Ирина Иви – Лабиринты Подземья. Кровь для Ворона (страница 2)

Я лишилась оси мироздания, вокруг которой вращалась моя жизнь.

Я шла все дальше и дальше. Вот и улица Бронзовых Молотков, на которой жили мы с тетей и Кьяррен с отцом. Я ускорила шаг, все еще на что-то надеясь. На что было надеяться в пустом, разрушенном городе, за десять лет запустения прочно захваченным в плен растительностью?

Наши дома, стоявшие рядом, теперь были одной большой грудой обломков: битый кирпич, осколки стекла и зеркал, истлевшие лоскуты ткани, почерневшие деревянные остовы мебели.

Заледеневшее, застывшее в груди сердце отчаянно забилось, горло сдавило спазмом, глаза защипало. Я зарыдала, ноги мои подкосились, и я рухнула на колени возле руин своей прежней счастливой жизни.

Не знаю, сколько времени прошло прежде, чем я пришла в себя, но, когда я наконец поднялась с колен, день уже близился к закату. И только сейчас я задалась вопросом, а где, собственно, я буду ночевать и что буду есть. Извозчик из Миелса, который доставил меня сюда, предлагал подождать и отвезти обратно в город, когда я закончу осматривать руины, но я отказалась. Он попытался было настаивать, говоря, что город мертв и что тут я не найду пристанища, но я была глуха к его словам. И он уехал, перед этим едва ли не покрутив пальцем у виска, выражая свое отношение к чокнутой девчонке, остающейся в городе-призраке. Мне было все равно.

А теперь я стояла, потерянная и подавленная, с опухшими глазами, с лицом, залитым слезами, и не знала, куда мне податься.

Наверное, вперед.

Уже почти стемнело, когда я нашла дом, практически не пострадавший от землетрясения. Выдрав с корнем траву, которой поросло покосившиеся крыльцо, и которая не давала попасть в дом, я потянула ручку рассохшейся двери и вошла внутрь.

Темно хоть глаз выколи.

Запустив вперед огненного светляка, я осмотрелась. Пыль, разруха и запустение. Из всех щелей лезет трава, назойливая, настырная, чувствующая себя здесь полновластной хозяйкой. Нет, ночевать здесь совсем не хочется. По скрипучим, кое-где треснувшим ступенькам осторожно поднялась на второй этаж. Здесь было не лучше, разве что трава из пола не росла, а вот пыли было даже больше, чем на первом этаже. Пахло затхлостью и чем-то неживым.

Я нашла в шкафу недоеденное молью одеяло и вылезла на плоскую крышу, с наслаждением вдыхая свежий ночной воздух. Здесь было чище, чем в доме: гладкий шифер регулярно омывался дождями и никакая пыль, грязь или мусор на крыше не задерживались. Встряхнув как следует одеяло, я укуталась в него и уселась, подтянув коленки к подбородку и обхватив их руками. Было тихо, темно и пусто. Ночь мягко легла мне на плечи, осыпала звездами, успокоила мятущуюся душу, приглушила грызущую тоску.

Я глубоко вздохнула, свернулась калачиком возле печной трубы и заснула.

А утро застало меня бредущей по заросшим улицам Лиордама, перелезающей через нагромождения обломков или вспученной землетрясением земли.

В животе бурчало от голода, ближайший населенный пункт — Миелс — находился в дне пешего пути, но сейчас меня заботило вовсе не это.

Я должна понять, что здесь произошло и куда подевалось население Лиордама! Раз не было обнаружено ни одного тела, значит, есть надежда, что люди живы! И я их найду, найду, чего бы мне это ни стоило! Найду Кьяррена и тетю Элиду. Они ДОЛЖНЫ быть живы!

Я как раз обходила очередное встреченное препятствие — огромный вывороченный пласт земли, за десять лет сгладивший очертания и ставший обычным холмом, поросшим разнотравьем, как вдруг почувствовала, что мой огненный дар встрепенулся и словно навострил уши. Я остановилась, сердце гулко бухало в груди. Где-то неподалеку находился кто-то, обладающий огненной магией, я отчетливо ощущала его присутствие! Но где?! И кто это может быть? Я отпустила свой огонь, и он тонкой струйкой потек куда-то за холм, я же медленно и осторожно устремилась следом. Обойдя холм, я увидела узкую, еле заметную расщелину в земле. Именно туда тянулось мое пламя и исчезало в ней.

Может, там какое-то подземное укрытие?

Мне стало не по себе. Кому и зачем понадобилось скрываться под землей? Я осторожно вытащила из расщелины огненную нить и намотала ее на палец. Не хватало еще, чтобы меня заметили, когда я совсем к этому не готова!

Бесшумно ступая, я медленно подошла к расщелине, присела на корточки. Нет, определенно, люди там скрываться не могут — человек попросту не пролезет в эту узкую щель! Или же вход находится где-то в другом месте. Я заглянула внутрь и ожидаемо ничего не увидела — темнота там была кромешная. Опустившись на колени и чуть ли не ткнувшись носом в дыру в земле, я запустила туда крошечного огненного светлячка. Вот сейчас-то увижу, что скрывается там, во тьме! Что-то или кто-то, родственный огненной стихии. Мой светляк медленно опускался вниз, я настороженно смотрела туда же. И, наверное, поэтому не заметила, как от расщелины во все стороны стремительно побежали трещины, земля подо мной провалилась, и я с отчаянным воплем полетела вниз.

Глава 2

Эсстишш

Приземление мое было фееричным. Просто огонь! Причем в буквальном смысле. Я угодила прямиком в пылающее нечто, которое смягчило удар и не дало мне разбиться под орех. А еще издававшее воинственно-недовольное шипение.

— С-с-с-с… с-сестр-ра-а!

Я, и сама воспламенившаяся от соприкосновения с родной стихией, живехонько перекатилась на каменистый пол и вскочила на ноги. И буквально остолбенела! Передо мной извивался настоящий даргон — огненный змей. Даргоны — духи огненной стихии, встречающиеся так редко, что их считали существами почти что мифологическими.

И вот эта ожившая мифология недовольно скалила острые клыки и прожигала меня красными глазищами. Вообще, этот даргон больше походил на дракона, чем на змея. Только без крыльев и лап. Несмотря на отсутствие оных передвигался он превосходно, причем как по земле, так и по воздуху, в чем я не преминула убедиться: огненная змеюка сначала проползла, извиваясь на камнях, в мою сторону, затем изящно поднялась в воздух и описала вокруг меня несколько кругов, внимательно при этом рассматривая.

Я застыла на месте. Не от страха. От потрясения. Я не боялась, что даргон причинит мне вред: существа одной стихии не враждовали друг с другом, а считались чуть ли не родственниками. И не столь важна при этом была их расовая и видовая принадлежность. Просто уж очень неожиданной оказалась эта встреча: если с фениксами и саламандрами мне худо-бедно приходилось иметь дело, то о даргонах я до этого имела представление лишь в теории.

— Откуда ты вс-сялас-сь с-сдес-сь, с-сес-стрица? — прошипел даргон, зависнув в воздухе передо мной.

Я задрала голову, рассматривая, неровное отверстие в каменно-земляном своде, раскинувшемся надо мной куда глаз хватало. В отверстие заглядывало голубое небо и даже проник один любопытный солнечный луч.

— Я упала оттуда, — изрекла я очевидную истину.

— Ты из Верх-х-хнего Мира?! — поразился даргон, недоверчиво переводя взгляд с меня на дыру, с краев которой продолжали сыпаться струйки земли и мелкие камушки, застревая у меня в волосах.

Пожалуй, стоит отойти, пока на голову не свалилось что-то посущественнее. Что я и сделала. Огненный змей устремился за мной.

— Наверное, — неуверенно ответила я, не зная, что подразумевает даргон под «Верхним Миром».

— Дивные дела творятс-ся, — змей продолжал внимательно рассматривать меня, склонив голову набок.

Я пожала плечами. В своем падении лично я не видела ничего дивного. Мне Кьяррена и тетю Элиду искать надо. И всех жителей Лиордама заодно. А я тут в подземной норе сижу и беседую с даргоном. Впрочем, на счет «норы» я погорячилась. Для норы слишком масштабно. Скорее уж пещера, причем впечатляющих размеров и с каким-то своим источником света, совершенно незаметным, но слабо и равномерно освещающим окружающее пространство. И как из нее выбираться, совершенно непонятно. Впрочем…

— Поможешь мне выбраться отсюда? — неуверенно спросила я огненного «братца».

— Выбратьс-ся? Отс-с-сюда?! — изумился змей. — Но это ш-ше невос-смош-шно!

Настала моя очередь изумляться.

— Почему это? Очень даже возможно, если ты поднимешь меня наверх. Я вылезу через то же отверстие, через которое сюда попала!

— Попас-сть мош-шно, выбратьс-ся — нет.

Я с недоумением смотрела на даргона, не понимая, что же тут такого невозможного. Змей грустно усмехнулся и неожиданно поднырнул под меня так, что я оказалась сидящей на его огненной спине, свесив ножки, и стремительно взмыл вверх. Я едва успела вцепиться в подобие гривы, обрамляющей его голову, иначе снова полетела бы вниз. Даргон же, оказавшись под сводами пещеры, подрулил к дыре и замер.

— Дейс-ствуй, с-сес-стра.

Я осторожно встала на ноги и ухватилась за края отверстия. Вернее, попыталась ухватиться. Да вот только ничего у меня не вышло! Руки мои, вместо того, чтобы скользнуть в разлом и ухватиться за его края, встретились со сплошной земной твердью. Я, не доверяя своим ощущениям, попыталась еще раз. С тем же результатом, вернее, его отсутствием!

— Что за… — пробормотала я, водя руками в пустоте, но натыкаясь всюду на что-то твердое и шершавое. Будто и не было здесь разлома в земле. Вернее, если учитывать мое нынешнее положение, в потолке.

Вдоволь пошарив руками по этому непонятному явлению, я решила ударить огнем. Сказано — сделано. Прицельно рубанула сильным потоком по странной непроницаемой дыре. Ревущий поток пламени, вместо того, чтобы пролететь сквозь разлом или прожечь новое отверстие, ударился о невидимую преграду и… иссяк! Просто исчез! Развеялся без следа!