Ирина Голунцова – Злодеи выбирают себя. Том 1 (страница 66)
Задумчиво покрутив розгу, Чэнь Син спросила:
– Что конкретно от меня требуется?
– Показать укушенному, что мы настроены серьёзно. Не беспокойтесь, госпожа Чэнь, если потребуется, мы вас остановим.
«Любопытное понимание конкретики», – разочарованно подумала Чэнь Син.
Честно говоря, это совсем не то, с чем она желала столкнуться, оставаясь в Персиковом источнике. Речь ведь шла не про контролируемую БДСМ-сессию, где здоровье человека оставалось приоритетом. Здесь же целью было причинение вреда, а не удовлетворение мазохистских потребностей. А Бай явно не похож на мазохиста, хоть и выглядел весьма провокационно.
Сердце быстрее забилось от волнения. Чэнь Син не нравилось то, к чему её склоняли.
«Эй, Система, могу я без последствий отказаться от этого сомнительного мероприятия?»
Однако Система молчала, поэтому Чэнь Син пришлось самостоятельно решать возникшую дилемму. Крепче сжав розгу, она встала напротив Бая, который не переставал следить за ней прожигающим взглядом.
– Если не начнёшь говорить, я тебя высеку. Думаю, и так понятно, что ты пришёл сюда за каким-то священным артефактом или за силой. Просто подтверди их догадки. Зачем страдать?
– Не сможешь.
Чэнь Син удивлённо захлопала ресницами.
Хмыкнув и сменив выражение лица на циничное, Бай с явным пренебрежением бросил:
– Такая, как ты, ничего сама не сможет сделать. Если и причинит вред, то только чужими руками. Лицемерная женщина.
Пожалуй, это самое длинное предложение, которое довелось от него услышать за их короткую историю знакомства. Тем не менее Чэнь Син поняла – ну или думала, что поняла, – что Бай имел в виду случай с той знахаркой, смерть которой она допустила. Крепче сжав рукоять розги, Чэнь Син почувствовала нервозность. Мало того что на неё прямо-таки пялились заклинатели Персикового источника, так ещё и Бай поднял её на смех.
Даже не зная, как автор разыгрывал эти сцены по сюжету, Чэнь Син предположила, что оригинальная героиня либо отказалась причинять вред Баю, либо делала это через огромные усилия. А затем убежала и ещё долго сотрясалась от слёз и угрызения совести. Честно говоря, Чэнь Син тоже хотелось убежать. Она не хотела вредить человеку, потому что не видела в этом для себя никакой пользы. Однако провокационный, даже насмешливый взгляд Бая, а также выжидающее поведение И Сылин заставили её сердце вспыхнуть.
Не забывайте, что нанесение вреда здоровью фаворита чревато штрафами… Система просит не причинять фавориту серьёзных увечий.
Вот так новости. И что ей теперь делать?
Все смотрели и думали, что у неё кишка тонка. Возможно, и тонка. Но, припомнив ту ночь, когда её чуть насмерть не загрызли волки, осознав, что она осталась в Персиковом источнике совершенно одна без намёка на поддержку и защиту, Чэнь Син испытала губительную смесь отчаяния и злости.
Ещё и эта просьба Системы. Именно просьба.
«То есть меня эти твои фавориты могут кошмарить, а я в ответ с них должна пылинки сдувать?»
Стараясь выглядеть сдержанной, она до боли в костяшках сжала розгу. Медленным шагом обойдя Бая и встав позади, Чэнь Син сдавленно выдохнула и дрогнувшим голосом спросила:
– Думаешь, мне смелости не хватит?
Вскинув руку и хлёстко нанеся первый удар, Чэнь Син заставила Бая дёрнуться и зашипеть не то от боли, не то от удивления. Несмотря на звонкий звук, вышло весьма неуклюже. Чэнь Син не знала, сколько силы следовало вложить в удар, но стоило попробовать, и в ней вспыхнул азарт. Ещё крепче сжав рукоять, она беспощадно нанесла три удара подряд.
Теперь Баю было не до смеха. Цепи зазвенели от натяжения, стоны, смешанные со злобным рычанием, саднили горло.
Наблюдая за тем, как на рубахе начали проступать алые пятна, Чэнь Син почувствовала, как по её телу пробежали невидимые иголки. Почему она оказалась в такой ситуации? Её не терзали моральные догмы, ей хотелось причинить боль человеку, находящемуся перед ней. Он хотел заставить её сдаться, пожертвовать собой ради незнакомки и теперь смел называть лицемерной.
Да, Чэнь Син действительно лицемерна. Потому что одно лицо сменилось другим.
Эта Система с её правилами… это ведь даже не настоящие люди! Художественный вымысел! А если нет, то тем более нельзя позволять врагу запугивать себя.
Скривившись, она опустила розгу на спину Бая с куда большей силой, вынудив его дёрнуться и сдавленно замычать. На его обнажённых предплечьях заиграли мышцы, пальцы сжались в кулаки. Этими руками он без труда мог сломать ей шею… так же легко, как сломал шею той женщины.
Нос обжёг кисло-сладкий запах крови и пота.
Ощущая, как её руки начинали подрагивать не то от нервозности, не то от нарастающей злости, Чэнь Син сдерживалась из последних сил, чтобы не выплеснуть все свои эмоции на Бая. Она не знала его, видела только раз, но почему-то тело реагировало так, словно ненавидело его уже очень давно. Неужели это отголосок памяти оригинальной героини? Если так, то почему она так ненавидела Бая? Или же это страх и ужас, оттого что она причиняла ему боль? А если нет, то что?
– Говори.
Фраза, брошенная с сухой раздражительностью, не поколебала Бая. Он перевёл дух и глухо засмеялся. Звучало невероятно провокационно. Чэнь Син стоило немалых трудов, чтобы не поддаться раздражению.
Система сообщает пользователю, что в дальнейшем с него будут сняты баллы за жестокое обращение с фаворитом. Система настоятельно рекомендует перестать издеваться над ним.
Хотелось бы…
Этого ведь достаточно? От неё наконец отстанут? Но, посмотрев на И Сылин и отметив её пугающее спокойствие… Она наблюдала за происходящим, как за театральным действом, и Чэнь Син ощутила стойкое желание замахнуться розгой и ударить эту женщину.
Почему она не говорит ей остановиться? Почему не скажет, что этого достаточно для проверки? Почему первое, что ей пришлось делать, – это пытать другого человека, доказывая не пойми что?
Жар начал пульсировать внутри тела с такой силой, что Чэнь Син уже не осознавала происходящего. Она не позволяла ему вырваться наружу в виде гневных криков и желания забить Бая до смерти. Но это чувство сжигало изнутри, пьянило и дурманило.
Понимая, что этот цирк мог продолжаться бесконечно, Чэнь Син схватила Бая за волосы и задрала ему голову. Теперь он не поскупился яростно оскалиться и со злостью дикого зверя обжечь её взглядом.
– Говори.
– Начни умолять меня, желательно на коленях, тогда я подумаю.
По спине разлилась обжигающая волна жара, зрачки сузились от хлынувшего в кровь адреналина, побуждая Чэнь Син отпустить Бая и, обойдя стороной, со всей силы ударить его розгой по лицу. Звонкий шлепок рассёк щёку, из которой хлынула кровь, и задел плечи. Кожа разошлась багровыми линиями, с которых потекли тонкие багровые ручьи.
Взревев и отвернувшись, Бай дёрнулся и опрокинулся под силой удара. Но злость помогла ему удержаться на коленях. Кинув в Чэнь Син разъярённый взгляд, он тут же подскочил на ноги и метнулся к ней. Стоящие неподалёку хранители отреагировали молниеносно, но Чэнь Син оказалась не менее решительной. Вложив в правую ногу немало духовной энергии, она пинком в живот отбросила Бая.
– Госпожа Чэнь, хватит! – Жань Шао подскочил к ней, ухватил за плечи и оттащил прочь от пленника. – Отдайте мне розгу, больше не нужно…
Ему пришлось вырвать орудие пыток из руки Чэнь Син. Не сводя озлобленного взгляда с Бая, она позволила вывести себя из камеры, мимолётно поймав на себе оценивающий, вдумчивый взгляд И Сылин.
Жань Шао не просто вёл, он почти толкал её прочь по коридору и в итоге завёл в пустующую камеру.
– Госпожа Чэнь, успокойтесь. Звучит глупо, но сделайте глубокий вдох и выдох – это поможет. Сфокусируйтесь на тепле, исходящем от моих рук. Не поддавайтесь огню источника.
Как бы сильно ни хотелось Чэнь Син ударить заодно и Жань Шао, она нервно кивнула и глубоко задышала, сосредотачиваясь на пульсирующем тепле, исходящем от его ладоней. Постепенно пылающая ярость в груди успокаивалась, вот только ей на смену начало приходить отвратительное ощущение беспомощности. Часто вздыхая и вздрагивая, Чэнь Син разлепила веки и непонимающе посмотрела на Жань Шао.
– Так лучше?
– Я… я не… Откуда?.. – уронив взгляд к подрагивающим рукам, Чэнь Син в растерянности пробормотала: – Откуда взялась такая злость? Она возникла буквально из ничего. Не понимаю…
– Таков побочный эффект силы, даруемой Персиковым источником, – с долей прискорбия вздохнул Жань Шао. – Мы не позволили вам уйти не столько потому, что эта сила является мощным оружием. А потому что она дестабилизирует человека, обостряя все его чувства, рефлексы. Весь организм обращается в оголённый нерв.
– И это… пройдёт?
– … – Жань Шао не то что не сразу ответил, он не нашёл сил посмотреть в глаза Чэнь Син. – Вы научитесь этим управлять. Мы научим вас.
Чэнь Син потребовалось несколько мгновений, чтобы сложить мозаику в единую картину. Отшатнувшись, она с разочарованием посмотрела на Жань Шао.
– Вы меня отсюда не выпустите.
– Мы не знаем. Были сомнения, но то, что мы увидели сейчас, говорит о том, что вы получили не просто насыщение концентрированной духовной энергией. Госпожа Чэнь, – подняв на неё взгляд, Жань Шао спросил: – Вы ведь сделали что-то из тех трёх вариантов, верно?
Будучи дезориентированной и растерянной, она промолчала и лишь подтвердила его опасения. Чуть обойдя её стороной и проведя ладонью над телом, словно пытаясь найти источник тепла, Жань Шао остановился у её поясницы и слегка дотронулся пальцами.