Ирина Фельдман – Клуб негодяев (страница 46)

— Всё равно носи его. Волшебные вещи имеют свойство пригождаться, — ловко орудуя пальцами, ведьма спрятала оборотный кулон мне под рубашку.

Та ночь на кладбище.

Меня передёрнуло от непрошенных воспоминаний. Родерик не расстался с кулоном даже после смерти, а я, как последний мародёр, сорвал его с покойника. Ещё не хватало, чтобы и меня положили в могилу с этим украшением.

Андрей стоял со скрещёнными на груди руками и пристально смотрел на нас. В его взгляде читалась необъяснимая жёсткость, словно это не он только что так беззаботно смеялся. Отчего-то в комнате повеяло холодом.

Предчувствие меня не обмануло. Поскольку кулон не оправдал надежд, Андрей решил снова навязать мне руку славы. В этот раз он решил научить меня обездвиживать ею противника. Мерзкая штука превосходно справлялась и с этой задачей: под её воздействием я застывал, как статуя, едва дыша и не в силах моргнуть. А вот на Андрея эта дрянь почему-то не действовала, хоть он и уверял, что вампиры не могут противостоять чёрной магии. Живой мишенью он бродил по комнате и выжидательно поглядывал на меня.

Ну как я мог это сделать? Как бы я на него ни злился в глубине души, я давно его простил и не желал ему зла. Не получалось отбросить в сторону эмоции и хладнокровно заколдовать его.

Немало меня отвлекало и вторжение Андрея в моё сознание.

«Зачем ты отказался от защиты? Теперь Филдвик не успокоится, пока не отомстит за оба поражения. В третий раз он точно не будет с тобой церемониться. Я уже вижу его клыки, разрывающие твою плоть…»

Я хотел попросить его замолчать или хотя бы отвлечься на нравоучения Хедвики, но что-то меня сдерживало.

«Мальчик, я хотел тебя спасти. Почему же ты отверг мою помощь? — тон вампира стал гораздо мягче, в нём зазвучала жалость, которая едва ли не побудила меня изменить своё мнение. — Если бы ты остался вампиром, Филдвик бы не посмел тебя тронуть. А сколько перед тобой было возможностей! Я бы дал тебе образование, и не одно. Ты бы лучше узнал жизнь и нашёл в ней своё место. А теперь ты подписал себе смертный приговор».

Вспомнилась волшебная рубашка Хедвики. После ритуала она потемнела и местами покрылась неровными дырами, как будто их кто-то выжег. Стало стыдно за радость от того, что я убил в себе существо, дававшее мне столько преимуществ. Гадкое чувство вины вытесняло страх.

Передо мной возникла явственная картина. Ночная Прага, прекрасная и зловещая. На крыше стоит молодой человек. Ветер играет с его волосами, луна нежно оттеняет силуэт. Юношу как будто совершенно не смущает время и место для прогулки. Это настораживает и вызывает невольное восхищение. С несвойственной обычному человеку грацией он срывается с места, в несколько шагов достигает края крыши и перелетает на соседний дом. От его движений веет скрытой опасностью. Одновременно хочется любоваться этим созданием и бежать от него без оглядки. Это вампир. Это…

«Да, то был ты, — в голосе Андрея я расслышал гордость, смешанную с сожалением. — А теперь ты такой».

Картина изменилась. Полосатый кот нервно цепляется когтями за старый потёртый ковёр. Глаза широко раскрыты, уши прижаты к голове. Этот маленький серый комочек пятится и жалобно пищит.

Когда морок начал рассеиваться, я потёр глаза.

— Андрей, прекрати. Ты понимаешь, о чём я.

Не знаю, то ли он внял моей просьбе, то ли ему надоело читать морали.

— Я уже битый час так хожу, а всё никакого толку, — с долей наигранности воскликнул Андрей, запрыгивая на журнальный столик и так же легко с него спрыгивая на перевёрнутую кушетку и оттуда опять на пол. — Или ты хочешь, чтобы я ещё по потолку пробежался?

Я положил руку славы на стол и сел на пол между высокими стопками книг, прислонившись спиной к стене. Устало помассировал виски. Кажется, от этого безумия начинает болеть голова…

«Сандерс, что же ты раньше не говорил, что у тебя в друзьях вампир и ведьма? Я-то думал, тебя окружают одни идиоты вроде де Левена».

Ударь передо мной молния, я бы не так испугался. Сердце словно сдавили ледяные тиски. В лёгких не хватало воздуха.

«Тихо, тихо, не надо так нервничать, — прошептал Филдвик. На миг мне померещилось, что кто-то положил руки мне на плечи. — Раз пошёл по сложному пути, так пройди его с честью. Тебя никто не заставлял отказываться от дара. Право слово, ты куда чуднее Родерика».

«Почему бы тебе не забыть про меня? Не надоела эта бессмысленная игра?»

«Не будь дураком Сандерс. Разве я могу простить тебя за все неприятности, что ты мне учинил?»

Тем временем Андрей с Хедвикой с увлечением обсуждали, как спасти «упрямого недотёпу». Я собрался было намекнуть им на незримое присутствие Филдвика, но негодяй держал меня под контролем.

«Де Левен с мальчишкой сейчас пьёт чай в гостиной графа, — как ни в чём не бывало продолжал Филдвик. — Думаю, а может, он лучше станет не ужином, а Тварью? Хм, давно у меня не было Твари. Такой покорной и доверчивой. Последнюю я инициировал три года назад. Помню, она долго протянула, я прикончил её только через две недели».

До боли сжал кулаки. Не знаю, как смогу предотвратить это, но он не тронет Франсуа. Я готов на всё лишь бы Филдвик не заполучил новую игрушку!

«Я приготовил для тебя сюрприз. Может, теперь, как смертный, ты не оценишь его по достоинству, однако знай, я старался. Буду счастлив, если ты придёшь на него взглянуть. Жду тебя в шесть часов на мосту Чарльза. Смотри, не заблудись, местные называют его Karl?v most».

«Я приду».

Заметное облегчение. Убедившись, что в голове больше нет посторонних голосов, я почувствовал себя заключённым, оставшимся на время без надзора.

Даже не было сил ругать себя за легкомысленное обещание. Раз Филдвик жаждет встречи, она состоится и против моей воли. Я бросил взгляд на каминные часы, но их стрелки замерли приблизительно на половине десятого. Украдкой достал свои — уже без двадцати двух шесть, опаздываю!

— Эй, да что с тобой? — Хедвика присела напротив меня. — Ты как будто не здесь.

Я огляделся.

— Где Андрей?

— Пошёл за одной книжкой в другой конец дома. У него полно барахла, всё валяется в самых неожиданных местах… Я задам тебе вопрос, только ответь честно.

— Ну?..

Девушка придвинулась ближе и зашептала мне на ухо:

— Он говорил с тобой? Показывал видения? — её дыхание мягким теплом касалось моей кожи.

Кто — он? Филдвик? Андрей?

Я бездумно ответил: «Да».

Хедвика отцепила от платья булавку с овальной головкой.

— Камень аметист защищает разум от чужого вмешательства, сохраняет его ясным. Жаль, я вспомнила об этом только тогда, когда ты стал вампиром. Мне же нельзя было с тобой общаться, а ты меня звал, я слышала. К сожалению, это моё единственное украшение с аметистом. Не дёргайся, я приколю.

Что ж, хотя бы понятно, почему я не мог проникнуть в её мысли.

Поблагодарив Хедвику, я встал с пола. Ментальная защита это хорошо, но время… Время… Как же мне успеть?

— Что-то Андрея долго нет, — я отвернулся, якобы заинтересовавшись рукой славы. — Вдруг ему нужна помощь?

Хедвика не заподозрила подвоха. Более того, она велела мне не путаться под ногами. Пока всё складывалось удачно, даже слишком.

Как только стихли шаги девушки, я метнулся к сумке и забросил в неё руку славы, мерцающую пятью холодными огоньками, и дневник деда. После мимолётного раздумья подскочил к шкафу Андрея и взял пистолет. Заряжен. Господи, лишь бы хоть одна пуля была серебряной! Колы и несвятую святую воду проигнорировал.

— Какая же я скотина, — пробормотал я, закидывая пистолет в сумку. Андрей будет в бешенстве, если узнает.

Вооружившись по сути бесполезными вещами, я вышел в коридор, бесшумно спустился по лестнице и, скрипнув на прощание входной дверью, выбежал на улицу.

Сначала я думал, что меня вот-вот поймает Андрей, чуть позже страх притупился. Гораздо важнее было не опоздать на встречу с Филдвиком.

Чувства и переживания сплелись в тугой клубок. Слились в нечто единое, в то, чему я не мог дать названия. Я понимал, что бегу навстречу гибели, но вместо истерики мной овладело странное хладнокровие.

Надо было положить всему этому конец.

Тёмная улица казалась незнакомой. Ещё не выбившись из сил, пришлось замедлить шаг.

Да, я не узнавал эту местность. Прикинув в уме маршрут, я сделал вывод, от которого совсем упал духом: заблудился. Свернул где-то не туда.

Я откинул крышку часов и выругался, как Ренар. Не успеваю.

На циферблат упала прозрачная капелька.

Заморосил дождь. Редкие прохожие и так не отличались сочувствием к потерявшемуся иностранцу, а непогода вовсе превратила их в грубиянов. Не знаю, что они отвечали на мою просьбу о помощи на английском и французском. Если честно, и знать не хочу.

Люди попрятались от дождя. Я остался один.

После нескольких бесплодных минут я свернул в какой-то проулок и чуть было не кинулся в обратном направлении.

В чёрную карету была впряжена четвёрка лошадей. Их шкуры были сморщенными и на боках висели лохмотьями, оголяя мышцы и кости. Одна из передних лошадей выглядела гораздо хуже остальных, но как ни странно, вела себя живей. Она нетерпеливо потряхивала зубастым черепом и била копытом. От призраков доносился еле уловимый запах тлена, а не вонь падали, как можно было ожидать.

Я не мог оторвать взгляд. Зрелище было безобразным и притягательным.