Ирина Голунцова – Всё перемелется в прах (страница 22)

Не сдержав улыбку, я засмеялась, уж слишком забавно выглядел наш диалог. И я бы с удовольствием продолжила его, да только помяни черта.

— Ладно, мне пора. Детали обсудим позже, пока что постарайся сохранить воспоминания с информацией, которую ты успел добыть. Не скучай.

— Заскучаешь тут.

Не сильно хотелось возвращаться в реальный мир. К проблемам, которые могли осыпаться мне на голову ледяным ливнем. Тем не менее я подготовила достаточную подушку безопасности, чтобы у меня хоть осталось время обдумать дальнейшие действия.

— Хинамори!

Выйдя из состояния медитации и открыв глаза, обнаружила, что за минувшие полчаса небо залило багрянцем от лучей заходящего солнца. К счастью, сезон дождей еще не наступил, поэтому отдыхать я могла на крыше, а не в комнате отдыха, где рисковала наткнуться на офицеров с очередным запросом о помощи. Кто их, блять, ко мне постоянно отправляет?

Опустив взгляд, обнаружила на балконе третьего этажа Айзена, который и окликнул меня.

— Да, капитан, что такое?

— Подойди ко мне, пожалуйста, нужно кое-что обсудить.

— Да, сейчас.

Сочтя, что забираться в кабинет к капитану через балкон так себе идея, пришлось сделать вид, что меня заботит репутация и пришлось прибыть к мужчине стандартным способом. Получив разрешение войти и по привычке сразу прикрыв за собой дверь, я обнаружила Айзена стоящего перед своим рабочим столом, да с таким озадаченным видом, что стало не по себе.

Что за странная давящая атмосфера? Приподнятое настроение, оставленное после разговора с Тобимару, как рукой смело. Тем не менее я решила не опережать события.

— Что-то случилось, капитан?

— Хочу задать тебе один вопрос, Хинамори. — Уйдя от ответа, мужчина чуть обернулся, уронив взгляд к рабочему столу, а точнее тому, что на нем лежало. — Знаешь, что это такое?

Издалека, конечно, один черт увидишь, но мне хватило даже мгновения, чтобы почувствовать, как сердце упало в пятки от испуга. Потому что на столе у Айзена лежала рукопись из запрещенного архива библиотеки.

Комментарий к Глава 7. «Запретные знания»

“Да нормально все будет” — говорила она, “чего ты ссышь, прорвемся” 🤣

Глава 8. «Театр для одного»

В этот момент я, наверное, проебалась так, что ситуацию уже ничем не исправить. Всего лишь краткий миг потери контроля над мимикой, по моим ощущениям, будет стоить дорогого. Я даже понятия не имела, что это за рукопись, какую информацию она хранит, один лишь ее вид заставил думать на опережение. Чуть инфаркт не схватила.

Возможно, это не бросилось бы в глаза, но Айзен внимательно наблюдал за мной. Первая брешь в корабле, товарищи, подбит, но не убит. Поэтому, решив, что тонуть будем, когда Титаник окончательно налетит на айсберг и заиграет песня Селин Дион, я нахмурилась и двинулась вперед. Обнаружив на столе рукопись, поверх которой лежала своего рода сдерживающая печать, я рискнула взять ее в руки, раз Айзен к ней уже прикасался.

— История зарождения жизни, — прочитала я смазанную от времени надпись на обложке, переведя на капитана растерянный взгляд. — Что это?

— Эта рукопись хранится в секретном архиве под библиотекой, рассказывая о зарождении Общества душ и становлении Серейтея. У капитана Хицугаи возникли трудности с доступом к архиву для расследования, скорее всего, из-за его юного возраста и того, что он относительно недавно вступил в должность капитана. Поэтому он попросил меня о помощи. Как я мог отказать?

Да действительно, как?

Учитывая, что Айзен единственный, кому Тоширо рассказал о текущем расследовании, логично, что он обратился к нему за помощью. Но почему об этом ничего мне не сказали? В принципе, конечно, это может быть оправдано секретностью, о которой беспокоился Совет, но…

— Значит… эту рукопись пытались выкрасть?

— Точно сказать нельзя, но мы воспользовались твоей подсказкой насчет поиска книг и материалов, на которых могла остаться реацу злоумышленника.

Вот же ебанная блять. Они серьезно обнаружили там реацу Тобимару?! Посоветовав данный метод, я была уверена, что у них ничего не получится по той причине, что Тоширо не столь опытный сенсор. А пока бы Совет нашел такого, от следов реацу не осталось бы и следа. Но раз там роялем в кустах появился Айзен, то это уже другой уровень, его владение кидо и способность чувствовать и контролировать реацу на совершенно ином уровне.

Мне пиздец.

— Значит, печать на рукописи хранит частицы реацу, — держа лицо кирпичом из последних сил, озвучила я напрашивающуюся мысль и отложила рукопись. Может, случайно сорвать эту бумажку и облапать книгу?

— Верно. Были и другие следы, но я предложил капитану Хицугае сосредоточиться на этой рукописи, чтобы сохранить остатки реацу. Он продолжает расследование, а наша помощь будет заключаться в том, чтобы пройтись по этому следу. Действовать нужно с крайней осторожностью, чтобы никто ни о чем не узнал. Поэтому, Хинамори, — подобрав со стола рукопись и вручив ее мне, мужчина продолжил: — я хочу, чтобы ты отнесла эту рукопись в центр исследований двенадцатого отряда. Я договорился с капитаном Куроцучи, тебя встретит у западного входа на территорию его отряда доверенное лицо — старший офицер Ниёсу. Отдашь книгу ему и никому другому. Если пошлют кого-то еще, то лучше возвращайся, разрешим ситуацию. Ох… Куроцучи сказал, что у него и так все заняты, чтобы выделять конкретного человека.

— Но… раз так важно, не лучше ли мне сразу в руки передать улику капитану Куроцучи?

— Я также предложил капитану, но он сказал, что никого постороннего не желает пускать к себе в лабораторию, даже несмотря на запросы Совета… ты же знаешь капитана Куроцучи, с ним… трудно.

Даже если я сейчас наблюдала театр одного актера, боль и усталость во взгляде Айзена выглядели достаточно искренними, чтобы поверить, что с капитаном двенадцатого отряда действительно сложно сотрудничать. В принципе, пока мое лицо кирпичом не начало осыпаться, я успокоила себя тем, что есть время обдумать план. Меня вызвали, не чтобы прижать к стене с поличным и вывести на чистую воду.

Время есть… но много ли?

— А что тогда насчет меня? Это нормально, что вы мне доверяете такой… ценный экземпляр?

— Хинамори, я всецело тебе доверяю.

Не столько от его мягкой улыбки, сколько от прикосновения к плечу у меня мороз пробежал по коже. Но почему-то паники не возникло, чего нельзя сказать о дискомфорте, вызванным, казалось, будничным жестом поддержки. Или же напоминанием, кто здесь главный. Физический контакт должен был заставить меня понервничать. Или я себя накручиваю?

Наверное, я чересчур долго смотрела на руку мужчины, застывшую на моем плече, и единственное, что я нашла сделать верным, это устало выдохнуть и улыбнуться. Опустив неловкий взгляд — надеюсь, что выглядела смущенной, а не нервной, — я тихо хихикнула.

— Мне даже как-то неловко.

Хи-хи, блять, неловко мне! Меня сейчас тошнит, дайте мне просто уйти и наораться на свежем воздухе в приступе паники.

— Я бы сам отнес улику, но мне необходимо закончить одно важное дело. Надеюсь, я тебя не отрываю от твоих дел. Если что, можешь завтра прийти попозже на работу.

— Ну, это уже излишне, — отступив, чтобы хоть как-то разрядить атмосферу, я убрала улыбку и вернула себе серьезный вид. — Как только отнесу рукопись, отчитаюсь по прибытии.

— Я буду еще долго здесь, так что рассчитываю на тебя.

Покинув кабинет капитана, у меня в голове крутился только один вопрос — что мне, блять, делать?! Ну, you know, собирать пожитки, деньги и подаваться в бега или что?! Одно дело, когда какой-то второсортный сенсор попытался бы определить следы реацу, а тут полноценную сохранившуюся улику отдадут в отдел исследований. Там духовные частицы на молекулы разберут, и даже если в их базе данных нет образца реацу Тобимару, они обнаружат сходство с Тобиуме или мной. Не, я, конечно, могу «случайно» порвать печать и облапать книгу…

Честно говоря, в такой ситуации я и не знала, как лучше поступить. Если подумать, то чуть надорвать печать имеет смысл. Так у меня появится оправдание, что раз целостность была нарушена, то присутствие моей реацу на книге вполне естественно. Я запорю улику, вероятно, мне влетит по первое число от Айзена, а ему от Совета 46-ти, раз он доверил мне транспортировку рукописи.

Или же, чтобы не вызывать шума, он просто сообщит старикам, что отдел разработок ничего… хотя, как «ничего», если Маюри сформирует отчет? Но все же это будет лучше — за такую оплошность получу серьезный выговор, и это отразится в моем личном деле. Даже если Айзен сделает для себя выводы, у него не будет прямых доказательств, что это я вламывалась в архив.

Но… Тоширо сказал, что охрана видела, как из библиотеки убегал мужчина под метр семьдесят. К тому же реацу Тобимару была искажена техникой материализации, которая относится к запрещенным. Ее поэтому и запретили. Все знают занпакто Хинамори как Тобиуме, она если бы и материализовалась, то была бы девушкой, никто бы и в голову не взял, что моим занпакто может быть парень.

Пойти на риск и надеяться, что все предосторожности, которые я применила, возымеют эффект и я выйду сухой из воды. Или же намеренно накосячить, но иметь железобетонное оправдание присутствую следа своей реацу на рукописи. Если, конечно, в этом следе будет моя реацу.