Ирина Емельянова – Дети пространства (страница 84)

— А что с мечтой о военной карьере?

— Сначала не хватило умения пилотировать. Потом пошла в торговый флот, надеясь, что рано или поздно случится набор добровольцев из Торгфлота. Такое в ВКФ иногда бывает, когда где-нибудь сдают много новых кораблей, и на их укомплектование не хватает выпускников академий. Но один раз такой набор случился, когда я сидела с ребёнком. А второй раз, года три назад, меня отговорил Торвальдыч. Я уже была вторым механиком на «Марианне», а он — стармехом, и хотел передать корабль мне. И передал — четыре скачка назад. А ты тут как?

— Учу студентов помаленьку и мечтаю начать строить здесь свои корабли. Ты мечтала о Пространстве для себя, и ты его получила. А я хочу Пространства для своего мира. Но пока не получается.

— Пространство… как иронично это звучит! Нет другой профессии, где приходится столько времени проводить в тесном помещении без возможности выйти. Зато каждые два месяца — новый мир. Но зачем тебе Пространство для мира? Ради тех цветных кружочков, в которые превращаются три точки на небосводе, которые мы в детстве разглядывали в телескоп? Боюсь, ты вряд ли их достигнешь. Ни в одном из пятидесяти миров не занимаются активным исследованием внешних планет, не то что их освоением. Даже под Арктуром, где от Древних нам достались два пригодных для жизни спутника Супера, этот самый Супер — не более чем большой зелёный круг в небе Двух А, то есть Атлантиса и Авалона. Только в Солнечной системе немножко занимаются изучением своих внешних планет. Но их там десять миллиардов, они могут себе это позволить. А мы — взлетели с планеты, подошли поближе к звезде, в скачковую зону, перепрыгнули к другой звезде — и скорей обратно, под кислородную атмосферу. Я тут под Сириусом смотрела фильм, снятый землянами из МИСС про историю исследования спутников Юпитера и Сатурна. Удивительно красивые миры. И таких под каждой звездой по несколько штук рядом с обитаемой планетой. Но человек там жить не может, — Алина невесело усмехнулась. — А вот шияары бы смогли. Чем больше я узнаю про то, как устроена Вселенная, тем меньше их понимаю. Мы с ними прекрасно ужились бы в этой системе, не стремись они лишить нас возможности летать. Сейчас все эксперты убеждены, что нашу промышленность они уничтожили по ошибке. Колония была молодая и просто не успела создать себе других промышленных мощностей, кроме того корабля-завода, который пригнали с Авалона при её основании. А его уничтожили не потому, что он завод, а потому, что он корабль. Когда они атаковали Землю, то ограничились уничтожением исследовательского корабля на космодроме Лунной базы.

— Заметь, ты опять сводишь всё к «летать». Попытка помешать летать в твоих глазах оправдывает войну на уничтожение против целой расы. А когда я говорю, что хочу, чтобы здесь строилось что-то летающее, ты спрашиваешь — «зачем?»

— А чего ты хотел? Любая свобода — она в первую очередь «для», а не «от». Что дадут Миру Осануэва собственные космические корабли, чего не дают сейчас регулярно заходящие корабли Торгфлота? Все знания Галактики мы к вам возим. Если кто захочет отправиться в другие миры набираться ума-разума, он может это сделать. Если кому-то невтерпёж летать самому, как когда-то мне, это тоже не слишком большая проблема. Даже всякую ерунду вроде земных деликатесов, и то регулярно привозим. Во всей Галактике нет такого понятия, как «свои корабли» какого-то мира. Сильверхавн и Лерна строят корабли не для Авалона и Беты, а для Торгфлота или ВКФ. Зачем миру свои корабли, если любой подросток в этом мире может пристроиться юнгой на приходящий корабль? А миры и сами неплохо умеют летать по своей орбите, — Алина протянула руку к стакану, стоящему на столике-плоте, и сделала пару глотков из него. — Лучше бы ты организовал здесь производство флиттеров. При здешнем климате это крайне полезная вещь. Это и пассажирские рейсы в Нуэва Картахена за двадцать минут, и спасательные операции в такую погоду, когда ни один самолёт не оторвётся от полосы, и обслуживание спутниковых сетей.

— А откуда ты знаешь, что у нас нет флиттеров?

— На планетах, где есть флиттеры, проходящим кораблям не предлагают разовых контрактов на замену спутников СНМ.

Абитуриенты

Жанна Рандью нажала на телефоне кнопку «ответить», поднесла аппарат к уху и услышала взволнованный женский голос:

— Здравствуйте, вы мама Мишеля Рандью?

— Да, а что случилось?

Мишель ещё пять минут назад спокойно сидел в своей комнате за компьютером и, как обычно, делал что-то абсолютно непостижимое для родителей.

— Вы понимаете, я мама Ганса Пфельце, вместе с которым ваш Мишель подрабатывает в Технологическом Университете. И вот сегодня он тут выдумал такое… такое…

Жанна поняла, что по телефону от фрау Пфельце толку не добиться.

— Лучше приходите ко мне. Я вас напою чаем, а вы всё расскажете мне с глазу на глаз. По телефону явно не получается.

Через пять минут Эмилия, наспех накинув куртку на домашний халат, позвонила в дверь Рандью. Ещё минут через десять, после второй чашки марсианского иван-чая, притащенного Мишелем из Клавиуса, Эмилия наконец смогла описать, что произошло.

— Вы знаете, Ганс сегодня заявил, что хочет поступить в инопланетный колледж. Ваш Мишель ничего подобного не предлагал?

— Мишель, — позвала Жанна. — Иди сюда.

Когда её сын появился на кухне, она спросила:

— Ты в курсе, что Ганс собирается поступать в какой-то инопланетный колледж?

— Конечно. В Корадский технологический. Я тоже хотел обсудить с вами такую идею, но всё как-то повода не появлялось.

— Та-а-ак… И какие у тебя аргументы?

— Мама, а какой мне смысл ещё пять лет таскаться в земную общеобразовательную школу, если за это время я вполне могу получить специальность, совершенно не потеряв в качестве образования? Ты же знаешь Мару и представляешь себе, какой уровень общеобразовательной подготовки даёт ВКА. Приличные инженерные колледжи в этом плане не хуже.

— А почему именно в этот?

— Ким вообще предлагал отправиться в Сильверхавнский судостроительный. Он говорит, что это лучшая инженерная школа в Галактике. Но Сильверхавн под Арктуром, значит, писать письма домой можно только с попутным кораблём. А Корада — это Марс. Письмо идёт от десяти до сорока минут, и писать можно в любой момент. Опять же, на Марсе у меня знакомые.

— Какие знакомые?

— Ребята из Соацерского экотехнического, которые работали с нами в Клавиусе. Они почти все возвращаются на Марс, когда у них кончится практика. Только Труди остаётся на Земле, потому что любит Кима. Она как раз обещала поговорить со своими родителями, чтобы мы с Гансом пожили у них, а то ещё полтора года назад там было трое детей, а теперь её старший брат женился и уехал куда-то в Копрат, и сама Труди тоже фактически вышла замуж. Остался только её младший братик.

— А позвонить этим самым родителям можно?

— Ты что, это же Марс! Как ты будешь звонить, когда сейчас задержка сигнала полчаса? Можно разве что написать письмо по E-Mail.

Эмилия взяла со стола ярко раскрашенную алюминиевую коробочку и стала машинально вертеть её в руках. Точно такую же коробочку привёз с Луны Ганс. Марсианский чай. Только на том был портрет какого-то грузного мужчины на фоне книжных полок и надпись довольно удобочитаемой кириллицей XX века «Иван Ефремов», а здесь был явно в какой-то народной художественной традиции изображён парень в средневековой одежде верхом на волке, а надпись была таким старинным шрифтом, что глаза сломаешь.

— Это «Иван-царевич», в переводе с русского «принц Иван» — традиционный герой русских сказок, вроде как у нас странствующий рыцарь, — заметил Мишель её затруднения. — Вообще у них очень любят рисовать на пачках чая каких-нибудь русских Иванов, потому что по-русски та трава, из которой делают марсианский чай, называется «иван-чай». А поскольку кириллицы на Марсе толком не знает никто, кроме пролетающих мимо космонавтов, то шрифт выбирают лишь бы покрасивше, на удобство чтения не смотрят.

— А сколько лет этой вашей Труди? — поинтересовалась фрау Пфельце, отставляя чайную коробочку.

— Марсианских что-то в районе девяти. То есть по нашему счету лет шестнадцать, как и Киму с Марой.

— И в этом возрасте она выходит замуж на другую планету?

— А что? Специальность есть, работа для экотехника по купольным городам в Порт-Шамбале найдётся. Всё, что надо для самостоятельной жизни, у неё в бета-листе сдано.

Жанна вспомнила беседу с Келли про систему экзаменов в бета-листе.

— А у вас-то с Гансом сдано то, что надо?

— А как же! Как марсиане в Клавиусе узнали, что у нас с Гансом нет бета-листов, они насели на Кима, как на военного коменданта, то есть вообще единственную спейсианскую власть на Луне, что это непорядок. Пришлось ему организовать нам сдачу экзаменов. У меня даже экономическая самостоятельность проставлена, хотя вообще-то в тринадцать лет она мало у кого бывает сдана. Но после того, как написанный мной для Труди искин отличился на почве предпринимательства, мне эту галочку поставили автоматом. Хотя для того, чтобы учиться в колледже, экономическая самостоятельность не обязательна. Назначат опекуна, который будет присматривать, чтобы правильно тратил стипендию и приработки. Можно вот родителей Труди попросить.