Ирина Денисова – Когда сбываются мечты (страница 5)

– Настенька, не волнуйся, от одной буквы ничего не зависит. Тебе у нас понравится.

– Зависит! – упрямо сказала Настя. – И от одной буквы зависит, и от одной цифры зависит.

– Настя, не будь такой фаталисткой, – засмеялась Александра Ивановна. – Нумерологию не считают пока заслуживающей внимания наукой.

Насте показалось, что не такая уж она и строгая, тем более, что сразу предложила:

– Пойдем, я тебя с ребятами познакомлю.

Она самолично завела Настю в класс, и Настя сразу поняла, что Александру Ивановну действительно все здесь боятся.

Стоявшая у доски учительница подобострастно начала улыбаться, чуть ли не кланяться, а все школьники моментально повскакивали со своих мест и вытянулись по стойке «смирно».

В Павлодаре такого не было, никто там стоя учителей не встречал.

– Деревня, – подумала Настя, – слава Богу, я здесь ненадолго.

В этот же день мама, Капитан Кук и Тамарка укатили на такси в Москву, а Настя осталась с бабушкой, которая только к вечеру начала немного трезветь и осознавать, что к ней привезли любимую внучку.

Настя все же надеялась, что вскоре бабушка опомнится и возьмет себя в руки.

Проучиться оставалось всего три дня, прошедших в ознакомлении с расписанием и знакомством с коллективом класса. А потом школьников отпустили на каникулы.

Похоже, бабушка собиралась встретить Новый год в трезвости и до самой полуночи намеревалась вязать свои разноцветные коврики из разрезанных и скрученных в клубки старых платьев.

Сколько Настя бабушку помнила, столько она вязала свои коврики.

Оставалось загадкой лишь то, куда исчезает несчетное количество рукодельных ковриков.

Вечером Настя сердито спросила у бабушки:

– А мы что, Новый год не будем отмечать?

И на всякий случай добавила:

– Мы в Павлодаре елку всегда ставили!

Та даже не ответила. Поняв, что толку от бабки не добьешься, Настя обиженно отвернулась и стала смотреть в окошко.

За окошком было сумрачно, с весельем здесь явно напряженка.

Интересно, что там Оля делает сейчас без нее?

Но тут раздался стук в дверь, дверь распахнулась, и на пороге возникла тетя Нина, мамина сестра.

Она вошла и повернула Настю к свету, чтобы поближе рассмотреть. Потом удивленно произнесла дежурное:

– Как же ты выросла, племяшка! Совсем большая стала!

Тетя не была склонна к сантиментам, она даже не обняла племянницу. Зато позвала их в гости, встречать Новый год.

–Не будете же тут вдвоем сидеть в праздник, – сказала она. – У нас там весело. И елка есть! Настоящая, лесная, зеленая!

– Никуда я не пойду, мне еще коврик надо довязать, – тут же буркнула и отказалась от похода в гости бабушка.

У бабушки, видимо, были свои планы на праздник, а может быть, и вовсе не было никаких планов.

Пусть сидит и вяжет, если ей так нравится. Настя, не обращая на нее внимания, быстро оделась и впрыгнула в зимние сапоги.

Тетка взяла Настю за руку и потащила к себе домой.

У тетки с дядькой был огромный дом на пригорке с оравой злых овчарок во дворе.

Овчарки были элитными, с кучей орденов и медалей, они все время менялись, и, казалось, каждая новая в десять раз злее, чем предыдущая.

Их дом никогда не закрывался, все равно никто даже близко не подойдет. Люди до одури боялись страшнючих злыдней, и даже на улице вздрагивали от их угрожающего лая.

Возле калитки, удерживая рвущуюся с цепи овчарку, их встретил двоюродный брат Насти Игорь.

– О, привет, заходи, сестренка, – радостно воскликнул он, закрыл собаку в палисаднике, завел Настю в дом и помог раздеться.

Он всегда опекал ее, с малолетства, потому что был на год старше.

Когда они были маленькими, весело играли во дворе, рвали ягоды в теткином саду, катались на велосипедах и пускали бумажные кораблики по вечно протекающему ручью на их улице.

В доме уже собралось все семейство тети Нины – муж Николай, сын Игорь и даже две старшие дочки, приехавшие на праздник из Москвы.

У тетки было очень весело, но Настя сильно скучала и по маме, и по Тамаре, и по подруге Оле, и по Павлодару. И даже по своим школьным друзьям, с которыми так недавно ожесточенно дралась.

Здесь в этой дыре с тоски помереть можно. Но, может быть, две-три недели она как-нибудь сумеет продержаться.

Все же она никак не могла взять в толк, почему ее сюда отправили.

В два часа ночи Игорь проводил Настю до дома, бабушка уже спала, а на столе стояли подарки от Оли и мамы.

Настя не стала открывать посылку, прочитала только открытку, посланную Олей, с пожеланиями добра и счастья. Подруга жаловалась, что сильно скучает, не с кем даже погулять и поговорить. Они ведь до Настиного отъезда почти не расставались.

Настя легла спать, так и не распаковав мамину посылку.

Утром ее разбудила бабушка.

– Посмотри-ка, что мать твоя прислала! Конфеты шоколадные, мармелад, орехи, всякая всячина. Ой, а что это?

Она достала из пакета что-то блестящее, оказалось, что это новое серебристое платье для Насти.

– Да куда я его носить буду, это серебристое платье? – спросила Настя у бабушки.

– Ты, Настя, как бука, всем недовольна. Было бы платье, а уж куда его носить, мы найдем, – обиженно ответила бабушка.

И пообещала:

– Завтра в Лукино поедем.

– Если только ты трезвая будешь, – обиженно пробубнила Настя.

– Да когда ты меня пьяную-то видела? – возмутилась бабушка.

Настя покосилась на нее – наверное, пьющие люди наутро ничего не помнят, и думают, что пили воду вместо водки.

Бабушка клятвенно пообещала:

– Буду трезвая, не волнуйся.

И правда – бабушка весь день первого января была трезва, как стеклышко, а второго утром они собрались и пошли на автобус до Лукино.

Там жил бабушкин родственник, то ли племянник, то ли троюродный брат, в общем, какой-то близкий дальний родственник, работающий заведующим клубом.

Кино он показывал не только в клубе, но и у себя дома – специально для Насти и бабушки. Дома у них стояла настоящая киноустановка, а на стене висел большой белый экран.

Настя первый раз видела комедию с Вициным и Никулиным. Комедия называлась впечатляюще и как раз в тему: «Самогонщики».

Она заливисто хохотала, когда артисты смешно разливали самогон по стаканам.

В жизни это, конечно, совсем не смешно, но кино есть кино, там всегда смешно смотреть про алкоголиков.

Бабушкин родственник сфотографировал Настю в этот момент, потом сходил к соседу, проявил пленку, напечатал и принес уже готовую фотографию, вернее, даже две. Настя фотографиями осталась недовольна, но запечатала снимки дома в конверт, и послала один маме, а второй подруге Оле.

Вскоре мама прислала письмо с радостной вестью – у Насти родилась еще одна сестренка. Настя безумно обрадовалась и сказала бабушке: