самой «слоновой кости», чем поверг женщин в благоговейный шок.

И только когда Орег уже стоял на бульваре, его посетила светлая мысль, что покупка рулона ткани тогда, когда автомобиль отсутствует, – не самое удачное решение. Благо до его пентхауса было всего ничего, так что он пёхом отправился домой, мысленно проклиная Майка с его идеей искать себе девушку в магазине тканей.

Остро захотелось выпить. Возле дома располагался отличный супермаркет, куда Орег и завернул, по-прежнему вспоминая друга нехорошими словами, как, собственно, и этот белый рулон под мышкой.

Орег решительно двигался к прилавку с алкогольными напитками, игнорируя заинтересованные взгляды, но неожиданно приятный запах свежего морского бриза с нотками чего-то сладкого заставил его остановиться. Он незаметно потянул носом, с удовольствием вдыхая аромат. Он что, встал рядом с полками конфет или освежителями воздуха? Да ещё такими вкусными! Взгляд невольно упал на стройную девушку, которая стояла буквально в нескольких метрах от застывшего Орега и с задумчивой злостью рассматривала упаковку сельдерея в своей руке. И Орег понял, что этот запах принадлежит именно ей. Светлые, почти белые, прямые волосы ниже лопаток, светлая гладкая кожа, длинные ресницы, прямой заострённый носик, чуть пухлые губы, изящные шея и плечи, узкая талия и аккуратная попа, которая всколыхнула в Ореге всё его мужское естество. «А вдруг?..» – осторожно подала голос «последняя надежда» в его голове, которая почему-то никак не могла спокойно умереть. И он, уверенно настраивая себя на то, что ему уже нечего терять кроме рулона шёлка, решительно направился в сторону этой красавицы.

Глава 2. Эвелина

Эвелина была хороша собой: светловолосая стройная красавица с синими, как осеннее небо, глазами. Однако существовал кое-какой нюанс – она бесплодна. Выяснила она это, будучи на втором курсе института.

Весь первый курс за ней бегал ее одногруппник Адам – горячий поджарый парень с очаровательной улыбкой. Эвелина к тому моменту ещё ни разу ни с кем не встречалась и очень стеснялась внимания со стороны парней. В институте, как и в школе, всё свободное время она налегала на учёбу, полагая, что отличные оценки позволят ей в будущем найти хорошую высокооплачиваемую работу, а личная жизнь… когда-то там сама образуется. Во многом этим мыслям способствовали родители, которым перспектива обеспечивать дочь с нагулянным ребенком совсем не улыбалась.

В конце концов Эвелина не устояла перед обворожительным одногруппником, и они начали встречаться. Первые три месяца было всё шикарно: они держались за руки, ходили в кино, рестораны, гуляли по парку. Адам дарил ей цветы и увлеченно слушал все ее истории. Однако в какой-то момент Эвелина стала замечать, что Адам теряет к ней интерес, и, кажется, началось это после того, как они в первый раз провели вместе ночь. Он стал ее первым мужчиной.

Не на шутку увлекшись Адамом, Эвелина не знала, что делать. Ведь тот так был нежен и заботлив той ночью… А раньше всегда был галантен и внимателен… Влюбленная девушка не раз мечтательно рисовала в своей голове свадебную церемонию, большой кирпичный дом с камином, двоих детишек – мальчика и девочку. А еще кошку и собачку, которые бы крутились возле них, пока они всей семьей играют в настольные игры в их уютной гостиной. И между Эвелиной и Адамом будет нежная любовь и страсть до самой их старости. Однако жизнь решила-таки показать Эвелине свой огромный зад, разбивая наивные надежды девушки, словно хрупкий фаянсовый унитаз.

В тот день лекция по искусству в дизайне еще не началась, так что Эвелина сидела на самой дальней скамье в аудитории, перепроверяя задание на практику. Помимо нее на первых рядах обитали три весело щебечущие девчонки.

– Я, кажется, залетела от него… – пожалилась одна, правда, такого уж ужаса в её голосе Эвелина не уловила.

– Что, всё-таки окрутил тебя Статтэм? – развеселилась вторая, – ты-то давно уже выскочить замуж хочешь, а тут…

И тут третья громко шикнула на них – так, что они даже не заметили стук упавшей из дрожащих рук Эвелины ручки. Она смотрела в тетрадь и не видела ни одного слова, не в силах поднять голову – фамилия Адама, её парня, была Статтэм. Он ещё жутко гордился, что на всём потоке у него нет однофамильцев – будто это делало его каким-то особенным.

– Я-я хотела сказать… Сатам! Оговорилась! С кем не бывает! – воровато оглянувшись на Эвелину, ещё громче сказала вторая девушка, наконец-то поняв, почему ее подружки так заволновались.

Эвелина сидела, не поднимая головы. Ее закружило в вихре мыслей. Она ведь пару раз случайно заставала эту девушку и своего парня в институтском кафе вместе. Адам тогда сказал ей, что в этом ничего такого нет – в конце концов, они же одногруппники и просто обсуждали учёбу. Нельзя же ревновать по пустякам, верно? И Эвелина не ревновала. Верила. И зачем?..

Девушка даже не помнила, как прошла тогда лекция и как она добралась домой. Чувство предательства дорогого человека разъедало ее изнутри. Первый раз в жизни она так горько ревела всю ночь. Слухи распространились очень быстро. Адам отнекивался и возмущался, хотя глаза его постоянно бегали, лишь бы не смотреть в сторону Эвелины.

– Малышка, мы просто пьяные были. Мы день рождения друга отмечали все вместе. Это случайно вышло, я не хотел на самом деле! Попытайся меня понять, – наконец сказал Адам плачущей Эвелине. Помолчал еще немного и горестно вздохнул:

– Хоть она и залетела и наши родители требуют женитьбы, я не согласен на это! И вообще, она мне не нравится…

Эвелина лишь молчала и плакала. Что она могла сказать? С отчаянием вспоминала, с какой заботой Адам отодвигал стул для той девушки, когда они сидели в кафе. Как смотрел, подавая ей горячий чай с сахаром. Тогда она не хотела этого замечать, но теперь, видя результат и слушая эту наглую ложь со стороны ее парня, она не могла справиться со своими эмоциями. Ведь она по-прежнему любила его. Злость, обида, ревность – она оказалась в тисках этих чувств.

– Тогда и со мной тоже… выпей со мной. Чтобы я забылась в удовольствии… – попросила она. Да, ведь она тоже может залететь от Адама, и тогда ему ничего другого не останется, как жениться на ней! А та прошмандовка пусть сама решает проблему с беременностью! И Адам с удовольствием выполнил просьбу Эвелины.

Время шло, но тесты на беременность почему-то показывали отрицательный результат. Эвелина недоумевала – они ведь не использовали контрацепцию, тогда почему? Отношения с Адамом сошли на нет. Сначала он ссылался на дела, избегая личных встреч, не отвечал на звонки, а потом и вовсе стал игнорировать её. Эти месяцы Эвелине казались каким-то адом. Тест по-прежнему не радовал положительным результатом. Но как так?! Он же столько раз в неё…! Родители, не на шутку обеспокоенные участившимися истериками дочери, отвели её к врачу, и тот поставил неожиданный диагноз – бесплодие. Это было как обухом по голове. Эвелина ещё целую неделю ходила заторможенная, не имея сил посещать пары.

Вспоминая об этом сейчас, Эвелина частенько не могла сдержать усмешки – какой же наивной она была в свои девятнадцать! Будто этот парень, Адам, был достоин того, чтобы по нему так убивались! Тогда было очень сложно видеть его каждый день, но Эвелина сказала себе, что переживёт. Не уйдёт из института из-за такого, и Адам станет для неё напоминанием и расплатой за её никчёмную наивность. Тем более, если смотреть на перспективу… захотел бы он быть с ней, узнай о её бесплодии? Конечно, сейчас, пока молодые, в этом не виделось проблемы, но с возрастом каждый мужчина начинает мечтать о наследнике. Так что в итоге Эвелина даже немного порадовалась, когда та девушка ушла в академический отпуск по беременности, а на безымянном пальце Адама появилось золотое кольцо.

Эвелина тешила себя мыслью, что обязательно найдётся тот, кто примет её такой, какая она есть. И она с головой погрузилась в учёбу. От природы творческая и талантливая, она занимала первые места во всевозможных дизайнерских конкурсах и по окончании института получила немало прекрасных предложений по работе. Многие парни обращали на неё внимание, пытались ухаживать, но Эвелина была холодна – слишком суров был урок её первой любви.

И вот в какой-то момент лёд в ее сердце растопил добродушный улыбчивый коллега-дизайнер. Леон работал в соседнем отделе с Эвелиной и был старше на шесть лет. С ним было весело и интересно. Он мило ухаживал, всегда был обходительным и учтивым, и Эвелина не возражала – чувствовать себя особенной очень приятно. Только вот её сердце мучительно кололо, когда Леон с любовью рассказывал о своих пятигодовалых племянниках, о том, какая большая и дружная у него семья и что когда-нибудь в будущем он тоже создаст свою. Не менее счастливую и большую.