Ирина Эльба – Сапфировое сердце для темного принца драконов (страница 21)

— Тоже неприемлема. Меня мог бы подменить Ясень, но он в данный момент недееспособен. Огнедар, прекрати волноваться. Все будет хорошо.

— Знаю, но все равно… Слушай, а если ты быстренько выйдешь за меня замуж, я же смогу произвести замену на правах мужа?

— Огнедар! — рыкнула я, подавляя желание стукнуть упорного феникса.

— Что? Уже и спросить нельзя, — буркнул он, то ли дурачась, то ли действительно обидевшись. Нет, надо его все-таки стукнуть в следующий раз!

До полигона добрались без проблем, а уже там разделились. Ребята поднялись на верхние ряды, а я пошла внутрь. Кажется, здесь собралась вся академия. Уж не знаю, насколько они были в курсе происходящего, но не отказали себе в удовольствии посмотреть на поединок. Оно и хорошо — устроим показательную порку для всех.

53

Перед самым кругом стоял столик, куда можно было положить вещи. Я избавилась от походного рюкзака, плаща и оружия. Блокираторы силы надевать не стала — без них все пройдет быстрее и проще. По сути, избавившись от всего, что могло хоть как-то подорвать доверие к поединку чести, я вышла в круг.

Там, за его пределами, галдели многочисленные студенты и преподаватели в ожидании развлечения. Здесь же царила звенящая тишина. Там народ ждал, чем закончится противостояние аристократа–старшекурсника и неизвестной зазнайки. Здесь мы присматривались друг к другу. Я знала, что честной игры ждать не стоит. Не от подлого гада. Из-за этого постепенно закипала, чувствуя, как магия струится под кожей. Требует выхода. Но нет, нельзя. Напротив стоял зарвавшийся мальчишка, а не враг. Моя цель проучить его, а не убивать. Пусть судьбу заговорщика решает его народ. Я же планировала продемонстрировать собравшимся, что бывает с предателями.

Он ударил без предупреждения.

Песок под ногами размяк и превратился в зыбучую ловушку. Воззвав к магии льда, я собрала воду прямо из воды и создала опору под ногами. Оттолкнулась и отпрыгнула на безопасное расстояние, но на меня уже несся песчаный вихрь. Снова прыжок и небольшая пробежка, пока заклинание деактивировало чужую силу. Снова и снова. Я не нападала. Лишь отбивала чужую магию, постепенно подбираясь к Анчару.

— Сражайся! — выкрикнул он и швырнул сгусток чистой силы.

Я увернулась. Могла отбить. Могла поймать и погасить. Но не хотела. Когда демонстративно игнорируешь все потуги противника — это унижает. Мне нужно было именно это — его моральное и физическое уничтожение. Чтобы даже в случае успешного переворота никто не пошел за слабым правителем. А на взращивание нового у заговорщиков уйдет еще несколько лет, а то и десятилетий. Идеально же!

— Знаешь, мне даже немного тебя жаль, — усмехнулась я, опять уворачиваясь. — Столько вложенных сил, нервов и все напрасно. Думаю, твои наставники будут очень разочарованы.

— Заткнись!

— Нет, я серьезно. Тебя ведь готовили на замену Ясеню не один год. Кстати, каково это — всегда быть вторым? По рождению, по силе. Да даже по мозгам.

— Думаешь, самая умная? — практически выплюнул друид. — Ты ничего не знаешь о нашем княжестве. Вы, русалины, живете в своем идеальном мирке и смотрите на всех остальных свысока. У ледяных глыб и то больше чувств, чем у вас!

— Знаешь, не мешало бы освежить знания по истории мира. Кажется, твои сильно устарели.

— Очнись, идиотка! Пока вы прячетесь у себя на севере, мой народ гибнет! Мы страдаем не только от нападения мертвяков, но и из-за отравленной магии. Мы вымираем, пока вы ведете праздный образ жизни. Так что не смей меня жалеть, рыба! Все, что я делал — ради народа и для него!

— Я сейчас расплачусь от осознания собственной никчёмности и умиления к тебе, — сарказм сдержать не удалось. — Но хочу расстроить: этот купол — звуконепроницаемый. Никто не оценит столь трогательную речь. Но за актерское мастерство — высший бал! Я даже прониклась. Почти. Не хватает лишь самой малости — искренности. Понимаешь, Анчар, в отличие от тебя я знакома с историей мира и конкретных народов. И прекрасно знаю, к чему приведет переворот в княжеском роду. Если бы ты действительно хотел помочь, то стал тенью Ясеня, как и полагается брату. Оберегал, делился силой и давал советы. Но, вместо этого, ты возжелал власти. Так что не могу оценить столь низкий поступок. Впрочем, от меня этого никто и не требует. За нас все решат боги.

— Боги? Они давно покинули этот мир, оставив нас на растерзание некромантам. Нет, русалина, все решает сила. В данный момент она не на твоей стороне!

Многословно. Пафосно. И очень глупо.

Как я уже говорила, главная ошибка Анчара — в его скудных знаниях. Иначе бы он знал, как русалины карают предателей. Знал, и не подпустил меня так близко…

54

Риордан Обсидиан Драгоценный, правая Лапа армии

Я терял контроль над эмоциями. В очередной раз. Дракон рвался наружу в желании испепелить всех, кто посмел угрожать его женщине. А он уже считал русалину своей. Глупо это отрицать и пора признать очевидное. Вопреки моим желаниям, мыслям и чувствам, магическая сущность выбрала и теперь была готова за нее убивать.

Я понял это. Я принял это. Я постарался сделать все, чтобы абстрагироваться и не демонстрировать окружающим истинное состояние. Но когти то и дело мелькали на пальцах, а следом за ними проявлялась черная чешуя.

Злость. Она накатывала волнами, рискуя смыть всех, кто случайно попал в поле зрения. Ректора — за то, что допустил поединок девчонки и друида. Брата, за то что поддержал ее желание покалечиться. Самого друида и всех его приспешников за этот глупый переворот.

— Тебе бы пропить успокоительных травок, — хмыкнул Алмаз над ухом.

Я проигнорировал его подначки, не в силах оторваться от поединка. Хотя это и поединком не назвать — Арллин уворачивалась от заклинаний друида и медленно, словно дикая кошка, подкрадывалась к глупой жертве. Но я понял это не сразу. Я в принципе был не способен думать, задерживая дыхание каждый раз, как травмирующее заклинание срывалось с пальцев заговорщика.

— Я хочу знать, о чем они говорят, — озвучил мои мысли брат.

— Но п-по законам п-поединка… — запинаясь, начал помощник ректора, но под двумя тяжелыми драконьими взглядами осекся.

— Мне нужен звук, — сказал я тихо, но весомо.

Помощник побледнел, а затем начал магичить. То ли от волнения, то ли от неумения, но он влил слишком много сил. Вместо направленного звука в нашей части трибуны эхо голосов разлетелось над всеми собравшимися.

'…Но за актерское мастерство — высший бал! Я даже прониклась. Почти. Не хватает лишь самой малости — искренности. Понимаешь, Анчар, в отличие от тебя я знакома с историей мира и конкретных народов. И прекрасно знаю, к чему приведет переворот в княжеском роду. Если бы ты действительно хотел помочь, то стал тенью Ясеня, как и полагается брату. Оберегал, делился силой и давал советы. Но, вместо этого, ты возжелал власти. Так что не могу оценить столь низкий поступок. Впрочем, от меня этого никто и не требует. За нас все решат боги.

— Боги? Они давно покинули этот мир, оставив нас на растерзание некромантам. Нет, русалина, все решает сила. В данный момент она не на твоей стороне!'

Новое заклинание подняло в воздух пыль, на миг скрывая ото всех противников. По трибунам прокатилась волна недовольного ропота, и я точно знал, против кого она направлена. Предателей не любил никто. Ведь всадив нож в спину единожды, они могли сделать это снова.

Тихий и уверенный голос прервал гул:

— С самого детства меня учили верности. Верности своей семье и народу. Верности друзьям и братьям по оружию. Маги всегда могут положиться на магов — это непреложное правило! В мире, где на каждом шагу враги, только наша общая сила является гарантом выживания. Ты пошел на преступление, предав брата по силе, тем самым подвергнув опасности и других одаренных, а значит — не достоин магии!

Окончание фразы потонуло в двойном хрусте и крике. Пыль осела, открывая вид на скулящего друида, прижимающего к себе поломанную руку, и невозмутимую русалину. Как же она была хороша в этот момент. Растрепанные волосы, раскрасневшиеся щеки и сверкающие глаза. За время поединка она ни разу не использовала магию, подчеркивая, что противник не заслуживал такой чести.

— А это обезболивающее, — усмехнулась девушка и без размаха ударила противника в челюсть, отправляя того в страну грез. — Кровь смывается кровью! Поединок завершен!

Сказав ритуальную фразу, русалина развернулась и пошла на выход. Под гробовое молчание всех собравшихся и их восхищенные взгляды. Я и сам не мог оторваться, в этот момент полностью одобряя выбор магической сущности.

Сильная. Красивая. Принципиальная. Идеальная во всем, но…

— Ты ведь помнишь о своем семейном статусе? — тихо спросил Алмаз, встав рядом, плечом к плечу.

— К чему вопрос?

— Я знаю этот взгляд, Обсидиан. И слишком хорошо знаю, что за ним последует.

— Хочешь что-то сказать — говори прямо. Я слишком устал и зол, чтобы разгадывать загадки.

— Если полезешь к девочке, то разобьешь ей сердце. Ты связан обещаниями с другой.

— Это договорной брак, Алмаз. Я могу передумать.

— И тем самым оскорбишь наших соседей и соратников!

— Напротив. Покажу им, что для драконов не имеют значения титул и регалии. В конце концов, место одной русалины займет другая.