Ирина Дементьева – Иллюзия смерти (страница 22)

. . .

— Ася, очнись! Ты слышишь меня?

Я поморщилась от жуткой боли, но всё же постаралась открыть глаза. Вокруг было темно, однако я смогла различить силуэт Артёма, нависшего надо мной.

— Слава богу, ты очнулась!

Я хотела пошевелить рукой, но она не послушалась.

— Что со мной? — запаниковала я и стала извиваться на полу, как гусеница.

— Успокойся, ты связана, — Артём попытался остановить меня, — Я сейчас пытаюсь решить эту проблему.

— Где мы? Ты ранен? — я немного успокоилась и послушалась Артёма, дав ему возможность развязать на мне верёвку.

— Где мы, я не знаю, но судя по всему это какой-то склад, возможно заброшенный, так как, сколько бы я тут ни орал, никто так и не пришёл. Мне тоже прилетело по голове, но у меня было время очухаться. Последнее, что я помню, как пошёл к машине за аптечкой, а дальше темнота. Ты как здесь оказалась?

— Натали, — зло выдохнула я, — Это всё она, водила нас за нос с самого начала.

— Не понял, твоя Натали хотела меня убить? Но зачем я ей сдался?

— Я не знаю, кто она на самом деле, но это точно не моя Натали, — мрачно заметила я, наконец, ощутив лёгкость в запястье, я смогла сесть и продолжить сама себя развязывать.

— А я вам сейчас всё с удовольствием объясню, — где-то поблизости послышался знакомый голос, затем мы услышали цокот каблуков, отдававшийся вокруг звонким эхом.

Натали шла к нам через весь склад, выставив вперёд руку с возведённым в нашу сторону пистолетом, а в другой она несла большую канистру с бензином.

— Это нехорошо, — прошептал Артём и резко поднялся на ноги.

— Сидеть на месте, иначе я пристрелю твою ненаглядную, а затем тебя, и вы так и не узнаете мою душещипательную историю.

Я решила поиграть с Натали, надеясь, что смогу её заговорить и каким-то образом спастись. Дёрнув Артёма за рукав, я потянула его обратно к себе.

— Послушай её, — сказала я громко, — Раз нам конец, то я хочу узнать, чем заслужила всё это, — затем взглянула на подошедшую к нам Натали, — Кто ты на самом деле?

Она улыбнулась, глядя на меня, и сказала:

— Пришла пора познакомиться. Ты наверняка меня не знаешь, точнее не узнаёшь. Но наши мамы однажды встретились, в одну роковую ночь в больнице, у тебя даже остался шрам на носу после их встречи.

— Что? Не может быть, — я не поверила своим ушам.

— Ещё как может. Ты же сама совсем недавно общалась с моей мамой. Мой актёрский талант у меня от неё. Как легко она смогла окрутить тебя, что ты поверила, что она мать Самсонова без единого на то доказательства. Всего лишь лёгкая печаль в глазах, да дрожь в руках, и ты поплыла. Хотя мы с этим монстром не имеем ничего общего. Этого больного убили в тюрьме, и все вздохнули с облегчением, жаль, конечно, что это сделали не мы, но тут уже дело случая.

— То есть то, что вы мстите за его смерть, вас с ним никак не связывает? — прервала я Натали.

— С чего ты это взяла? Ты изначально пошла не по тому следу. Впрочем, не ты первая, твоя мамаша совершила такую же ошибку, в своё время осудив не того, — по лицу Натали пробежала тень, — Перед тем, как осудить Самсонова, присяжные единогласным решением посадили в тюрьму невиновного человека, который не смог вынести такой несправедливости и покончил с собой в первую же ночь в тюрьме. И что ты думаешь? О нём забыли на следующее же утро. Всем было плевать, что все эти честные и добропорядочные люди только что убили человека. Все снова пошли на поиски Самсонова. Только моя мама плакала по Костикову, он был её близким другом много лет. Я помню, что часто была в гостях у него и играла с его маленьким сыном. Мы были очень дружны. Но все остальные напрочь забыли о том, что это человек когда-то существовал, что у него была семья. Мама взяла мальчика к себе на воспитание и мы жили очень дружно, пообещав себе, что из ведём каждого, кто подписал приговор Костикову.

Я слушала Натали и видела боль потери в её глазах, в каждом её движении была надломленность, граничащая с сумасшествием. Я совершенно не ожидала такого поворота. В моих глазах она совсем недавно была чистым злом, но сейчас я даже не знала, что ей возразить. Я видела её страдания и понимала несправедливость того, что произошло.

— Это ужасно, я понимаю тебя, — дрожащим голосом ответила я, — Но вы с мамой совершаете похожее зло. Вам не станет легче, даже если вы убьёте всех злодеев на это земле.

— Тут ты ошибаешься, с каждым новым случившимся возмездием у нас за спиной, будто крылья вырастали, но моей особенной любовью была ты, — Натали снова улыбнулась мне, будто я, и правда, была её лучшей подругой.

— Брошенное вскользь моей матерью проклятие породило настоящую игру длиной в жизнь. У неё родился план, как довести твою мать до сумасшествия. Она узнала, где вы живёте, и мы переехали в Москву. А дальше, когда ты пошла в школу, я поступила в ту же в параллельный класс. Я была твоей тенью много лет, делая твою жизнь ужасной. Это было так увлекательно. Ты только представь, что всё, что с тобой происходило, подстраивала я, — Натали заулыбалась, как безумная, — Это был мой триумф. Хотя мама, конечно, не хотела так надолго затягивать, но я просила её отдать тебя мне. И я бы поигралась с тобой ещё, но мама стала совсем плоха, боюсь ей осталось недолго. А единственное её желание было отомстить за смерть друга. Мне пришлось торопиться, и я стала всем, кто ещё избежал знакомства со мной, рассылать свои электронные флешки с проклятием, а для тебя у меня был особенный план. Но твоя мать берегла тебя, как сумасшедшая курица, мне становилось всё труднее до тебя добраться. Да и ты с каждым годом становилась всё скучнее и скучнее. Пришлось придумывать новый план и выходить на прямой контакт. Так мы с тобой и познакомились.

— Ты сбила меня машиной, — не выдержала я и закричала.

— Точно, — закивала Натали, — И за это потом получила нагоняй от Аркаши. Это же он выдал мне машину из своего автосервиса, он, кстати, тоже хорошо сыграл, когда мы приехали. Ты ведь повелась на наш спектакль, признайся. Мы всю ночь долбили потолок, чтобы он так эффектно рухнул над твоей головой.

— Так это ты всё подстроила?

Артём всё это время не произносил ни слова, но с каждым новым выпадом Натали, вена на его виске всё больше вздувалась. Он плотно сжимал кулаки, готовый голыми руками задушить Натали.

— Спокойнее, рыцарь, — от Натали не скрылись его намерения, — А мы, и правда, заболтались. В конце концов, я хочу обрадовать маму и закончить своё дело. А после твоей смерти избавиться от твоей глупой мамаши не составит труда, — Натали засмеялась и стала разливать повсюду бензин.

Внутри меня все похолодело. Я с ужасом взглянула на Артёма, он метался из стороны в сторону, пытаясь найти выход, но Натали упорно держала нас на прицеле. Наконец, когда она вылила последнюю каплю из канистры, отбросила её в сторону и достала коробок спичек из кармана.

— У нас будет всего пара секунд, я вырву у неё пистолет, а ты ударишь её, — Артём еле слышно прошептал мне.

— У меня есть идея получше, — я незаметно достала газовый баллончик из кармана, ‐ Всё же удача — переменчивая штука.

Натали переложила пистолет в подмышку и чиркнула спичкой по коробку. В этот момент Артём резко вскочил и подбежал к ней, вырвав пистолет и отбросив его на пол. Я подскочила следом за ним и распылила баллончик ей прямо в глаза. Она закричала от боли и упала на колени, выронив зажжённая спичку на пол. В одно мгновение всё вокруг заполыхало диким огнём.

— Бежим, — крикнула я Артёму и, схватив его за руку, потащила к выходу.

— Погоди, — он остановил меня у двери, — Мы оставим её здесь?

— Что? — я даже не сразу сообразила, о чём он говорил, а затем увидела, как от дыма задыхалась Натали, пытаясь наощупь найти путь к спасению.

— Тебе надо решить. Ты дашь ей проиграть, и тогда твоя жизнь станет, наконец, твоей или спасёшь её, и она продолжит мстить?

— Но как мне решить? — я остолбенела, уже сама, теряя сознание от дыма и жара огня, однако я не отводила взгляда от содрогающейся от боли Натали.

— Быстрее! — прокричал Артём, — Надо уходить.

— Я не могу, — заплакала я и побежала сквозь языки пламени к Натали.

Схватив её, я подняла её на колени, затем перекинула её руку через своё плечо и поволокла её к выходу. Артём выломал дверь и выпустил нас на улицу.

Я опустила Натали и оставила её лежать на земле. Сама же упала рядом и разрыдалась.

— Я её чуть не убила, ты понимаешь? — я ревела, не переставая, — Я смотрела, как ей больно и не хотела её спасать. Что я за человек?

Артём присел рядом и, обхватив меня за подбородок, сказал:

— Ты хорошая. Ты не такая, как они. Я думал, что ты такая же слабая и готова на всё ради собственной шкуры, но с момента нашей первой встречи, ты только и делала, что помогала мне, забыв о себе. Ася, ты хорошая, поэтому я прощаю тебя.

— Что ты говоришь? — прошептала я, чувствуя, как руки Артёма все сильнее сжимают мою шею.

— Я говорю, что люблю тебя. И мы можем сбежать вдвоём и начать жить с чистого листа. Оставив всех злодеев гнить в земле. Ведь я тот самый мальчик, которого оставили без отца присяжные, и даже не вспомнили о моем существовании. Я сын Костикова.

— Нет! Не говори так, пожалуйста, — закричала я, пытаясь скинуть с себя его руки, — Ты был заодно с ней? — я вырвалась и отбежала в сторону, — Зачем ты так со мной? Я же полюбила тебя…