Ирина Градова – Венчальное кольцо Нибелунгов (страница 12)

Рита притормозила у столба с плохо читавшейся надписью «Колобановка». Она свернула на узкую тропинку и через некоторое время уперлась в тупик. Деревня представляла собой три ветхих домика. Вокруг первых двух отсутствовал забор, а пустые дворы выглядели весьма уныло. Третий дом, находящийся чуть в стороне, казался более презентабельным. Его окружала свежевыкрашенная изгородь, синие ставни были приветливо распахнуты, а из новенькой, обитой железом трубы струился дымок.

Рита постояла снаружи, собираясь с духом.

– Ну, чего стоишь, девка? – раздался надтреснутый голос у нее за спиной. – Заходи, коли пришла!

Обернувшись, она увидела сгорбленную старушку, такую древнюю, что даже побоялась предположить, сколько ей лет. Маленькое, сморщенное, как печеное яблоко, личико, вдоль и поперек испещренное морщинами, освещали на удивление ясные серые глаза. Они смотрели на Риту с любопытством.

– Кто тебя прислал?

Рита назвала фамилию женщины, которую сообщила ей Нина.

Старушка кивнула.

– Ну, и как у девки дела? – спросила она.

– Хорошо, не болеет.

– А ты чего пожаловала?

Рита не успела открыть рот, как Аглая Степановна взмахнула рукой, похожей на куриную лапку.

– Ладно, в дом пошли, а то на улице не след языками-то чесать!

Рите пришлось нагнуться, чтобы не удариться о притолоку в предбаннике. Движение не укрылось от старушки, и она рассмеялась. Смех у нее тоже был до странности молодым и звонким – так обычно смеются дети.

– Здоровенная ты! – со странным удовольствием отметила Аглая Степановна. – Ничего, в горнице потолки повыше.

Горница произвела на Риту приятное впечатление. Наверное, подумала она, в наши дни такое исконно русское убранство редко где встретишь. Древняя Аглая Степановна каким-то образом умудрялась содержать избушку в чистоте. Белые занавески на окнах, вышитая скатерть ручной работы на грубо сколоченном столе, повсюду вязаные коврики – на полу, на стенах и даже на сиденьях стульев. Люстра над столом старая, но плафоны чистые, словно недавно вымытые. Если даже Аглая Степановна неплохо зарабатывает своим странным ремеслом, то почему в избе нет более новых и дорогих вещей? Она могла бы, по крайней мере, купить телевизор!

– А мне и так неплохо, – усмехнулась старушка, и Рита вздрогнула, так как та буквально прочла ее мысли. – У меня есть все, что нужно.

– Вы одна живете?

– Дети в город перебрались… Я их не виню – чего здесь для них интересного? Ни работы, ни развлечений – только два пьяницы в соседних избах, Борька одноногий да Пашка юродивый!

– А не беспокоят они вас, Аглая Степановна? – поинтересовалась Рита. – Не страшно одной в таком окружении?

Странная улыбка появилась на сморщенном личике, но хозяйка избы не ответила. Вместо этого приказала, указывая на низкий стул:

– Садись! Имей в виду, я ерундой не занимаюсь: если приворожить кого хочешь, это не ко мне.

– Нет-нет, что вы! – поспешила оправдаться Рита. – Я по поводу… мужа.

– Его не привела? – подняла бровь старушка, но в глазах ее заплясали веселые искорки.

– Э-э, – пробормотала Рита, тщетно пытаясь придумать причину отсутствия Байрамова, которая не обидела бы колдунью.

– Да ладно, не мельтеши, – вздохнула та. – Карточку-то принесла?

Рита полезла в сумку и извлекла оттуда концертный снимок Игоря. Другой фотографии Рита найти не успела. Аглая Степановна долго смотрела на фото.

– Ничего мужик, – изрекла она, наконец. – Видный. И чего тебе неймется?

– Есть предположение, что на него навели… порчу.

Рита с трудом выдавила из себя это слово, казавшееся таким заскорузлым пережитком прошлого, что язык отказывался его выговаривать.

– Порчу? – переспросила колдунья. – Кто сказал?

Рита растерялась. Она думала, что именно порчей маги объясняют любые неприятности, происходящие с человеком. Аглая, кажется, не согласна с диагнозом Нины? Она рассказала старушке, что в последнее время происходит с Байрамовым. Аглая сидела и молча кивала.

– Нет на твоем мужике никакой порчи! – сказала она, когда Рита закончила.

Рита почувствовала разочарование. Что, собственно, она ожидала услышать – подтверждение нелепому предположению Нины? Ужас в том, что раз порчи нет, то, значит, Игорь серьезно болен, а врачи не могут поставить диагноз!

– Ничем он не болен.

Аглае снова удалось поразить Риту, ответив на ее невысказанный вопрос.

– Но может и заболеть, – тут же добавила она, – если не взяться за дело как можно скорее.

– Вы же сказали, что порчи нет? – удивилась Рита. На этот раз «порча» выговорилась сама собой, без особых усилий, – наверное, из-за воздействия обстановки.

– Нет порчи, – кивнула Аглая. – Приворот есть.

– При…

– Мужика твоего приворожить пытались, – перебила старушка. – Сильная магия, нехорошая. Он тебя, похоже, сильно любит, сопротивляется. Если бы не это, ушел бы твой Игорь и не мучился, а так… Рано или поздно доведет его эта баба до могилы.

Рита не на шутку перепугалась. У нее из головы вылетели недоверие и скепсис, испытываемые ранее в отношении людей, подобных Аглае.

– И что делать? – спросила она. – Вы поможете?

– Помогу, помогу, – успокаивающе похлопала ее по руке старушка. – Но часть работы тебе придется выполнить самой. Готова?

Рита кивнула, сглотнув ком в горле.

– Тогда приступим! – пробормотала Аглая. Она встала со стула и прошла в красный угол избы, где висели иконы. Рита могла разглядеть, что некоторые из них обрамлены тяжелыми дорогими окладами – наверное, достались Аглае по наследству. Старушка принялась методично переворачивать святых лицами к стене.

– Что вы делаете? – поинтересовалась Рита.

– Не след им видеть, чем мы с тобой занимаемся, – пояснила колдунья. – Грех это, даже если во спасение!

– Вы хотите обмануть святых?

– Ну, до сих пор удавалось, – ухмыльнулась Аглая, переворачивая последнюю икону.

Затем она задернула шторы, зажгла большую восковую свечу, поставив ее посреди стола, а под ней поместила фотографию Игоря. После этого Аглая запалила печь. Открыв заслонку, она наблюдала, как корчится в ярко-оранжевых языках пламени кора и бумага, которые она бросила в топку. Когда они прогорели, старушка вдруг резко опустила ладони в горячую золу. Рита вскрикнула от неожиданности. Когда Аглая подняла руки, ее ладони светились в полутьме. Ожогов Рита не заметила.

Как завороженная, наблюдала она за уверенными движениями старушки. Та снова уселась на стул и положила ладони на фотографию Игоря. Закрыв глаза, Аглая сидела молча некоторое время. Внезапно ее голова начала покачиваться, словно кивая в ответ на слова невидимого собеседника.

– Красивая женщина, – проговорила Аглая глухо. – Темные волосы… Светлые глаза…

Она подняла руки к свече, подержала их над пламенем, потом вновь коснулась снимка. Оставалось лишь удивляться, как колдунье удается не обжечься!

Глаза Аглаи широко распахнулись.

– Вижу ноги, – пробормотала она удивленно. – Много ног. Они… танцуют?

– Да, – ответила Рита дрогнувшим голосом. – Игорь – танцовщик.

– Тогда понятно.

Она задула свечку, и в комнате запахло дымом.

– Твоя соперница – темноволосая женщина с серыми или голубыми глазами. Она работает с твоим мужиком. Они все время рядом – это она старается. Она не сама колдует, кто-то очень сильный помогает ей ворожить. Тебе нужно выяснить, кто эта баба. Как только узнаешь, мы снимем приворот. А пока…

Аглая встала и вышла в сени. Она вновь появилась в горнице через несколько минут и положила на стол перед Ритой две булавки, с которых на тонкой веревочке свешивались скатанные в шарики сухие травы, издающие сильный пряный аромат.

– Носите вот это со своим мужиком, но только так, чтобы было незаметно для чужих глаз. Лучше всего – под одеждой. Даже если часто меняешь платья, все равно носи травки: так убережешься от сглаза.

– От сглаза?

– А как ты думала? Тебе грозит опасность не меньше, чем мужику твоему! Если у этой бабы ничего не выйдет, она на тебя порчу навести попытается. Коли почувствуешь тошноту или головокружение, выпьешь вот это. – И Аглая подвинула к Рите баночку с порошком серо-зеленого цвета. – Сразу полегчает. Да ты не бойся, это тоже травки, только такие, что все зло отводят да против врага его же и направляют!

– А как же мне этого врага вычислить? – спросила Рита, представив себе танцовщиц из труппы, добрая треть которых соответствовала расплывчатому описанию старушки.

– Узнаешь, когда придет время, – улыбнулась Аглая. – Тебе главное – себя уберечь да от мужика беду отвести! Травки носи, и все образуется. Ты ведь умеешь искать, верно? Тебе не впервой.