Ирина Эльба – Нежданный фамильяр для бедовой ведьмочки (страница 6)
Как можно назвать незнакомого мужчину, с которым провела от силы пару часов, но за это время успела приватизировать его фамильяра, перепугать ведьмочку, пробраться в южную башню и погреть ножки в источники с сердцем замка?
Ноль идей!
Хотя… Он же василиск. Зачем ходить далеко, если имя вот, под носом.
— Буду называть вас Васей!
От этого радостного заявления зеленоволосый подавился и закашлялся. Йоптель перестал жевать колбасу. Положил на тарелочку. Встал. Отошел за ближайший валун. Оттуда понеслись хрюкающие звуки, напоминающие то ли смех, то ли истерику.
— Как ты меня нас-с-свала?
— Васей. Сокращенно от василиска. Но, если хотите, могу называть ласково Васькой. Звучит же, да?
Кажется, у моего благодетеля дернулось веко. И дергалось каждый раз, как Йоптель издавал странные звуки.
— Нравится? — уточнила на всякий.
— Не то с-с-слово, — прошипел зеленовлосый и вернулся к трапезе, правда, как-то слегка дёргано.
Нет, ну а что? Сам предложил выбрать имя. Пусть теперь не жалуется. Тем более, ему подходило. Именно вот такому: голенькому, растрепанному и очень милому. Все-таки не зря я провела обряд и вызвала василиска. Конкретно с этим мне очень повезло!
Глава 4
— Как прошло общение с сердцем замка?
— Продуктивно, — загадочно улыбнулся мужчина и сел рядом, болтая нонами в воде. — Уверен, ты оценишь.
Я заинтригованно затихла, ожидая продолжения беседы, но василиск молчал. Любопытство требовало завалить его вопросами, но вдалбливаемые наставницами правила поведения призывали отстать от мужчины и дать ему поесть. Ведь каждой ведьмочке известно: сытый инквизитор — добрый инквизитор! Пусть василиск ну никак не походил на паладина, но кушать, судя по скорости поглощения блюд, любил. Я тоже умяла половину и теперь раздумывала, как поступить с оставшейся частью. Живот превратился в тыковку и отказывался вмещать новые порции, а природная запасливость намекала на черный день и необходимость припрятать лишнее. В итоге я просто сидела и гоняла кусочки с места и место, раздумывая, как бы пронести их с собой в комнату.
— Чего грустим?
— Я не грущу, просто… — задумалась, как признаться малознакомому мужчине в неподобающих мыслях.
— Хозяйка, не переживай, я все упакую, — помощь пришла от фамильяра, снова вернувшегося к колбасе. — На первое время еды нам хватит, а потом что-нибудь придумаем.
— Йоптель, — с загадочными интонациями протянул василиск.
— Да, бывший хозяин? Ударение на слове «бывший». Вообще, подумываю вас заблокировать, чтобы не закидывали магическими вызовами. И деньги ваши нам тоже не нужны! Сможем прожить и без подачек!
Каюсь, я в моменте потеряла нить разговора, переводя удивленный взгляд с одного участника маленького скандала на другого. Ничего не понятно, но очень интересно!
— Вот давай только без драмы, — закатил глаза Васька. — Ты знаешь, что это решение идеально для нас обоих.
— Да-да, — покивал бирюзовый, но было видно, что он дуется.
— Йопт!
— Я стена. Я кирпич. Я плинтус, — пробурчал фамильяр.
Вроде заклинание не сработало — его все еще было видно, но удивительно — зеленоволосый отстал. Сделал несколько глубоких вдохов и вернулся к прерванной трапезе. Остаток позднего ужина прошел в молчании, а после мне озвучили предложение, от которого невозможно отказаться. Вернее, мне не дали такой возможности, все решив самостоятельно.
— Мы идем купаться!
— Нет!
Попыталась вскочить и сделать ноги, но кто бы дал! Тарелка перекочевала на скатерть, по пути потеряв несколько помидорок. А меня, самым коварным способом, начали избавлять от одежды.
— Василий! — вскрикнула возмущенно. — Вася-я-я!
Ноль реакции. Тем временем на берег полетел рабочий передник, громко звякнув содержимым. После настало время платья. Его предельно осторожно сняли, несмотря на активное сопротивление, и отправили к ближайшему валуну. Все, я осталась в нижней рубашке и жутких панталонах.
— Не паникуем. Не кричим. Не деремся. Топить ну буду. Отпускать в свободное плаванье — тоже. Но тебе действительно нужно хотя бы пару раз окунуться с головой, чтобы полностью восстановиться. И под полностью я имею в виду не только магическое истощение, а изуродованную ауру. Не знаю, что с тобой делали в институте…
— Они не при чем, — вставила поспешно, обмякнув в мужских руках.
— А кто при чем?
Я промолчала. О таком не рассказывают первому встречному. Да и нечего рассказывать, если честно. В приюте для ведьмочек я очнулась уже такой. Наставницы пытались выяснить причину, но детский разум — интересная штука. Она помнит лишь отрывки, и не всегда они настоящие. Сны, смешанные с реальностью. Мечты, наложенные на повседневность. Я не помнила себя до приюта, и это, наверное, к лучшему. Не хочу знать, откуда эти травмы на ауре.
Василиск поняв, что не получит ответ на свой вопрос, перехватил меня поудобнее, устраивая на ручках, и зашагал к центру озера. Вцепившись в могучую шею руками, и даже дернувшись ногами, я с ужасом смотрела на подступающую воду. Выше и выше, пока не дошла мужчине по грудь. Мне — по пояс, поскольку я цеплялась ему за голову и пыталась забраться еще выше.
— Раньше я думал, что фраза «Посадить девушку на шею» имеет фигуральное значение. А нет, некоторые действительно пытаются на ней обосноваться.
— Это целиком и полностью ваша вина!
— Так, ведьмочка, оставить панику.
Меня встряхнули, вернув на ручки и крепко перехватив, а затем очень медленно и аккуратно погрузили в горячую воду.
4.1
— Набери в грудь воздуха и зажми носик. Я опущу тебя под воду на секунду и сразу же вытащу.
— Не надо! Я боюсь!
— Ведьмочка, страшно, когда ты не умеешь плавать и лезешь одна. Но я же с тобой!
— От этого еще страшнее! Вдруг все-таки передумаете и притопите нежеланного свидетеля?
— Максимум, что тебе грозит, быть слегка покусаной. Так, все, закрывай носик и вперед. Быстрее начнем, быстрее вернемся к ужину. Там еще тортик. Ягодный.
Тортик…
Этот искуситель, определенно знал, как переключить внимание девушки. Но на ведьмочек его грязные приемы не действовали! Я все еще отказывалась нырять, даже если этого требовало здоровье. Нет уж, лучше как-нибудь своими силами!
Буль!
Испугаться в моменте не успела, поскольку уже была перепугана ранее. Вода накрыла с головой и тут же отступила, заливая глаза, нос и рот. Зафыркав, я начала судорожно тереть моську, избавляясь от щекотного пощипывания магических частиц. Только открыла глаза и рот для возмущения, как меня окунули снова. Да он издевается!
Булькнулась. Отфыркалась и…
— Василий! — крикнула возмущенно после третьего раза.
— Вот и все, а ты боялась.
— Угу, только нерва оборвалась, — раздалось с берега недовольное. — Бывший хозяин, сейчас сделаешь мне из нормально ведьмы — неврастеничку. Мы с ней на мозгоправа не заработаем!
— Йопт, не нагнетай. Все хорошо. Теперь ведьмочка здорова, а аура восстановиться за ночь.
— Но нервы-то, нервы… — продолжал негодовать фамильяр, пока я сверлила недовольным взглядом василиска, сложив руки на груди.
— Да-да, я злой и ужасный антигерой, который обижает маленьких девочек. Зато ты больше не соплюшка. Плавать будешь?
— Нет!
— Ну и ладно, — пожал могучими плечами мужчина и понес на берег, постепенно высушивая нас обоих.
Выскочив на сушу, я поспешно оделась, а затем отбежала на безопасное расстояние. А то кто знает, как этот зеленоволосый полуголый индивид еще придумает причинить добро. Спасибо, на сегодня хватит приключений. Да и на всю оставшуюся жизнь — тоже.
С учетом посещения южной башни и сердца замка, эта самая жизнь долго не продлится.
— Хозяйка, будешь тортик? — осторожно поинтересовался фамильяр и… извлек из своей безразмерной корзины шедевр.
Нечто воздушное, с горой разноцветных ягод и забавными кругляшками. Красивый-красивый и, наверняка, вкусный. Приманка! Приманка, как она есть. Но как же хотелось попробовать это кулинарное чудо. Хотя бы раз в жизни узнать, какой он на вкус. Недостойно благовоспитанной ведьмочки, но за сегодня я нарушила уже такое количество правил…
В общем, да, я сдалась и пошла на поводу у желудка. Заметив слабину, Йоптель расплылся в проказливой улыбке и принялся за нарезку торта. Сначала пополам, а затем одну из половинок еще на две части. Одна из них была передана на тарелочке Васе, а вторая — мне. Половина же осталась… фамильяру. Плюхнувшись на попу рядом, он схватил торт лапками и утонул мордочкой в начинке.
Некоторое время я наблюдала за этим процессом с нескрываемым умилением, а затем решилась снять пробу. Зря! Очень-очень зря!