реклама
Бургер менюБургер меню

Ирина Гиберманн – Живу как хочу (страница 10)

18

— Почему ты не уходишь?

— Я уже вижу тебя здоровым. Цельным. Глубоким. Объемным. И у меня есть шанс. И даже если он один — я его использую. Иногда достаточно одного шанса.

Как часто мы задаемся вопросом, что или кто удерживает нас от того, чего мы действительно хотим? Кто мешает нам преследовать свои цели и достигать их? Кто в ответе за сопротивление изменениям внутри нас?

У каждого из нас есть внутренний Телохранитель (Саботажник), который отвечает не за приключения, радость и счастье, а за безопасность и выживание. Это его основная функция. Телохранитель выступает против всего нового и неизвестного. Как только у нас возникает желание или мечта, телохранитель посылает нам вопросы.

• Как это должно работать?

• Зачем тебе это делать?

• Что ты себе надумал?

• Как ты себе это представляешь?

Таким образом Телохранитель получает именно то, что хочет: мы отказываемся от своих желаний, выбрасываем из головы мечты.

Знакомо вам такое: вы полны решимости заняться спортом, начать посещать какой-то курс, изучать языки, планировать поездки, съездить на фестиваль, наконец-то изменить что-то в профессиональном плане, но ничего не происходит, все остается неизменным? Добро пожаловать в мир Саботажника — нашего умного Телохранителя. Вас клонит в сон, вы чувствуете потребность что-то съесть. Приходит мысль перечитать старые книги или сделать генеральную уборку. Но до главного вы не доходите. Вы успокаиваете себя мыслью: «У меня есть время, я могу сделать все завтра утром».

Есть еще один трюк — внезапное затмение и помутнение, когда только пустота в голове и отсутствие концентрации на собственных мыслях.

А еще у Телохранителя есть возможность внезапно напомнить вам о восемнадцати других желаниях и планах, которые на самом деле были бы намного важнее, чем то, что вы только что выбрали.

Отсюда — внезапная потеря интереса к выбранной цели: «Это скучно!» Внезапное убеждение, что вы не в состоянии ее достичь: «Что я себе надумал! Как я себе это представляю? Я недостоин просить повышения зарплаты!»

Стоит заметить: наш Телохранитель чрезвычайно умен и не хочет нам навредить. Его главная цель — стабильность. Он хочет оставить нас на известном и предсказуемом пути, убрать спонтанность, снизить инициативу и вернуть нас в старый и знакомый вектор. Одним словом, оставить все как есть. Как быть?

Если ваша цель — действительно вызов для вашей психики, то вы обречены на страх. Страх — спутник каждого творческого акта. Когда вы принимаетесь двигаться вперед, всегда случается тряска. Всякий раз, когда мы начинаем делать то, что бросает вызов нам и нашим талантам, мы будем иметь дело с неуверенностью в себе и сомнениями. Это нормально. У Саботажника тысячи обликов, и работает он в интересах племени. Племя в ответе за традицию и стабильность. Племя — то, откуда мы родом, и то, что было дано нам с собой в путь как незыблемое.

На следующей странице есть две колонки. В первом столбце будет звучать ваш «Личный голос». Во втором столбце «Голос племени». Теперь могут начаться дебаты.

Четко перечислите в первой колонке, чего вы хотите и о чем мечтаете. Например: «Я хочу жить за городом и разводить животных, это моя заветная мечта».

Подождите немного.

Если вы действительно оказались в ловушке конфликта, голос племени не сможет долго оставаться спокойным. Отрицательный ответ будет громким: «Что за бред?» Напишите это утверждение в колонке «Голос племени». И затем снова ответьте письменно личным голосом, защищая свою мечту. Например, вы говорите: «Многие известные люди пошли за своим сердцем и нашли истинный смысл жизни».

И теперь голос племени снова ответит: «Да, и что делают эти люди с нами? Мы родились, чтобы жить в городе, и это имеет для нас большое значение!»

Попробуйте один раз довести разговор до идеального для вас финала. Ищите аргументы, прислушивайтесь к себе, опережайте голос племени и хитрите. Выполнить это упражнение — то же, что выстоять в серьезной битве за свои мечты. Этот внутренний голос племени никогда не будет иметь такой же силы над вами, как раньше. Даже если вы проиграли дебаты, вы сделали нечто бесконечно важное: выделили свой голос из голоса племени. Это осознание — большой шаг к самоутверждению и самореализации. Голос племени не исчезнет, но вы больше не будете путать его с личным голосом.

Личный голос — …

Голос племени — …

Что происходит, когда мы смеемся?

Мы издаем звук (животные — рёв) и оголяем зубы (животные оскаливаются). По сути смех — одна из форм вербальной и невербальной коммуникации: голос вроде бы есть, но мы не «разговариваем» в этот момент словами. И в то же время, когда мы смеемся искренне, наши тон и тембр голоса тоже искренние. Себя не проведешь.

Когда на нас нападают и мы это знаем, но за себя постоять открыто не можем, то смеемся, сигнализируя: «Я для тебя не угроза, ты сильнее».

Когда на нас не нападают, но сталкивают с нашими страхами: угрозой потери близких, горем в семье, известием о смерти, неизлечимой болезни или сложном диагнозе, грозящем оказать влияние на всю нашу жизнь, — смех или улыбка не являются сарказмом и цинизмом, а становятся бессознательной попыткой разрядить ситуацию. Потому что неуместный смех вызовет у собеседника скорее недоумение и вопросы, спровоцирует конфликт, агрессивную реакцию, которая может выплеснуться на нас. Но это и есть цель: помочь другому разрядиться за свой счет.

Как с этим бороться?

Никак. Со смехом не надо бороться. Достаточно использовать три-четыре дежурные фразы, которые универсально подходят почти в любой ситуации.

• «Я не знаю, как с этим обходиться».

• «Я смеюсь, но вижу, что лишь хочу снять напряжение между нами».

• «Я пытаюсь сгладить конфликт юмором, но на самом деле мне не до смеха».

• «Мой смех выглядит бесчувственно, но на самом деле я не нахожу слов».

• «Мне больно оттого, что происходит (между нами), но единственная возможная реакция — беспомощный смех».

Если копнуть глубже дежурных фраз, то мы окажемся в поле проработки самооценки. Когда я знаю, что я суверенное государство и не разрешаю нарушать мои границы и шоркать в грязных тапках по моей территории, тогда и смеяться не надо. Можно дать отпор. Адекватно.

Еще вариант — проработать страх потери. Когда внутри будет согласие, вы станете реагировать адекватно, подстраиваться под условия, как хамелеон.

Как я реагирую, когда другие не справляются со своими эмоциями и в трудных ситуациях смеются? Что я при этом чувствую?

Как я отношусь к тому, что не всегда могу адекватно обходиться с собственными чувствами?

У всех свое понимание личного, как и сферы «слишком личное». И акцент именно на том, как научиться, а не как научить. Давайте начнем с того, что ответим на вопрос: «Зачем я хочу поделиться своими мыслями и чувствами именно с этим человеком?»

Обратите внимание: не «почему», а «зачем». Это как с зависимостями. Если человека спросить, почему он употребляет алкоголь или наркотики, то, скорее всего, ответят: «вкусно», «стиль жизни», «все употребляют», «нравится», «давно это делаю», «не помню, как было до». Но если спросить, зачем употребляют, то скажут: «чтобы подавить негативные эмоции», «почувствовать свою значимость», «расслабиться», «уснуть», «быть эффективнее», «генерировать идеи», «легче общаться с людьми», «не чувствовать усталости».

Чувствуете разницу? Теперь переносим это в область личного.

Зачем я хочу поделиться своими мыслями и чувствами с конкретным человеком?

1. Чтобы почувствовать себя понятым.

Могут быть и скрытые мотивы.

2. Чтобы он знал мои границы.

3. Чтобы нам было проще общаться.

4. Чтобы я больше узнал о нем.

5. Чтобы удержать его внимание.

6. Чтобы оставаться интересным.

7. Чтобы через свой опыт что-то дать ему.

8. Чтобы больше сблизиться.

Если наши мотивы не совпадают, то диалога не будет — будет два монолога. Вы о чувствах, а он про лист закупок. Важно одно: если явные мотивы не коррелируют друг с другом, а скрытые конкурируют, отношений нет. Есть взаимодействие.

— Мам, а ты хлеб купила?

— Нет. Ты ведь его хотела купить.

— Но я себе купила. И съела.

— Ну на этом социально приемлемое поведение закончилось. Я сейчас не рвану за хлебом. Значит, дома хлеба нет.

Вечером моя дочь сходила за хлебом. Не в булочную — они закрываются в 16:00, — на заправку, там есть маленькая пекарня. Позже состоялся разговор.

— Мам, что такое агрессия? Я вот вижу твою. И так не хочу. Ты говоришь про контакт со своей агрессией. Я этого не понимаю.

— Без контекста мне сложно ответить на твой вопрос… Помоги понять.

— Ну вот я пошла за булочками. Купила все, которые там были. И парень на заправке говорит мне, протягивая плетеную коробку: «Запакуй булочки».

— Хм…

— Во-от. Знаешь, что я подумала? Я подумала: «Ты».

— «Ты»?

— Да. Ты сам запакуй булочки. Я тебе за это плачу.

— Ага. То есть когда в Италии владелец отеля орал как бешеный и я сказала, что это не ок, ты призывала меня к осознанности.