Ирина Голунцова – Оно спрятано в крови (страница 7)

— Кто ты такая? — удерживая мое оружие, скорее, для удобства беседы, спросил парень.

Действительно, еще молод. Смотрел на меня черными, как смоль, глазами, и будто не замечал лезвие у своего лица. Нахальная самоуверенность оппонента в любой другой ситуации меня бы взбесила, да только неожиданная сила противника заставила промолчать. Это явно не рядовой шиноби.

— А ты кто?

На нем не было отличительного протектора деревни Звука, да и белая рубашка не укладывалась в образ скрытного убийцы. Беседа не клеилась, пришлось открыть позади себя портал и выпустить Риндзина, который сумел отпугнуть противника.

Парень определенно силен, и меня невольно пугала мысль продолжать схватку. Мне доводилось слышать о легендарных воинах, но не думала, что кроме обычных убийц внешний мир носил кого-то действительно опасного. Опаснее Риндзина. Да уж, следовало больше выбираться из провинции, а не мариноваться в комфортных условиях.

— Послушай, — обратилась я к незнакомцу, — я здесь не для того, чтобы затевать драку. Я ищу того, кто заказал меня. Единственная зацепка — протектор с символом деревни Скрытого Звука.

— Странный у тебя способ искать заказчика, — скептически подметил парень. — Повторюсь, кто ты?

— Чтобы ты убил меня, услышав знакомое имя?

— Я тебя убью и без этого.

Вот же. Выскочка, значит. Да еще так говорить со мной. Может, он действительно не знает, кто я? Ну и что мне теперь делать? Все мои люди мертвы, я всполошила осиное гнездо, и по собственной беспечности загнала себя в тупиковое положение. Призвать Риндзина и позволить ему проглотить парня? Нет, дракон будет занят змеей, которая все еще находилась у входа в ущелье. Тогда…

Глумливый, по-другому и не назовешь, смех эхом пролетел между деревьев, заставив пробежать по спине мурашки. Резко обернувшись, никого не заметила, да и не почувствовала. Куда я вообще, черт возьми, попала?

— Никак не можете обойтись без шума, верно?

Заметив движение, непроизвольно сжала меч и напряглась. Из-за дерева, словно прячась там на протяжении всего боя, показался мужчина. На мой взгляд довольно необычной наружности: кожа бледнее, чем у меня, а глаза жгли змеиной желтизной. Змеи… это их фишка что ли?

Появление новой фигуры ничуть не смутило юношу.

— И долго ты здесь?

— Достаточно, — ухмыльнулся мужчина и обернулся ко мне. Его жгучая улыбка пугала. — Мэйкум Кушинада, верно?

От его пронзительного взгляда стало не по себе, сердце забилось быстрее, а руки едва не задрожали. Я словно стояла в топком болоте, которое затягивало на темную вязкую глубину.

— А ты, рискну предположить, тот, кто нанял шиноби, чтобы убить меня?

— Ну что же так категорично? И я их не нанимал, они служат мне.

Еще лучше.

— И как это тогда понимать?! — не удержалась я, позволив себе выпрямиться и повысить голос. — Я вас знать не знаю! Чего вам от меня надо?!

— Зато я кое-что слышал о тебе, — произнес мужчина. — И это меня заинтересовало. Бессмертная жрица.

— Бессм… что за чушь ты бормочешь?

— Хочешь сказать, что ты не бессмертна? По слухам, тебе не один десяток лет, а раны…

— Да не про то я! — прервала я собеседника, едва не подавившись от возмущения. — Какой идиот сказал, что я жрица?! Вы вообще кого слушали? Я глава провинции и деревни Белых Гор, хранитель бессмертного демона! А не какая-то монашка.

— А я думал, у тебя комплекс бога.

Комментарий парня мужчина встретил со снисходительной улыбкой, а вот мои громкие крики его никак не тронули. Любопытство исчезло из его взгляда, и теперь он выглядел серьезным. Мне тоже расхотелось ерничать.

— Так что тебе от меня надо? — спросила я. — И кто ты такой?

Ответил незнакомец не сразу.

— Меня зовут Орочимару, можешь считать меня главой деревни Скрытого Звука.

— И что ты от меня хочешь, Орочимару?

— Хочу предложить тебе сделку.

3 — Сделка

В детстве мне всегда хотелось увидеть большой мир, он представлялся мне сказочным, бодрящим воображение, удивительным. Как сезонная ярмарка, скачки на лошадях или охота. Он действительно оправдал ожидания, а место, в котором я оказалась, потрясло до глубины души. Его не назовешь, однако, сказочным, в детстве эти темные коридоры и странные комнаты, от которых веяло отрицательной энергетикой, напугали бы. Но, честно говоря, я оказалась настолько впечатлена обстановкой, что слушала собеседника в пол уха. Или он действительно молчал, наблюдая за тем, как я хожу с открытым ртом… боже, как деревенщина!

— Странное место для главы деревни, хочу отметить.

Пусть меня и не покидало ощущение, что кто-то подкрадется сзади и ударит по голове, я все же согласилась побеседовать. И в какую же авантюру я ввязалась? Честно говоря, любопытство пересилило страх практически сразу. Я понятия не имела, куда мы в итоге пришли после вереницы длинных коридоров, но как минимум поражал объем проделанной работы — мы с маленькой гидроэлектростанцией карячились год, а здесь целый рабочий комплекс в горе.

— Что ты имеешь в виду?

— Главы заседают во дворцах, поместьях, где все удобно и красиво. Это же, — я глянула на стеллаж с конструкциями, которые напоминали не столько оружие, сколько орудия. Медицинские, инженерные — и не поймешь. — Ты ученый?

— Можно и так сказать.

Орочимару стоял у входа в зал, будто сторожевой пес, который не хотел, чтобы добыча сбежала от него. Наблюдал за моим поведением, ожидая подвоха? Я бы тоже ожидала, не каждый день кто-то относится к без пяти минут как заточению с ноткой игривого задора. Вот подумала об этом, и заволновалась.

— И что же ты изучаешь?

— Если без подробностей, то жизнь.

— Информативно, — без интереса подметила я, оторвав внимание от странного инвентаря и обернувшись к собеседнику. — Но я-то зачем тебе понадобилась? И о какой сделке шла речь? Ты хотел поговорить внутри, ну, вот, я здесь. Хоть намекни будущей жертве, с чем она имеет дело.

— Ты либо смелая, либо глупая, — пренебрежительно усмехнулся Орочимару и добавил: — раз не боишься меня.

— Я даже не знаю кто ты, — отмахнулась я, двинувшись дальше изучать оборудование в зале, — кроме твоего имени и рода деятельности, который ты мне представил. Как можно бояться того, что не знаешь?

— Вся опасность кроется в неведении, юное ты создание. И в наивности.

— Юное?

На секунду подумала состроить рожицу, но все же предпочла прислушаться к голосу разума, а также собеседника — в неведении опасность. Только не думала, что это будет действовать в обе стороны. Обернувшись, я внимательно посмотрела на мужчину.

— Я думала, ты знаешь, с кем имеешь дело.

— Да, знаю. И, говоря, юное, я имел в виду не твой биологический возраст, а психологический. Полагал, ты окажешься куда мудрее для своих сорока трех лет.

Желание ребячиться моментально испарилось.

— Так тебе известен мой точный возраст. И откуда?

— Думаешь, я впервые отправлял своих людей в твою провинцию? — усмехнулся Орочимару. — Я бы не стал полагаться на слухи, прежде чем действовать.

— Так, значит, ты действительно хотел похитить меня. Но я сама пришла к тебе, — заключила я. Мышка добровольно угодила в мышеловку. — Ну и зачем?

— Как я и говорил, я изучаю природу человеческой жизни и ищу способы продлить ее, — он хитро прищурил глаза.

— И тут ты узнаешь о бессмертном хранителе, — довершила я в подтверждение его слов, разведя руками, подчеркивая грандиозность случая. — Да, понимаю, но спешу тебя разочаровать. Я вовсе не бессмертна.

— Легкие ссадины после боя с Саске-куном уже затянулись на твоей коже.

Саске — вот как зовут парня, надо запомнить. Но сейчас речь о другом, я только отмахнулась.

— Это регенерация, ничего больше.

— Молодость ты тоже поддерживаешь за счет регенерации?

— Я ее не поддерживаю, это…

Побочный эффект ритуала, который едва не потерпел фиаско. Сколько бы я ни пыталась найти ответ среди писаний моего клана, узнать что-то от старейшин, заказывать книги из-за рубежа, так и не приблизилась к разгадке. Единственное, что оставалось похожим на правду, это слияние моей чакры с чакрой монстра, от которого организм получал дополнительную подпитку. Это могло объяснить регенерацию… но не тот факт, что я не старела.

Напряженное молчание с моей стороны оказалось красноречивее любых слов.

— Ты когда-нибудь получала травмы, не совместимые с жизнью?

— Нет, — поспешно ответила я, — то есть… получала серьезные увечья в молодости, после ритуала — тогда меня хотел убить каждый третий в деревне. Раны очень долго залечивались. А сейчас оно как-то само собой происходит.