Ирина Голунцова – Всё перемелется в прах (страница 96)

Подождите. Так вот почему она… а-а. О-о. Значит, настолько моя репутация уже в никуда… Ясно-ясно. Ясно.

Вообще такие вылазки к черту на рога были довольно утомительны, но коли уж я теперь капитан, то стоило хоть попытаться сохранить остатки своей репутации. Если б было, что сохранять, но…

Небольшую гостиницу с отдельными онсен под каждый номер мне посоветовала Рангику еще пару месяцев назад, но меня интересовали не столько спа-процедуры, сколько близость к горам, в которых относительно легко затеряться. Хотя, меня куда сильнее вдохновляли гостиницы, где если стояла дверь в номер, то с замком и, желательно, что б стены были не деревянными, а прям бетонные. Но тут, видимо, извините.

В коридоре тишина, что довольно удивительно для четверга. Ожидала как минимум засвидетельствовать одну пьяную веселую компанию. Но учитывая, сколько стоит снять номер на одну ночь, немного понимаю, почему здесь было так спокойно.

Постучав в дверь, с максимальной серьезностью произнесла:

— Отдел тайной полиции. Откройте дверь, если не хотите, чтобы ее выломали.

Не прошло и десяти секунд, как створка медленно отъехала в сторону, а я чуть не засмеялась во все горло от выражения лица, с которым показался на пороге Юмичика.

— Ну у тебя и чувство юмора…

— Ха-ха-ха, ну, частично это правда, они тут где-то шляются, но где именно не знаю.

— Боже, заходи уже.

Нервозность определенно добавляла парню шарма, он едва ли не затащил меня внутрь, поспешив закрыть дверь.

— К твоему сожалению, знающим людям все уже известно о моей личной жизни, поэтому не стоит так тревожиться.

— Знающие люди знающими людьми, но… знаешь ли, торчать тут целый час… я уж думал, ты не придешь.

— О-о, простите, надо было прошествовать сюда в капитанском хаори, да?

— Нет, конечно, но почему так долго?

— Какая тебя собака укусила? — одарив парня недоумевающим взглядом, я прошла в комнату, и, бросив сумку куда-то в угол, осмотрелась, отмечая довольно богатый интерьер. — А тут довольно уютно.

— За такие деньги-то…

— Да не бубни ты, как бабка. Я ж плачу, так что… наслаждайся, моя маленькая содержанка.

— Пф, это явно была плохая идея, — состроив недовольный вид, сложил на груди руки Юмичика и прошептал: — Уж лучше б просто потренировались на полигоне, как и обычно, а не… вот это все.

— Ну, не знаю, как «вот это все», но я себе взяла отгул не для того, чтобы просто «потренироваться на полигоне». В этих горах полно слепых зон, так что хоть попробуешь иные тактики нападения. К тому же, — подойдя к парню и игриво щелкнув его по подбородку, усмехнулась тому, сколь обиженно и недовольно он отвернулся из-за этого. — Не нравится мне, что ты опять начал язвить и шипеть на меня, словно дикий кот.

— Иного отношения от меня ждешь?

Невинно улыбнувшись, я оставила колючий вопрос без ответа, чем заставила Юмичику пусть немного, но напрячься. Неужели не понимал, что подобным поведением только раззадоривал меня сильнее?

— Поскучай еще минут пятнадцать. Мне надо освежиться, иначе просто сдохну…

— Тебе выкопать могилу на заднем дворе?

— Чем? Своими ухоженными ручками? — не удержалась я от колючей усмешки, покачав головой.

Надо отдать должное сервису гостиницы, хоть душ был в каждом номере, а не просто ведерко, да ванная. Вода помогла снять спесь напряжения, сегодняшний день оказался невероятно выматывающим, а под конец уж пришлось чуть ли не отбиваться от Синдзи, вырываясь из офиса. В какой-то момент меня посетила мысль, что не хочу никуда идти, даже выходить из ванной, не то что отправляться завтра спозаранку в горы. Не хотела вообще возвращаться в Готей…

Мысль о нападении квинси зудела в голове, словно заживающая рана. Помня, какие разрушения принесет Яхве со своими подчиненными, не могла не беспокоиться о судьбе своего отряда. Я старалась в последний месяц давать как можно больше командировочных, а молодняк отправлять на дежурство в окраины Руконгая. Уже с трудом помню, как и когда должна напасть армия в белых одеждах, поэтому мои действия ожидаемо вызывали у Синдзи возмущения. Он не понимал, почему я старалась распределить людей подальше от штаба, в то время как приближающиеся учения требовали, наоборот, собрать всех поблизости.

А еще нападение квинси сулило и временное освобождение персонажа, с которым я не общалась уже пять месяцев, если не дольше. У меня было дурное предчувствие. К счастью, наша ментальная связь являлась односторонней, от меня зависело, сумеет ли Айзен затронуть мое сознание. Поначалу его угрозы воспринимались мной чем-то в духе «посидишь — перебесишься», но сейчас… не знаю. Ничего не знаю. Не знаю даже, не грохнут ли меня квинси.

Выбравшись из ванной, накинув на голое тело легкий хлопковый халат, обнаружила номер пустующим. Чуть не фыркнула от удивления в духе «здрасьте, приехали», но чуть приоткрытая дверца, ведущая во внутренний дворик, дала подсказку. Выйдя наружу, обнаружила Юмичику сидящим на полу веранды, да смотрящим на темное небо, усеянное звездами.

Тишину разрушал стрекот ночных цикад.

— Завтра проведем целый день в горах, — нарушила я затянувшуюся паузу. — Потренирую тебя в кидо, а затем поработаем над высвобождением шикая. Я хочу посмотреть, как долго продержусь, если ты будешь поглощать мою реацу.

— Теперь ты меня тренируешь, да? Иронично.

В словах парня не нашлось ни намека на сколь бы то ни было теплые эмоции или хорошее настроение, он говорил тихо, словно обиженный ребенок, и упрямо смотрел куда-то вдаль.

Я приняла его настрой со спокойствием, и тем не менее уступать, дабы не задеть его самолюбие или ж тонкую душевную натуру, не собиралась.

— Ну а что делать, если в последней битве тебя чуть не выкосили одним точным ударом?

Как и ожидала, мои слова заставили его не просто напрячься, но и скривиться. Опустив взгляд к рукам, которые он держал у груди и сжимал в кулаки, Юмичика шумно выпустил воздух из носа. Подойдя к нему и аккуратно проведя пальцем по его щеке, только заставила отвернуться и издать недовольный рык. Ожидаемо, так что в ответ, раз по-хорошему мы не хотели, ухватила парня за подбородок и задрала голову, заставив посмотреть на себя. Одарив меня раздраженным взглядом, Юмичика попытался сопротивляться, похоже, проформы ради.

Бегло улыбнувшись, вновь вернула себе серьезный настрой.

— Думаешь, сможешь так всегда со мной обращаться? — зашипел парень.

— Но ты же сам это позволяешь, — крепче стиснув нижнюю челюсть собеседника и заставив его поморщиться, подметила я очевидный факт. — Ты пришел сюда сам, ждал меня, хотя никто тебя не заставлял. И даже сейчас, когда я держу тебя, ты не вырываешься и не пытаешься отстраниться, а только шипишь, словно дворовая кошка.

Отпустив Юмичику, чтобы не дать ему самостоятельно отстраниться раньше, я подбила его под ахиллово сухожилие, заставив разогнуть колени и уронить ноги. Неожиданный выпад заставил его чуть припасть и уронить руки на пол, чтобы не свалиться, несмотря на стену за спиной. Возможно, Юмичика и хотел метнуть в меня раздраженный взгляд, но предпочел опустить его, да с таким возмущенным и обиженным видом, словно его толкнули в лужу. Я же, переступив через него и опустившись на колени, продолжала наблюдать за ним чуть свысока.

— Посмотри на меня.

Просьба возымела противоположный эффект, заставив парня лишь отвернуться.

— Слишком грубо, да? Ты же не хочешь, чтобы я заставляла тебя… наверное, нужно попросить вежливо, верно? — проведя тыльной стороной пальцев по щеке Юмичики, я мягко улыбнулась и добавила: — Посмотри на меня. Пожалуйста.

Нервно переведя дыхание и болезненно зажмурившись, парень все же исполнил просьбу, но глянул исподлобья с таким видом, словно делал огромное одолжение. От этого взгляда у меня приятно защемило под сердцем, от которого тепло разлилось по груди.

— И это происходит раз за разом, Юмичика, и ты это понимаешь. Ты раз за разом думаешь, что сможешь сопротивляться, наконец, оттолкнуть меня, но раз за разом этого не происходит. Верно?

Не дав парню ответить на риторический вопрос, я подалась вперед и, обхватив его лицо, накрыла губы долгим поцелуем. Первой реакцией, ожидаемо, стала попытка отстраниться, но дальше стены ему было не уйти, что позволило проявить мягкую настойчивость. Юмичика сопротивлялся, насколько позволяла его собственная выдержка, но против моего языка, что смачивал его соленые губы и пытался проникнуть ему в рот, он быстро сдавался. Тихо, протестующе застонав, он схватил меня за плечи, вяло пытаясь оттолкнуть от себя, но, когда его попытка стала более решительной, я сползла рукой к его шее, обхватив которую, прижала парня к стене.

Разорванный поцелуй скрепляла тонкая нить слюны между нашими губами, которую я разорвала и слизнула. Смотря в блестящие недовольством, которое постепенно перекрывало возбуждение, глаза парня, немного надавила на его гортань, заставив захрипеть.

— Хорошо… — тихо прошептала я, а затем, чуть сместившись, и уперев колено между ног Юмичики, вынудила его кротко застонать, хотя это больше напоминало попытку перевести испуганный вздох. — Очень хорошо…

Убрав с шеи парня руку и прильнув к ней губами, я оставляла влажные узоры, спускаясь к ключице. Тонкая кожа так и манила оставить на себе след; посасывая ее или покусывая, запутывая пальцы в волосах парня и крепко сжимая их, слышала нервные вздохи с изредка пробивающимся голосом. Как же это красиво…