Ирина Голунцова – Дьявол в голове (страница 32)
Хуже и другое — в отличие от чародеек, Алетта не умела пользоваться порталами в общепринятом смысле. Будучи еще в шкуре Асаризама она практиковала телепортации, и после множества неудачных экспериментов на животных — разорванных на части овец собирали по всему лесу — отыскала единственную формулу успеха. Связь — в крови. Только связав двух овец своей кровью она могла без потерь телепортировать животное к другому животному. К тому же природу реальности — порталы — рвали для нее чародеи, с которыми ей доводилось работать.
Иными словами, в данной ситуации девушка могла переместиться к тому, чьей крови она касалась, и кто знал ее кровь. Жестокость короля связала их невидимой нитью, и она вполне могла к нему переместиться… Но…
— Открывай портал.
У нее просто не было выбора. Филиппа более не оставит ей шанса, вряд ли до утра чародейка сохранит ее в целости и сохранности. Уж лучше рискнуть.
— Буду рада посмотреть на твою казнь, — заулыбалась колдунья, открывая портал.
От прильнувшей злости Алетта с силой полоснула ножом над лопаткой женщины — та едва успела завопить, как девушка пинком оттолкнула ее прочь. Разорванное пространство зияло черной дырой, закручивающейся в золотую спираль. Вихри энергии разбрасывали мелкий мусор, поднимали в воздух сено и пыль.
Либо ее разорвет на части, либо она рискнет отправиться к королю.
Но прежде, чем прыгнуть в червоточину пространства, Алетта вспомнила, что связана и с другим человеком.
Безопасное место?.
♪ Powerwolf — Stossgebet
Испытание Умы трансформации посредству зелий — уж чего Ламберт не ожидал, так повторения истории. Он надеялся, что времена, когда подвергали этой пытке, прошли. Йеннифер и Геральт, что называется, любыми способами желали отыскать Цири. Риск, что маленький уродец, в теле которого мог быть заточен человек, что способен дать им следующую подсказку в поисках молодой девушки, умрет их будто не беспокоил. Как и вероятность, что это Цири дергается в агонии, привязанная к столу.
Нет, невыносимо.
После испытания зельями выживал в лучшем случае один из десяти мальчиков, и Ламберт, попав в число «счастливчиков», не хотел тормошить болезненные воспоминания. Он и врагу не пожелал бы оказаться на этом столе.
Процедура могла длиться часы, так что сидеть под боком у чародейки и мешать ей мужчина не собирался. Он вышел во двор и глубоко вздохнул. Свежий горный воздух, чистое голубое небо и крошащиеся стены некогда внушительной цитадели, школы Волка, пережили многих. Переживут и его, видимо.
Прошла минута, другая, он все надеялся, что Йеннифер и Геральт передумают и прекратят процедуру, но когда во двор вышел Эскель с грустной миной на лице, он осознал тщетность надежд.
— Ну что?
— Ума сблевал на Йеннифер, а пока… — Неопределенно отозвался собрат по оружию, вызвав у Ламберта кривую ухмылку.
— Просто не верится, что старик Весемир сохранил этот стол… когда-нибудь пригодиться, нет, ну ты можешь поверить?
— Думаю, он действовал из практических побуждений, а не…
— Неважно, — прервал его Ламберт. — Это… я даже смотреть не могу на него.
Эскель хотел что-то сказать, но так и застыл с открытым ртом, и причиной тому послужила не тактичность по отношению к собеседнику из-за острой темы, а неожиданно задрожавший медальон.
— Йеннифер сказала, что будет только поддерживать жизненные функции Умы, — напрягся Ламберт, когда и его медальон начал подрагивать. — Какого они…
Но чародейка, видимо, не имела отношения к феномену, поскольку моментом позже в воздухе открылся портал и из него стремительно кто-то вылетел. Рассмотреть кто именно ведьмаки не успели, тень проскользнула невероятно быстро и приземлилась в окрестности тренировочной площади, с характерным грохотом сломав что-то по пути.
Секунду мужчины стояли в недоумении и, обменявшись растерянными взглядами, бросились к незваному гостю.
— Для Дикой Охоты слишком рано, — подметил Эскель.
Вряд ли сюда явились всадники Дикой Охоты, о которых так часто упоминал Геральт, однако рисковать почем зря они не собирались и обнажили мечи. Завернув за обрушенную стену, ведьмаки готовились приготовить теплый прием кому бы то ни было. Но из обломков досок, отмахиваясь от пыли, с горем пополам поднялась девушка с темными растрепанными волосами. Через порталы обычно путешествовали чародейки, быть может, Йеннифер позвала кого-то еще.
— Мы кого-то ждем? — Уточнил Эскель, настороженно наблюдая за незнакомкой, которая спотыкалась о доски. — Эй! Ты кто такая?!
Когда девушка обернулась, у Ламберта едва сердце не прихватило. Кого он не ожидал здесь увидеть, так это неадекватную баронессу, спалившую поместье князя — о ее дальнейшей судьбе он не справлялся. Но Алетта явно не выглядела удивленной, но выразить иную эмоцию попросту не успела — в отчаянной попытке выбраться из завала, она покачнулась и упала без чувств.
— Ну ладно, — шумно вздохнул Ламберт, убирая меч в ножны.
Алетту могло занести сюда по любой причине, и, судя по всему, не самой приятной. Одного взгляда хватило, чтобы оценить плачевное состояние девушки: натертые до красна запястья, разодранные пальцы и окровавленные ладони, пыльное мятое платье и бледное лицо с залегшими синяками.
— Где же тебя так потрепало?
— Ты ее знаешь?
Такую трудно забыть.
— Месяца три или четыре назад выполнял у нее заказ, та еще работенка.
— Чародейка?
— Нет, не чародейка.
Откинув пару досок, Ламберт подхватил Алетту на руки и удивился, насколько легкой она оказалась. Жизнь ее, похоже, изрядно помотала.
— Нужно обработать ей раны.
— Попросим Йеннифер?
— Думаю, госпожа чародейка к чертям нас пошлет, да и занята она более сложным делом.
— Но ведь… эта девица явно непростого происхождения, да и… невежливо это, думаю…
— Боже, Эскель, — зарычал Ламберт и раздраженно покачал головой, направившись ко входу в главный зал. — Не рассыплется она, если ты увидишь ее грудь.
— В тебе нет ни капли уважения к людям.
— Если бы к людям, — многозначительно протянул Ламберт, посмотрев на мирно дремлющую хозяйку Сорбеца.
Вернувшись в прохладу стен главного зала, ведьмак полагал, что обойдется без огласки, но открывшийся портал поднял всех на ноги — им навстречу уже бежали Геральт с Весемиром. Невольно мужчина нахмурился.
— Смотрите, какой нам подарочек подкинула судьба.
Белый Волк в замешательстве осмотрел девушку и с не меньшим недоумением глянул на товарища по оружию:
— Что произошло?
— Баронесса вылетела из портала, когда мы были на улице. Сломала чучело в щепки…
— Княгиня, не баронесса.
— Княгиня? О чем ты?
— Хм, долгая история, — нахмурился Геральт, а затем заметил изодранные в кровь руки. — Весемир, у нас есть какие-нибудь лекарства или мази? Йеннифер сейчас отвлекать нельзя, придется действовать по старинке.
— Да, у нас есть обеззараживающие и заживляющие мази… — начал было старый ведьмак, а затем присмотрелся к узору, выглядывающему из-под рукава Алетты. — Это…
— Вот и отлично, — поспешно вмешался Ламберт, отойдя от компании. — Тащите все в гостевую комнату на втором этаже, я займусь ее ранами.
Неожиданный и быстрый уход от дальнейших вопросов и рассуждений наверняка ввел в недоумение его товарищей, да и Ламберт удивился своей реакции. Будто секреты девушки принадлежали и ему. В какой-то степени он хотел разузнать обо всем из первых уст, хотя Геральту знал больше него.
Раны пришлось обрабатывать аккуратно, Ламберт беспокоился, как бы девка не вскочила от боли и не учудила что-нибудь в приступе паники. Она явно от кого-то бежала, и стертые до крови запястья подсказывали, что ее держали на привязи, как собаку, причем не один день. Сломанные ногти, пальцы в занозах и царапинах — она скреблась о дерево или пыталась выковырять что-то, судя по ранениям — ржавую железяку, которой и вырезала на левой руке узор. Нечто похожее она нарисовала кровью, когда прыгнула на грифона, прежде чем переместить свое сознание.
Ведьмаки его не беспокоили, оставили заниматься делом, хотя по их многозначительным взглядом Ламберт понял, что придется объясниться. И объяснить довольно многое, в том числе и Геральту. Как вышло, что за убийство княжеской семьи девушка получила новый титул? И куда смотрели ее люди, позволив угодить в передрягу?
Мужчина решил не раздевать Алетту, а только обработать раны и перевязать их — сама наведет марафет, когда очнется, а то закатит скандал. Не хотелось привлекать внимание и вызывать дополнительные вопросы у товарищей довольно правдивым оправданием «а что я там не видел?».
Первое время после того, как он покинул Гелибол, баронесса не выходила у него из головы. Бывает, что женщина зацепит тебя за живое, поймает невидимой сетью, а ты выпутываешься дни и недели, расцарапав душу в кровь. Не сказать, что он страдал по ней, однако Алетта ему понравилась — признал это ведьмак не сразу. Дерзкие аристократки как грифоны или драконы — не так-то просто на них охотиться, а если одолел одного, так радуешься, как дитя малое.
И вот она снова ворвалась в его жизнь. Ламберт искренне верил, что они больше никогда не встретятся, и история Алетты Валхольм постепенно угаснет в воспоминаниях, несмотря на оставшиеся вопросы. Особенно сейчас, когда предстояло отыскать Цири и защитить от Дикой Охоты.
Вроде он не испытывал ничего к этой девчонке кроме раздражения, да тривиального желания затащить в постель, но от ее вида ему становилось не по себе. Кто вообще мог так издеваться над ней?