Ирина Голунцова – Мы - последствия баланса (страница 30)

ДартВейдер продолжает обучать Галена Марека, чтобы в один день свергнуть своего учителя или воспользоваться учеником по мере необходимости. В качестве запасного плана он продолжает поиски древнего артефакта, а также попытки вывести из стазиса Алену Долорен.

Одним из мест, где Алена могла спрятать магнум, по мнению Вейдера, является планета Шафу, куда он отправляет отряд из своего личного гарнизона.

Начинался дождь. Мелкие капли падали с черного ночного неба, закрывая звезды, но света электрических фонарей хватало более чем, чтобы рассмотреть враждебные лица местных жителей.

— Каковы будут приказания, командир?

Девушка не сводила взгляда с толпы людей, что выстроились шеренгой на подходе к деревне, за которой в лесу находился древний храм. С ними нужно вести себя, как с опасными животными, не разрывать зрительный контакт, иначе, заподозрив слабость, они набросятся как хищные тигры.

Дикари, облаченные в кожу и шкуры, с цепями и амулетами, встречали незваных гостей, к сожалению, не палками, а огнестрельным оружием. За последние годы, надо отдать должное, верги практически выбрались из допотопного века технологий, но не из каменных хижин.

— Командир?

Дождь усиливался, но никто не шевелился. Стояли, словно восковые фигуры. Кожаная одежда намокала и тяжелела, капли барабанили по белым доспехам штурмовиков. Девушка понимала волнение солдат, большинство из них не впервые посещали Шафу, поэтому знали, что им предстоит пережить в случае конфликта. Она надеялась отвлечь на себя внимание переговорами, пока штурмовики зайдут с леса и нападут исподтишка. Но их уже ждали.

Не напали на них до сих пор и по другой причине — верги хорошо знали девушку, которая привела с собой солдат в белой броне. Боевой традиционный раскрас лица, схожие по фасону доспехи за исключением символики Империи, плазменный меч на поясе и шрам от клейма между глаз. Когда-то она была одной из них.

— Говорит Дэдмун, — произнесла девушка, обращаясь ко всем штурмовикам через небольшой микрофон. — Убейте всех.

Вспышки выстрелов обрушились на вергов, заставив броситься к укрытиям и открыть встречный огонь. Дедмун ринулась вперед, вынимая из ножен меч, лезвие которого раскалилось докрасна. Первый удар пришелся на крупного мужчину, чью защиту раскаленная плазма пробила словно нож — масло. Штурмовики не спешили кидаться в толпу людей, прикрывая девушка, которая кромсала противника модернизированным оружием.

Звон сталкивающегося металла звенел в ушах вместе с шелестом дождя, перерастающим в ливень. Одежда и волосы тяжелели, краска стекала с глаз черными разводами, забирая с собой брызги крови. Бой не пугал Дедмун как в первые выходы штурма, за прошедшие полгода она изучила технику боя противника и тактику наступления. Каждое из племен отличалось друг от друга, но закрытый образ жизни навязал им одинаковые привычки.

С криком отбившись от наступающего противника, Дедмун с размаха ударила его по голове — меч без труда рассек связки и мышцы шеи, однако застрял в позвонках. Сплевывая дождевую воду, девушка напряглась и, наступив на труп, выдернула оружие. Осмотрелась.

Штурмовики разогнали большую часть населения, кто-то продолжал сопротивляться, но в основном верги бросились в лес. Вероятно, надеялись найти укрытие в храме или затеряться в подземных лабиринтах. Ничего, скоро они и там найдут неприятности.

— Дедмун отряду Сокол, к вам идут. Выдвигайтесь.

— Вас понял, командир.

Интересно, кто предупредил дикарей? Информация о высадке в этом районе держалась в строгой секретности, девушка получила ее буквально два дня назад. Хотя не исключено, что регулярные рейды на Шафу заставили всех всполошиться, но обычно местные предпочитали избегать конфликтов с Империей.

— Дедмун отряду Ястреб, — обратилась она по рации к солдатам, которые пришли вместе с ней. — Продолжить зачистку, затем выдвигайтесь к цели. Я на перехват отряду Сокол.

Шлепая по хлюпкой грязи, Дедмун побежала в лес, где от дождя спасали густые кроны деревьев, однако из-за отсутствия прямого источника света она пару раз едва не упала. Вдалеке между стволами вспыхивали красные и белые пятна, крики и выстрелы доносились приглушенно, но бой завязался яростный. Значит, местные не ожидали столкнуться с отрядом Сокол.

Отключив лезвие, чтобы оставаться незаметной, Дедмун забралась на небольшой холм позади противника и спрыгнула вниз. Не ожидая нападения, пятеро мужчин отвлеклись от основного боя, подставившись под выстрелы — двоих штурмовики расстреляли за долю секунды. Меч взметнулся вверх, рассекая кожаный защитный нагрудник незнакомца, но из-за отключенной плазмы удар оказался не смертельным. Замахнуться повторно Дедмун не успела, пришлось отпрыгивать от двух других выживших. Один из них направил на нее пистолет, всколыхнув в девушке страх, а за ним и злость, позволившую ей выбросить перед собой небольшую волну Силы.

Поваленные в смятении на землю, верги оказались бессильны — не теряя времени, Дедмун включила плазменный обод лезвия и завершила схватку тремя быстрыми ударами.

Разобраться с остатками беглецов труда не составило. Похоже, большинство разбежалось по округе, осознав тщетность сопротивления. До храма идти оказалось недолго, он лежал в сотне метрах от недавнего места боя. В ночи под дождем, при свете переносных фонариков, местная святыня напоминала склеп, что было недалеко от истины. Вид этих ворот пробуждал страхи из глубокого детства.

— Входим внутрь, командир?

Дедмун не ответила. Задрав голову, осматривала сооружение, игнорируя капли, льющиеся в глаза. Что-то ей не нравилось в этом затишье, уж слишком быстро верги, воинственная нация, сдались и ретировались. Она обернулась и посмотрела в небо.

— Командир?

— К нам поступали сообщения о приближающихся кораблях или противнике?

— Нет, командир.

— Свяжитесь с кораблем.

Кивнув, штурмовик попытался восстановить связь. Дедмун отчаянно старалась уловить хоть какие-то звуки сквозь шум дождя.

— Не отвечают. Но связь стабильная.

Оставив донесение без комментариев, девушка прошла вперед, осмотрелась, а затем подошла к массивным дверям. Если их корабль захватил противник, то дело не сказать, что хорошо обстоит. Она дотронулась до деревянных массивных дверей на цепи и опустила взгляд к грязи, на которой дождь еще не успел размыть десятки следов. Будь это верги, недавно бежавшие из деревни, они бы уже напали на них, услышав голоса. Здесь же их кто-то поджидал.

Не говоря ни слова, Дедмун два раза махнула на главный вход в храм и попятилась. Она не хотела рисковать и попадать в ловушку. Попросив жестом у штурмовика гранату, она указала на деревья и валуны, чтобы солдаты спрятались и приготовились дать отпор, после чего сорвала чеку и бросила сюрприз под дверь.

Писк детонатора заглушил дождь, и взрыв прогремел, разнося в щепки дубовые двери, едва Дедмун успела забежать за камень. Поскользнувшись и прокатившись по грязи на коленях, она врезалась в дерево и замерла, готовясь к новому бою. Им пришлось выключить фонарики, чтобы не выдать себя сразу, но без шлема со встроенной инфракрасной подсветкой, Дедмун пришлось прислушиваться к Силе. С этим, конечно, дела обстояли не проще.

Первый выстрел прозвучал со стороны сломанных ворот храма, пока грохот перестрелки не заполнил поляну. Штурмовики не давали засевшим внутри людям выйти наружу, но и ворваться к ним также не представлялось возможным. Во всяком случае, напрямую.

— Гранату!

Штурмовик без разбирательств снял гранату с пояса и передал девушке, которая побежала к храму, но подальше от ворот. Только добежав до стены она стала подходить все ближе и ближе к двери, пока выстрелы не начали греметь практически над самым ухом. Чтобы не убирать меч вновь, она закусила чеку, но так и замерла, подняв взгляд к макушкам деревьев, из-за которых приближался рев двигателей. А вместе с ним и грохот разрывающихся снарядов.

— Вот дерьмо.

Пришлось забыть о гранате и со всех ног бежать прочь от эпицентра сражения, что позволило не попасть под обстрел. Над поляной пролетел небольшой боевой корабль, который нашел своей целью отряд штурмовиков, а не храм вергов.

Жар взрывной волны ударил Дедмун в спину, отбросив на грядку камней. Острая боль пронзила правый бок, вынудив девушку закричать и разжать пальцы — меч вылетел и затерялся в грязи. Полыхающее пламя озаряло тьму ночи, и несмотря на дезориентацию, девушка, собрав волю в кулак, приподнялась на руках. Поляна плыла, однако силуэты людей в гражданской одежде, выбегающие из храма, оказалось трудно не заприметить. Сопротивленцы, что б их.

Теперь понятно, почему верги выстроились поджидать их на подходе к деревне — их предупредило сопротивление, но тогда вопрос — откуда сопротивление узнало о налете?

Небольшой челнок с ревом пронесся над Дедмун и завис у входа в храм, позволяя пассажирам в относительной безопасности спуститься вниз по сброшенным веревкам. От вида вражеского подкрепления девушка заскрипела зубами. Практически всех штурмовиков смело от взрыва, а как обстояли дела с остальными, она не знала. Ясно одно — лежать в грязи непозволительно, но едва она попыталась перевернуться и доползти до меча, как ушибленный бок пронзила боль.

Дедмун только на мгновение успела осознать ужас своего положения: без людей и обезоруженная, оглушенная, с врагом, к которому прибыло подкрепление. Но испугалась она не расстановки сил, а грохота артиллерийских бортовых орудий.