Ирина Гурина – Забавные приключения в школе и на каникулах (страница 2)

– Только ваза? – папины брови поползли ещё выше.

– Только ваза, – уверенно кивнула Светка.

– Вот радость-то, – хмыкнул папа, снимая куртку. – Сказочное везение. Наконец-то.

А мама вдруг погрустнела и отвернулась.

– Мамуля, не расстраивайся, – запричитала Светка. – Мы найдём тебе такую же вазу! Она вовсе и не волшебная была, и сокровищ там не было! И джинна никакого не было.

А потом, подумав, добавила:

– Вот, наверное, воры-то расстроились.

– Самое страшное – это не когда крадут вещи, а когда крадут доверие, – мама повесила плащ на вешалку и аккуратно прошла мимо Светки. Словно стараясь её не задеть.

– Какое доверие? – Светка посеменила следом. – Доверие никакое у нас не крали, только вазу.

– Вазу не жалко, – папа взял её за плечо и внимательно посмотрел в глаза. – Это даже замечательно, что вазы больше нет. Бывают такие ненужные вещи, которые раздражают, а выбросить рука не поднимается. Ваза как раз из таких. А доверие – вещь нужная, без него никак. Это такое дело…

Папа задумчиво пробежался взглядом по потолку и вздохнул:

– Вот когда ты мне что-то говоришь, и я точно знаю, что это правда, даже если звучит совершенно дико, – это доверие. Но когда доверие пропадает, то, что бы ты ни говорила, даже чистейшую истину, я уже буду сомневаться. Это очень плохо, в общем, что доверие у нас украли. А на вазу наплевать.

Притихшая Светка почему-то даже не обрадовалась, что из-за вазы никто не переживает.

Она сидела у себя в комнате и всё думала про это непонятное доверие, которое не потрогать, не пощупать, на полку не поставить, а без него, оказывается, ей верить никто не будет.

Потом она вспомнила, что и воров-то никаких не было! Ваза же просто разбилась.

Ой, ну ладно, не разбилась, а Света её разбила.

Так о чём тогда родители говорят, кто доверие-то утащил?

– Пап, – Светка тихонько вошла в комнату. Папа сидел за ноутбуком, а мама читала книгу. – Мам! Это я вазу разбила, не было воров. А доверие я не брала, честное слово! И в вазе было пусто. Я это точно знаю, потому что сама осколки собирала. Они, кстати, под кроватью.

– Ты не порезалась? – всполошилась мама. – Руки покажи.

– Да не порезалась я! – Света предъявила ладошки. – Слышите, что говорю? Вазу – я, а доверие – не я. Что делать-то?

– Так ничего, – улыбнулся папа. – Вот ты сейчас рассказываешь, мы верим. Значит, доверие на месте. Очевидно же. Когда ты про воров сочиняла, нам показалось, что доверие тоже пропало. Ты, Кузя, аккуратнее с враньём. Так один раз соврёшь, и можно всё испортить, никакое доверие уже не вернёшь. Ясно?

– Ясно, – Светка облегчённо выдохнула. Кузей папа её называл, если очень чему-то радовался. Надо же, кто бы мог подумать, что родители так обрадуются разбитой вазе. Вон и мама улыбается.

Всё же взрослые иногда такие странные!

С Кузей, кстати, тоже та ещё история была. Папа как-то рассказал, так Светка чуть дар речи не потеряла.

Когда родители ждали ребёнка, они думали, что будет мальчик. И имя ему придумали – Кузьма!

Нет, вы представляете? Кузьма Курочкин.

А потом родилась Светка, страшно всех удивив и озадачив. Это ещё повезло, что она девочка, а то была бы Кузьмой! Мама решила, что новорождённую назовут Светланой.

– Имя как у принцессы, – сказала тогда мама. – Королевское имя. Красивое.

Светка тоже так считала, только Светланой её почему-то называли лишь тогда, когда сердились. Когда всё отлично – Светик, Светулька, Светочка и Кузя, а как очередное приключение, так сразу: «Светлана! Это что такое?»

А история с вазой нормально закончилась. Осколки они с мамой из-под кровати достали, потом Светка с папой вынесли останки вазы на помойку.

– Прощай, страшилище, – торжественно провозгласил папа и помахал мешку рукой.

– Не ругали, – сообщила Светка вечером Наде. – В общем, лучше всегда говорить правду. Запомни, Ватрушкина.

– Здрасьте, – пробормотала Надежда. – Вроде это я тебе днём сказала.

– Всё равно запомни. Кстати, у меня новая идея.

– Ужас какой, – искренне перепугалась подруга, даже не уточняя, что за идея пришла в голову неугомонной Курочкиной. – Может, не надо?

– Надо. Хватит жить скучно!

Надя очень хотела жить скучно. Но когда у тебя такая подруга, только успевай уворачиваться от новых приключений.

Спасение Дракона, или Приключения сардельки

Запыхавшаяся Светка влетела в школу и начала судорожно оглядываться.

– О, Курочкина, за тобой волки гнались?

Никита Бегемотов, такой же маленький и щуплый, как Светка, показал ей язык и состроил страшную рожу.

Ну, это он думал, что страшную, а на самом деле – обезьяна обезьяной.

С такой выдающейся фамилией прозвище у него было соответствующим – Бегемот. И не подходило оно тощему вертлявому хулигану ни по каким параметрам.

– Да где там бегемот, – захихикала Надя Ватрушкина, когда услышала прозвище впервые. – Там только бегемотовое ухо.

Кстати, надо в интернете поискать, есть у бегемотов ухи?

– Не ухи, а уши, – деловито фыркнула Светка. – Есть, конечно.

Никита, присутствовавший при обсуждении, тут же заявил, что Светка – Курица, а Надька – Ватрушка.

– Всё по справедливости, – заявил Бегемотов. – Пользуйтесь.

– Чего это я – курица? – обиделась Света.

– Бегемотов – Бегемот, Курочкина – Курица, Ватрушкина – Ватрушка, – пояснил Никита.

Девочки переглянулись.

Маленькая тощенькая Светка с двумя хвостиками, перехваченными толстыми резинками, совершенно не была похожа ни на какую курицу.

А вот пухленькая Надя, тоже с двумя хвостиками, которые ей мама зачем-то делала высоко на макушке, отчего они выглядели как рога, с прозвищем очень даже сочеталась. И это было обидно.

О чём она тут же сообщила Светке.

– Ватрушка – это мило и вкусно, – отмахнулась подруга. – А вот Курица – да, очень обидно.

Поскольку девочки дружили с детского сада и всё делали вместе, обидеться на Никиту они тоже решили вместе.

С тех пор у них и началась периодическая вражда с Бегемотовым, прерывавшаяся лишь краткими перемириями для совместного мелкого хулиганства. Никитос в некоторых случаях был просто незаменим.

А кого ещё уговоришь разложить всему классу кнопки на стулья? А кто достанет прикол с вонючим дымом, чтобы сорвать контрольную? Не Ватрушкина же.

– Да, за мной бежали волки, – проворчала Света, стаскивая ботинки. – От самого дома, выли на всю улицу. А потом догнали и съели. Вот такие дела.

Она запихала обувь в мешок для сменки и огляделась. Гардероб бурлил, уши закладывало от гула и хохота – школьники готовились к очередному учебному дню, пытаясь накричаться и навеселиться в преддверии первого урока.

– Если бы меня волки съели, я б в школу не пошёл, – мечтательно протянул Никита. – А ты вон какая молодец. Хоть косточками, хоть скелетиком, а всё равно дошкандыбала.

– Бегемот, ты Ватрушкину не видел?

– Ватрушку тоже съели, день сегодня такой, – гоготнул Никита и ввинтился в толпу.

– Ха-ха-ха, – мрачно изрекла Светка и тут же просияла.

Вдоль стены, уворачиваясь от крупных старшеклассников, в её сторону осторожно двигалась Надюша. Сегодня у Ватрушкиной было три хвостика. Они тощими кустиками топорщились на Надюхиной голове, горделиво высовываясь из хитросплетения разноцветных резиночек.