Ирина Эльба и Татьяна Осинская – Светлое проклятие для князя, или Страшные секреты Сумеречной империи (страница 5)
– Белка твоя сама допрыгалась, за что еще получит, – шикнул мастер и сделал выпад, от которого я успешно увернулась. – Ты зачем к ним полезла?
– Они собирались бить наших!
– Они собирались уходить. У твоего молодого человека, в отличие от тебя, язык подвешен отменно. Вот скажи, моя радость, как в тебе уживается усидчивый проклятийник и взбалмошная баба? Третий год я пытаюсь привить тебе терпение и дисциплину. И что вижу? Как моя ученица прыгает на здорового мужика с кулаками!
– А как надо было?
– На расстоянии, Солнечная! На расстоянии. Ты мелкая и хилая – они зашибут и не заметят. Надо работать на скорость и не подпускать врага близко!
– Но, мастер, я ведь смогла вывести их из строя, и меня никто даже не задел.
Преподаватель замер, смерив взглядом черных глаз, в которых явно читалось сомнение в моих умственных способностях.
– Что?
– Тебя никто не тронул, потому что не успевали. Мы вырубали их раньше. Замечу, что в драку пришлось ввязаться даже принцу.
– Ой, как будто он был сильно против…
– Солнечная!
– Простите, – пискнула виновато и пригнулась, чтобы не огрести палкой по хребту.
– Но все это мелочи, Илианна, по сравнению с главным: мы не нападаем, мы защищаем. Студенты академии Солнечного Ветра вступают в бой, только если нет иного выхода.
– Я помню, мастер. – За это стало особенно стыдно. Сколько уже раз корила свою горячность, но снова и снова на те же грабли!
– В общем, радость моя, если еще хоть раз увижу в нетрезвом виде, зачета тебе не видать. Будешь до конца дней на третьем курсе, снова и снова пересдавать боевку. Все ясно?
– Да, мастер!
– Отлично. А теперь – нападай!
После выматывающей пары идти на ужин не осталось сил. Белинда, чувствуя свою вину, пообещала добыть вкусняшек, а точнее морковок, и самоотверженно пронести в женское общежитие. Я слабо верила в успех предприятия – мимо коменданта еще никто не проходил, но пожелала удачи.
Кое-как прогрев под душем ноющие мышцы, я села за домашнюю работу, поминая мастера Роука недобрыми словами. Стук в дверь отвлек от истории и заставил нахмуриться: кто мог прийти в такой час? Поднявшись, затянула потуже халат, накинутый поверх пижамы, и открыла.
– Эрик? Ты что здесь делаешь?
– Пришел спасать прекрасную возлюбленную от голодной и мучительной смерти.
– Почему от голодной – это понятно. А мучительной?
– Наслышан о твоем спарринге с мастером.
– А-а-а, это да. Но как ты прошел мимо коменданта?
– Дал взятку, – улыбнулся мой большой и заботливый парень. – Позволишь войти или так и будем беседовать в коридоре?
– Ой, прости. Заходи!
За все годы нашего общения в женское общежитие боевик явился впервые. Обычно я к нему бегала, засиживаясь допоздна за совместным чтением книг или уроками. А тут… Приятно!
– А что ты принес?
– Здесь – еда, а здесь – лекарства. Предлагаю начать с лечения. Затем поешь и ляжешь спать.
– Я еще не всю домашку сделала… – попыталась отказаться от помощи.
– Утром закончишь. Освобождай спину и ложись.
– Обычно я играю роль целительницы, а ты – непослушного пациента, – хмыкнула я, вспоминая, сколько раз обрабатывала раны упрямого боевика и разминала натруженные мышцы.
– Все когда-нибудь бывает в первый раз, – философски заметил он и принялся доставать из пакетика разные склянки с мазями и маслами.
– Эрик, не надо, я сама. Правда, все не так страшно.
Улыбка вышла фальшивой, но на большее я была неспособна. Спина для меня… очень личное. Я до сих пор помню выражение ужаса на лице Белки, когда она увидела. А демонстрировать это любимому парню… Нет, не могу.
– Илианна, – Эрик медленно подошел и нежно приподнял мой подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза, – если переживаешь, что я буду приставать, то зря. Мы вроде бы уже решили, что все будет только после свадьбы.
– Не в этом дело, – произнесла хрипло, зажмурившись.
– Стесняешься?
– Да, – ответила односложно, не желая озвучивать, чего именно.
– Родная, я люблю тебя любую – сонную и лохматую, хмурую и задумчивую, веселую и чуть взбалмошную. Не надо стесняться. Не меня.
– Я знаю, но… – Как ему рассказать? Как объяснить? Мне самой было противно смотреть на себя в зеркало, а тут…
– Для меня ты само совершенство. Со всеми родинками, курносым носом…
– Эй, он не курносый!
Меня чмокнули в обозначенную часть тела и ласково погладили по щекам.
– Главное, чтобы ты была здорова.
– Знаю, но… – Я упрямо сжала губы, не в силах подобрать слова.
– Я очень надеюсь, что однажды ты сможешь мне довериться, родная, – вздохнул мой чудесный и понимающий молодой человек.
– Ты сам поел?
Эрик понял, что я пытаюсь сменить тему, и не стал противиться.
– Перехватил по дороге.
Ясно, ничего он не ел. Собирал для меня лекарства и вкусности, чтобы порадовать. Какой же он все-таки замечательный!
– Садись, нам тут обоим хватит.
– Илианна, я не…
– Садись, иначе лишу сладкого!
Хмыкнув, он опустился на стул. Я же быстро сгребла со стола свои конспекты и достала источающие невероятный аромат блюда. Жаркое, салат и пирожки – защитнику. А мне – любимый супчик и морковка.
Пока ели, я пересказывала свой день и жаловалась на угрозы мастера Роука. Эрик слушал внимательно, не перебивая. А когда мы закончили с ужином, перетащил к себе на колени. Я подалась вперед, целуя чуть колючий подбородок, затем уголок губ, а после и сами губы, награждая и себя и его сладким десертом. Чуть позже, отдышавшись от головокружительных поцелуев, прижалась к могучей груди. Вслушивалась в мерный стук родного сердца, постепенно уплывая в сон. Так хорошо…
Жаль, это был последний вечер нашей спокойной жизни.
Следующий день изменил все.
Глава 3
– Доброе утро, студенты!
– Доброе утро, магистр Дэяр! – поздоровались мы, с подозрением глядя на стопку работ.
Всех терзало любопытство, кто же оказался самым умным, самым сообразительным и везучим! А преподаватель, словно издеваясь, лениво прошел к своему столу. Затем подвигал предметы с места на место. Точно издевается! И взгляд такой… насмешливый.
– Ну, что я могу сказать. Не так хорошо, как хотелось бы, но и не провал. Считаю, что это моя вина, так что после возвращения в академию я пересмотрю план занятий и… Для некоторых этот год будет очень длинным, увлекательным и насыщенным. Особенно в части персональных домашних заданий и докладов.
Общий страдальческий стон вызвал ехидную улыбку преподавателя. Страдали мы не столько из-за новой программы, сколько из-за будущей нагрузки. Нас и так как бы не особо жалели, вбивая в головы тонны знаний. А если сейчас и магистр Дэяр разойдется, то все, можно вообще не ложиться спать и жить на специальных зельях от выходных до выходных. Я, конечно, могу ошибаться, но, кажется, некромант решил пополнить свою армию мертвецов за наш счет!
– Но об изменениях в программе – чуть позже. Сейчас хотелось бы похвалить мою золотую шестерку. Молодцы.