Ирина Голунцова – Всё перемелется в прах (страница 110)

— Там, — вытянув руку в сторону, в непонятном мне направлении, мужчина добавил: — в полукилометре сражается Кьёраку Шинсуй. Все, что нам нужно сделать, это добраться до него и сообщить о необходимости активировать печать. Как думаете, вы успеете сделать что-то за пять минут?

— Печать? О чем вы говорите?.. Момо?

Прочувствовав, как кровь отхлынула от лица, я проигнорировала оклик Юмичики и потянулась дрожащей рукой к шее. Сердце бешено стучало по ребрам, хотело убежать из смертоносной ловушки. И я тоже.

Дышать стало трудно. Уронив опустошенный взгляд к ногам, я ощутила прилив ужаса, а вместе с ним и злости. Нечестно, не справедливо. Меня загнали в узкий коридор, один выход из которого преградили острыми вилами, а другой — пламенем. Я не хочу… я не хочу делать выбор между тем, в какую сторону броситься, потому что в обоих результатах меня ждет… блять, смерть!

— Радиус активации печати все равно ограничен… — прошептала я, ощущая, как с каждой секундой злость затягивала тугое кольцо на шее.

— Но далеко вы сможете убежать? Отсюда вам никуда не скрыться, радиус действия зависит от реацу заклинателя, и Кьёраку-сану хватит километра, чтобы подорвать печать. Вы хотите головы лишиться ни за что? Или же предпочтете?..

— Чего?! Что сделал Кьёраку-сан?

— Я что-то тоже не понял, — замешкался Иккаку, хоть и в менее импульсивной манере, чем Юмичика. — Хотите сказать, что Кьёраку-сан повесил ей, грубо говоря, взрывчатку на шею? Что за бред? Хоть она и мразь, но все же ее бы не сделали капитаном, если бы…

— Почему вы так удивлены? — отозвался королевский слуга. — Вы думаете, эта девушка действительно искренне желает блага Обществу душ? Она стала капитаном только потому, что ей позволили, только потому что ее сила должна принадлежать Готей 13. Эта девушка опасна для Общества душ, и по определенным причинам мы не можем сказать большего. Хотя, если бы вы узнали больше, то не стали бы возмущаться. Отойдите, офицеры. И дайте нам забрать Хинамори-сан.

— Странно все это, но раз так…

— Нет, — уверенно выйдя вперед и прервав бормотание друга, Юмичика отгородил взмахом меча путь ко мне. — Вы ее не заберете.

— Ты что творишь, идиот, совсем голову уже потерял? — вспыхнул Иккаку. — Это нулевой отряд, тут и так хватает…

— Иккаку, — сдержанность в голосе парня моментально одернула собеседника. Юмичика смотрел прямо перед собой, не глядя ни на друга, ни на меня, и вся его поза выражала максимальное напряжение. А также уверенность. — Иккаку, если не хочешь встревать, не надо, я не прошу помочь. Но я знаю, что делаю. Потому что тоже знаю чуть больше, чем следует.

Юмичика… что же ты, дурак, делаешь?..

Обстановка изменилась. Время разговоров подходило к концу.

— Офицер, — в голосе незнакомца прозвучала угроза, — вы хоть понимаете, что делаете? Вы противодействуете королевским служащим.

— Серьезно? А как по мне, я пытаюсь защитить своего товарища от того, чтобы вы бросили его, словно пушечное мясо, на врага. После того, как Кьёраку-сан освободил Айзена из тюрьмы… я даже не удивлен, что он также наложил на Момо подобного рода печать.

— Вы думаете, что сможете противостоять нам?

— А как, скажите, одна девушка сможет противостоять врагу, с которым даже нулевой отряд не очень-то справляется?

— Какое неуважение… вы за это заплатите, офицер, — зарычал мужчина, на что Юмичика пренебрежительно усмехнулся:

— Не уверен, что вы с меня сможете взять больше, чем взяла капитан Хинамори.

Камень, что висел на сердце, наконец, оторвался, но своим падением размял в кашу все, что находилось у меня внутри. Взять больше… сколь жестоки, и сколь правдивы твои слова. Я брала, брала и брала, не оставляя от тебя ничего, отняла у тебя волю, желание сопротивления. И теперь для тебя даже угроза жизни всего лишь пустой звук, когда речь заходила обо мне.

Ты не должен… ты не должен, господи, нет.

— Юмичика…

— Арранкар, — оборвав мой дрожащий голос, даже не отводя взгляд от отряда сопровождения, обратился к Гриммджоу парень. — Хватай Момо и уноси ее как можно дальше отсюда. Я задержу этих ребят, насколько смогу.

— Точнее, мы задержим. Господи, — едва не рыча от раздраженного отчаяния, Иккаку выступил вперед и поравнялся с другом. — Умереть за девку, боже… Более тупую участь не мог выбрать?

— Ну, я тебя не держу, — усмехнулся Юмичика. — Да и помирать не собираюсь. Уж с тобой точно не помру.

— Конечно, не помрешь! Я сам тебя убью, когда тут закончим!

— П-подождите, вы же не…

— Ладно, задолбали болтать! — гаркнул Гриммджоу и, даже не дав мне слово вставить, закинул на плечо и бросился прочь.

— Нет, стой! Нет!

Но двигался он чересчур быстро, чтобы успеть предпринять попытку к освобождению, чтобы остановить Юмичику от безумного поступка. Даже если они одолеют королевскую прислугу, нулевой отряд не закроет глаза на их поступок. Но это вряд ли бы остановило парня, я поняла это за краткий миг, когда он бросил нам вдогонку беглый улыбающийся взгляд. Но радости в нем не было, скорее, грустное смирение и принятие.

Как бы Юмичика ни хотел, как бы ни пытался, он не смог отказаться от меня. Любовь не спасает, она убивает… Но я не хочу, чтобы ты умирал. Дурак… почему лишь от одной мысли о том, что ты исчезнешь из моей жизни, сердце обливалось кровью, а в глаза ударяли слезы?..

— Эй, девка! — отвлек меня от тягостных мыслей Гриммджоу. — Я, конечно, все понимаю, но куда бежать-то? Есть идеи?

Идеи… Куда бы я ни направилась, мне никто не поможет, уж точно не капитаны. Тоширо мог бы попытаться, однако, едва Кьёраку получит сообщение от королевских слуг, он снесет мне голову с плеч. Я могу попытаться уйти от него техникой телепортации, но единственная метка, которую я поставила для Сэнтан Хакудзя, находится на холме Сокиоку. Это, конечно, даст мне отсрочку, но что потом?..

— Эй, я к тебе обращаюсь!

— Да… да, я знаю, куда бежать, — сжав правую руку в кулак, не без прискорбного сожаления пришла к единственному возможному выводу.

— А чего так нерадостно звучит?

А как тут радоваться, когда последний шанс на спасение находился в руках человека, которому я вонзила нож в спину? И потребовать за него он мог такую цену, что смерть, возможно, стала бы куда более выгодным предложением.

Комментарий к Глава 32. «Цена спасения»

Что ж, я вернулась: З Но хочу обратно в отпуск… А до конца фанфика у нас осталось еще 3 главы. Живем-живем.

Глава 33. «Наши оковы крепче адских»

Комментарий к Глава 33. «Наши оковы крепче адских»

Ready. Set. Go-o-o! В общем, врубаем саундтрек Блича в исполнении Shiro Sagisu и вперед 🤘

Cometh the Hour of our reckoning we will be ready

Cometh the Man, who will fight beside me and be steady

Cometh the Angel, the messenger from Hell we dreaded

Cometh the Devil’s disciples, so we must be ready

Shiro Sagisu — Cometh The Hour

[Грядет час расплаты, мы будем готовы,

Грядет Человек, кто будет стоек и сражаться рядом со мной.

Грядет Ангел посланником ада, которого мы страшились,

Грядут ученики Дьявола, так что мы должны быть готовы]

Оказывается, коты не так, чтобы хорошо переносят телепортацию. Свое негодование Гриммджоу не смог выразить из-за внезапного приступа тошноты, который сберег меня от диких воплей и проклятий. Хотя, парень еще хорошо держался. Когда я практиковала Сэнтан Хакудзя, то после первого перемещения мой желудок хотел выйти наружу, прихватив с собой кишечник. Кто бы мог подумать, что изучение кидо это не карамельки и розовые облачка, а ебанное расстройство желудка с диареей. Благо, хоть одна практиковала эту хрень в какой-то жопе Руконгая, а то позор был бы на века, you know.

К сожалению, веселая нота на этом заканчивалась, потому что позорные воспоминания не смогли приподнять мне настроение или избавить от напряжения.

— Какая неожиданная компания. И чем же я могу быть полезен?

Наигранное удивление, подчеркнутое откровенным снисхождением, в исполнении Айзена заставляло почувствовать себя дерьмом буквально на ровном месте. Несмотря на то, что его голос не покидал мою голову долгие месяцы, я не видела его с момента запечатывания. И встретиться с ним лицом к лицу вновь оказалось… прискорбно.

Прискорбно от того, что болезненная слабость мяла сердце, словно глину, вытягивая из него все соки. Даже несмотря на то, что мужчину удерживали путы, мне было жутко в его присутствии.

Как некоторые люди выглядят в любой одежде неотразимо, так и Айзен, закованный печатями, больше напоминал короля, восседающего на троне. Под его пристальным, колючим взглядом я чувствовала себя беспомощной рабыней. Несмотря на попытку сохранить невозмутимость, все внутри сжималось от противоречивых чувств. Несмотря на страх, крохотная часть меня слепо наслаждалась болезненной радостью от воссоединения после долгой разлуки.

Что за позор?.. Унизительно. Отвратительно.

— Гриммджоу, — оторвав от меня колючий пронзительный взгляд, Айзен посмотрел на арранкара, что стоял подле в молчаливом ожидании. — Признаться, не ожидал тебя вновь увидеть. Наверное, стоит отблагодарить тебя за то, что привел ко мне Хинамори. Я с удовольствием сделал бы что-то для тебя, но, боюсь, сейчас я немного… не в том состоянии, как вы можете заметить.

Напускное желание выразить благодарность не обмануло арранкара, который лишь нахмурился и покривил лицом.