Ирина Давыдова – Я тебя потерял (страница 3)

― Не дерзи! Я тебе в отцы гожусь. Проваливай давай, и не возвращайся. Думаю, в следующий раз отец не станет тебя отмазывать.

Я прикусил губу, усмехаясь и кивая головой. Возможно, он прав. В следующий раз папаша забьет на меня и оставит подыхать в тюрьме.

Поднявшись, я прошел к двери. Но, только взялся за ручку, зачем‐то обернулся и заглянул мужику в глаза:

― А наркота эта не моя.

Развернувшись, я вышел из кабинета. Прошел по пустым коридорам, погруженным в полумрак и, остановившись на проходной, сунул сержанту бумажку. Он что‐то чирканул там, повозился недолго и достал из сейфа мои документы.

― Не возвращайся сюда.

Я посмотрел на него дерзким взглядом и, схватив документы, покинул здание.

Но кто бы мог сомневаться, что на улице меня будет ждать отец!

Хотелось пройти мимо, но у меня не было денег ни на такси, ни даже на автобус. А чесать до дома пешком — не самый ближний путь. До центра не один десяток километров.

Остановившись около тачки, я запрокинул голову, подставляя лицо теплым лучам солнца. Небо голубое, облака белые… и я — мудак, включивший романтика.

Хмыкнул и, сплюнув, открыл дверь авто и умостился задницей в переднее кресло.

― Здравствуй, сын, ― произнес отец, стоило мне захлопнуть дверь и откинуть голову на спинку кресла.

― Сигарету дай.

Он сразу же протянул мне пачку. Я достал одну, зажал между губ и выжидательно посмотрел на отца. Он вздохнул и достал из кармана зажигалку.

― Бросал бы курить.

― Сам разберусь. Поехали, ― выдохнул я вместе с дымом.

Первая затяжка приятной горечью осела на легких. Пять дней не курил. Соскучился по никотину.

― Сын, давай поговорим, как взрослые.

― Нет, ― произнес негромко и, снова затянувшись, выпустил густой дым в открытое окно.

― Может, пора взрослеть? Сколько можно дурью маяться? Тебе двадцать три, берись за ум. Я помогу тебе с работой.

Обернувшись к папаше, я оскалился и снова сделал глубокую затяжку, докуривая сигарету до фильтра и выбрасывая окурок в окно.

― С работой поможешь? Где? У себя в офисе?

― А что в этом плохого? Будешь работать и получать хорошую зарплату.

― На наркоту мне хватит? ― специально поддел его, из-за чего батя бросил на меня быстрый взгляд, а я рассмеялся, запрокинув голову назад. ― Расслабься, я не нарик.

― Ты заигрался, Ян.

― Не больше, чем ты.

Сжал руки в кулаки, злясь, что мне снова указывают. Но это было только начало.

― Хватит! Мне надоело твое хамское поведение.

― Мне плевать, ― пожал плечами, как ни в чем не бывало.

― Надеюсь, ты помнишь наш уговор.

Я нахмурил брови и перевел взгляд на отца. Он был напряжен.

― Что?

― Я тебя вытащил из задницы. Сегодня ты знакомишься со своей невестой. И только попробуй ей не понравиться. Вернешься обратно.

Ну, сука. Ты пожалеешь об этом, папочка!

Глава 4

Яся.

— Ой, какая же ты у меня красавица, доченька! — мама довольно разглядывала меня, как удачно приобретенный на аукционе антикварный предмет, которым можно хвастаться перед друзьями.

Но меня это уже даже не задевало. После того, как повел себя отец…

Когда я вернулась из салона, он уже был дома. Закрылся у себя в кабинете, решая какие-то важные дела. Конечно, он не мог не знать, что я уже дома. Но он до сих пор так и не вышел. Мы не виделись полгода. Что может быть настолько важным, чтобы не уделить мне пять минут? Обидно.

— Вот только зря ты не согласилась сменить цвет волос, — вздохнула мама.

— Макияжа и укладки вполне достаточно, — ответила я, отвернувшись к окну, вроде как любуясь садом.

Да уж… Мне еще в блондинку перекраситься — и буду точной копией мамы. Не хотела. Не потому, что считала ее некрасивой, наоборот. Просто я в принципе не хотела быть похожей на мать.

Во-первых, я отдельная самостоятельная личность. Во-вторых, у меня совершенно другие взгляды на жизнь, самореализацию… Не хотела, чтобы мама лепила из меня вторую себя.

— Ладно, пока так, а там посмотрим, — задумчиво произнесла она. — Я купила тебе несколько новых нарядов. Думаю, я знаю, что тебе подойдет.

Мама быстро метнулась к гардеробу и достала платье нежно-голубого оттенка. Красивое. Впрочем, у мамы всегда был хороший вкус.

— Спасибо, — произнесла, заставив себя слегка улыбнуться.

— Переодевайся и спускайся. Я тоже пойду переодеваться.

Мама оставила меня одну. Не скажу, что у меня было хоть малейшее желание наряжаться и участвовать в этом званом ужине, но… Сделав глубокий вдох, взялась за наряд.

Быстро глянув в зеркало и оценив свой образ, спустилась вниз. Слышался уже и голос отца в гостиной.

— О! Семен, вот и наша красавица! — объявила мама, первой заметив меня.

— Яся! Привет, дочка! — папа слегка приобнял меня и тут же отпустил. — Как дела? Все нормально? Отлично!

А если не нормально? Но кого это интересует? Сам спросил, сам ответил…

— Ясенька, сегодня к нам придет в гости мой партнер с семьей. Его с женой ты уже видела, когда на Новый год приезжала. С сыном сегодня познакомишься. Вы почти ровесники. Будь с ним приветливой и любезной, хорошо? Уверен, вы найдете общий язык, — глянул из-подо лба, будто с намеком.

Странно. У меня, вообще, никогда ранее не было проблем в общении с людьми. Зачем давать особые указания? Но уточнить не успела.

— Приехали! — сообщила тетя Клава.

Родители нервно переглянулись. И отец пошел открывать дверь.

— Не сутулься! — прошипела мне на ухо мать.

Да я и не сутулюсь. Что с ними такое?

Отец и его партнер радостно поприветствовали друг друга. Мама и жена партнера сделали друг другу комплименты, относительно внешнего вида. И тут дошла очередь до меня и сына партнеров — молодого крепкого брюнета, чавкающего жвачкой за спиной родителей.

— Ясенька, ты помнишь Александра Дмитриевича и Антонину Григорьевну? — приторно улыбнулась моя мама. — А это их сын — Ян, — указала моя мама на молодого человека.

Его родители слегка расступились. Стала видна расслабленная поза парня, руки в карманах.

— Ян, это Ярослава, — вроде с нажимом представил меня его отец.

— Очень приятно, — на автомате произнесла я.

— Ага, — только и ответил этот Ян, скользнув по мне пренебрежительным взглядом.

Интересно, а ему особые указания давали? Рассказывали о вежливости? Вроде внешне и симпатичный, но очень неприятный тип. Вызвал антипатию почти с первого взгляда.