Ирина Голунцова – Дьявол в голове (страница 36)
«Нет, это ты смешная».
— Да заткнись уже… — надрываясь от слез, пискнула Алетта, сжимая голову руками. — Заткнись, заткнись…
Лицо стало липким и холодным от слез, глаза щипало, и все, что хотелось девушке — зарыться в ящики и пыльные тряпки, спрятаться от мира. Дикая Охота убила ее людей, оставила город в руинах.
— Мне стоило погибнуть с ними… — Растирая слезы, пробормотала Алетта, а затем осеклась: — Нет, мне стоило защитить их! У меня были силы для этого… нет. Стоп, не было… что?
На улице громыхнуло с такой силой, отчего несколько пустых ящиков свалилось с полок, вынудив девушку сжаться и прикрыть голову. От поднявшейся пыли она закашлялась, глаза заболели сильнее.
— Боже… я просто схожу с ума…
«Уверена?»
— Да, уверена, ведь… нет, ты только послушай ее!.. Да заткнись! Стоп. Стоп…
Запустив пальцы в волосы, Алетта глубоко вздохнула и стянула пряди, почувствовав боль. Она молчала, из последних сил прикусывала язык, чтобы не произнести ни слова, поскольку что-то внутри заставляло ее открыть рот. И оно побеждало.
— Ты… про-сто… расп… распадаешься. Хва-тит, — с трудом растягивая слова, девушка хлопала себя по щекам в отчаянной попытке замолчать, но становилось только хуже. Она взвизгнула и прикрикнула: — Хватит! Мы распадаемся, как ты не понимаешь! Да… Нет… не может же быть… Ох, и почему не может? Черт…
«Замолчи, прошу, ты разрываешь мне мозг на части!»
«Маленькая девочка погубит нас, я позволил маленькой девочке взять верх, ведь маленькая девочка хорошо училась. Но недостаточно».
— Недостаточно, — выдохнула Алетта. — Мы распадаемся… без Изимиры мы… ай!
«Да хватит уже! Не в той паршивой ведьме дело!»
— А в чем?! В тебе! Во мне… все во мне…
Несмотря на то что Изимира помогала поддерживать баланс между жизненными сущностями, распад происходил вовсе не из-за того, что он рано или поздно должен был случиться. Смерть близких людей потрясла Алетту, а за ней последовала череда событий, которые заставили ее чувствовать себя слабой и беспомощной, загнанной в клетку. И как бы гордо она не держала голову, девушка не верила в себя, пока не дошла до крайней точки.
— Я ничего не могу… я не могу им помочь. Меня просто убьют.
«Ты просто боишься».
— Конечно, я боюсь! — Всхлипнула Алетта. — Конечно… тебе, сукин сын, легко говорить, ты… — она думала, что Асаризам перебьет ее, но в голове царила тишина. — Что ты вдруг замолчал?
Девушка прислушалась, но кроме взрывов и отдаленных криков на поле боя ничего не слышала. Дыхание выровнялось, сердце уже не гоняло кровь по артериям, как по горным порогам, и слезы высохли. Но это было ее спокойствие, а не соседа в голове, которого она впервые услышала за долгое время, если не сказать впервые. Алетта не обманывалась, однако момент затишья открыл для нее неожиданную истину, от которой к горлу подступили рыдания… вырвавшиеся с пугающим смехом.
Чем отчаяннее девушка желала успокоиться, тем громче становился безумный хохот. Чего стесняться? Вполне актуально, поскольку никогда в ее голове и не было второго поселенца, сознания некроманта и маленькой девочки раздробили друг друга на части и слились во что-то новое и неразрывное. В новую личность, которая помнила предыдущие жизни. Вот она, главная плата бессмертия: с каждым новым переселением ты думаешь, что сохранишь целостность, но становишься чем-то новым.
— Я сама решаю, кем мне быть. Сознание одно, душа одна… но личности не едины, — приговаривала Алетта, доставая из колчана стрелу и выбираясь из груды мусора. — Я могу быть скромным, могу быть беззащитным, жестоким. Или же, наоборот?
Покрутив в пальцах стрелу, девушка закатала рукава и сняла повязки, под которыми прятались засохшие раны. Острие клюнуло тонкую кожу рядом с веной, выпуская теплую кровь.
— Или все же у нас несколько сознаний, но одна личность?
Теплая кровь обожгла замерзшие пальцы, которыми Алетта осторожно выводила узоры на коже в полумраке. Алая жидкость мешалась с пылью, осевшей на коже.
— Сейчас это не важно. Мы будем действовать как единое целое, а даже если нет никаких мы, и это всего лишь игра больного воображения, надломившегося рассудка, ничего страшного. Страшно должно быть не мне… Если враги не понимают, кто я на самом деле, нужно заставить их осознать.
Воины Дикой Охоты наступали с настойчивостью тараканов, более точного сравнения у Ламберта не нашлось времени придумать. Враг прорвался за периметр, миновав ловушки и бомбы — их просто давили численностью.
Ударив по противнику, ведьмак в последний миг успел уклониться от летящего в спину меча. Противники носили черные латные доспехи, которые не удавалось в большинстве случаев пробить с первого раза. У мужчины уже кружилась голова — едва успев отбиться от одного, он бросался на другого. Его зажимали в угол, и не смотря на хваленую закалку, против четырех громадных эльфов Дикой Охоты ему не управиться одному.
Он был так сосредоточен на противниках, что позабыл об окружении, и едва не споткнулся о груду камней. Враг угадал момент и уже замахнулся мечом, но незримая сила удержала его от атаки, а затем подняла в воздух и швырнула прочь. Не менее приятная судьба ждала оставшихся бойцов — им скрутило шеи невидимой рукой.
— Ты там что, отдохнуть решил?
Подняв взгляд, Ламберт заметил свою спасительницу — Кейра Мерц заняла позицию на стене, и в прямом смысле смотрела на него свысока с довольной ухмылкой на губах.
— Без тебя бы справился, у меня было все под контролем! — с непоколебимой уверенностью крикнул ведьмак, на что чародейка только отмахнулась:
— Да-да, я так и подумала. Поэтому ты, наверное, справишься с теми ребятами?
Проследив, куда указала Кейра, Ламберт не без разочарования отметил пять фигур, вынырнувших из дыры в оборонительной стене. Черт, ведь надо же было залатать — хоть дерьмом, хоть палками — эту дыру! И как ему справиться с такой оравой? Не хотелось признаваться, но враг превосходил их числом, и даже если Кейра поможет управиться здесь, на этом ничего не закончиться.
— Дьявол…
Звон металла и треск молний, за которым последовал женский крик, вернул внимание Ламберта обратно. К чародейке со спины подрался один из воинов Дикой Охоты, и если бы женщина вовремя не прикрылась магическим щитом, ее тут же убили.
— Черт… Кейра! Эй, ты, ублюдок!.. Дьявол!
Незнакомец не обратил на него внимания, надвигаясь на чародейку, тесня ее к обрыву, с которого ей не удастся спуститься в целости и сохранности. Женщина окружила себя мерцающими сферами, готовясь вступить в бой, но воину вряд ли они причинят вреда. Пусть Ламберт и не питал любви к чародейкам, но у него мороз по коже прошел от мысли, что эту девушку так просто порубят на мелкие кусочки. И положение ничуть не упрощали новые противники.
Эльф замахнулся на Кейру тяжелым мечом, и едва лезвие взметнулось ввысь, как в спину воина влетело что-то массивное и черное, сбросив его со стены. Лязг доспех разлетелся по округе, а черное существо, оказавшееся гончей Дикой Охоты, покатилось прочь. Ламберт с недоумением наблюдал за картиной, и куда больше вопросов возникло, когда псина остановилась и, мотнув головой, бросилась к эльфу и напала на него. Оно пыталось содрать латы незнакомца, целилось в шею, которую разорвать оказалось не такой и сложной задачей. Кровь брызгала во все стороны, заливая морду монстра; воин сопротивлялся несколько секунд, прежде чем без сил распластаться на земле.
Так бы Ламберт и продолжал смотреть на убитого эльфа, если бы к реальности его не вернули крики. Свора из четырех псин набросилась на воинов Дикой Охоты, двух из которых повалила на землю. Остальные, пусть и недоумевающие из-за происходящего, не стали отвлекаться и побежали на ведьмака.
Отбросив вопросы, Ламберт крепче сжал меч и бросился навстречу опасности. К собственному удивлению, он не чувствовал себя беспомощным и обессиленным. Он без труда парировал атаку, увернулся и рубанул по ногам противника. Лезвие со скрежетом скользнуло по броне, враг упал на колени, скорее, из-за силы удара, однако большего ведьмаку и не требовалось. Он со всей силы замахнулся и рубанул по шее эльфа, избавляя себя как минимум от одной проблемы.
Переведя дыхание, Ламберт обернулся и готовился к новому раунду, однако в недоумении обнаружил лишь пару дохлых псин.
— Что за?.. — Оно еще раз осмотрелся, дабы убедиться, что не бредит, а затем обернулся к Кейре. — Куда они делись?
— Ушли, туда, — чародейка указала за угол, где располагалась одна из тренировочных площадок. — Там что-то неладное, я чувствую… нестабильная энергия.
— Я проверю. Ты там как, в норме?
— В норме… но будь осторожен, возможно, к Дикой Охоте подоспела подмога.
Если все действительно так, то дела обстояли куда хуже, чем они могли предполагать.
Шумно выдохнув и перехватив удобнее меч, ведьмак помчался по следам удравших воинов. От обрушившегося холода и порывов ледяного ветра у него болела голова, щипало легкие от каждого вздоха. Нужно как можно скорее заканчивать с этим, если подоспел враг более высокого ранга, то Цири грозила опасность. Всем им грозила опасность!
Разогнавшись, Ламберт готовился сразу же наброситься на подоспевшее подкрепление. Возможно, его безрассудство заметит Геральт и подоспеет на помощь, но мечтам не суждено было сбыться. Ведьмаку пришлось затормозить — он припал на колени и проскользил по замерзшей грязи пару метров, — чтобы не врезаться в фигуры в черных доспехах. До них оставалось каких-то десять метров, но никто из воинов Дикой Охоты не обратил на него внимания: они стояли полукругом, загнав кого-то к стене.