Ирина Черкашина – Восстание безумных богов. Магия крови (страница 6)
– Но…
– Но, – Кор Двейн усмехнулся, – выбирай уже, мальчик мой. Ты поступишь разумно, если уйдешь, – я первый тебе это говорю. Ты никого не предашь. Силы, противостоящие нам сейчас, настолько велики, что, пожалуй, я бы даже советовал тебе поступить именно так ради твоей собственной жизни. Но если решишь остаться – ты тоже станешь сражаться за Араллор и хода назад уже не будет. Выбирай, Рико. Здесь и сейчас. Потому что мне нужно отдохнуть хоть немного – скоро выступаем и впереди тяжелый бой.
«Тогда утром рассчитаемся», – хотел сказать Рико. Это ведь и в самом деле было разумно и правильно! Он слишком слаб, чтобы сражаться с богами, он не хочет сражаться с богами, он хочет бродить с Чернышом между мирами, свободный и счастливый, чтобы все дороги были открыты, все долги списаны!
Но вместо этого, словно кто за язык дернул, молодой некромастер брякнул:
– Я пойду с вами.
Учитель снова усмехнулся, но ничего не сказал, только ободряюще потрепал по плечу.
И Рико ушел, в полной растерянности и в то же время странно успокоенный – как будто все сделал как надо.
Но это же было совершенно, совершенно неправильно!..
И вот он топает в плотной толпе магов, Черныш трусит рядом, не обращая внимания на ворчание чародеев, где-то позади скрипят тележки с впряженными в них низкорослыми мохнатыми лошадками, а в тележках разное чародейское добро, ингредиенты для заклятий, накопители силы, амулеты-преобразователи – все, какие только успели сделать…
Амулеты! Вот еще одна причина, отчего у Рико было смутно на душе.
Он же ради этого кристаллика из мастерских жизнью рисковал… прятал его, трясся, как бы Гаттар не проведал, нес его Учителю у самого сердца – а оказалось, все зря! Учитель и сам понял, как растить преобразователи, и орденские маги уже их целый воз наделали. А тут Рико со своим: «Вот, Учитель, я вам тайный амулет принес, мерз, голодал, рисковал жизнью ради него!..»
Эх!..
Рико сердито надвинул капюшон, сунул руки под плащ. Погода со вчерашнего дня не просто испортилась – вовсе с ума сошла, заодно с силой. Тучи сбились в плотные темные стада и неслись так быстро, словно кто-то подгонял их кнутом. Они опустились к земле и мохнатыми животами едва не задевали острые вершины скал, а когда все-таки задевали – животы рвались и из них на землю сыпался сухой колючий снег. Равнину, на которой высились руины Твердыни, окутала мгла, но вовсе не обычный туман, а колдовская мерцающая дымка, то сгущавшаяся, то редеющая, искажающая очертания предметов. Самих руин отсюда было не видать, но сущности, вышедшие из них и неторопливо шествующие навстречу имперскому войску, казались блуждающими огоньками – правда, размером с дом каждый. Они рассыпались по равнине в беспорядке, как будто пасущееся стадо (с какой-то стати Рико в голову лезли деревенские сравнения), но двигались все в одном направлении.
– Скоро остановимся, – буркнул пожилой маг, тяжело шагавший справа от Рико. – Вот уже выход из ущелья…
Это было скорее не ущелье, а узкий и короткий проход среди сплошных торчащих черных скал – единственный путь, ведущий к небольшому ровному плато и к Твердыне; им пользовались и маги, и орки, и караваны, везшие сюда с юга припасы и товары. В Твердыне это место звалось Костоломом – в оттепель тут скапливалась стекающая со склонов вода, а потом замерзала скользкими буграми. И сам Рико, подумать только, совсем недавно проезжал здесь вместе с Клодием на четырех новеньких телегах!
– Сто-о-ой! – протяжно разнеслось над войском.
Они встали: император с несколькими доверенными магами и преторианцами – впереди, за ними – Ордена, потом – легионы, прикрывающие тыл. Мало ли, вдруг кто еще наскочит – Рико, к примеру, очень интересно было, куда подевалось множество боевых конструктов, которых Гаттар успел создать в мастерских. Неужели они так и лежат в подвалах Твердыни? А вдруг нет?
Об этом он вчера тоже Учителя предупреждал…
– Ордена! По места-ам!..
Маги уж на что не умели шагать строем, а тут действовали шустро: разделились на группки, каждая в сопровождении своей тележки и отряда легионеров ходко направилась к заранее определенной позиции – вдоль линии скал неподалеку от Костолома, образуя широкий полукруг. Те, кому назначены были самые дальние точки, чуть не бегом бежали. Рико никто не звал; он некоторое время топтался на месте среди всеобщей суматохи, потом махнул рукой, позвал Черныша и пошел вперед, к преторианцам. Учитель словно почувствовал: обернулся, кивнул, чтобы Рико пропустили, и тут же отвернулся.
Сущности, или боги, или духи – Рико решил, что правильнее все-таки «боги»: по-прежнему неспешно шествовали в тумане, словно не замечая легионов; смертные, преградившие проход, никак их не беспокоили.
Сколько их? Рико из-за мглы не мог толком рассмотреть, но насчитал что-то около трех десятков. В животе у него нехорошо заныло.
М-да, одна-то сущность с божественными силами способна все легионы Корвуса прихлопнуть, точно надоедливых букашек, а тут – три десятка…
– Ордена-а! – прокатилось над скалами, и Рико с удивлением узнал голос императора, выехавшего чуть вперед. – Чертить фигуры!..
Маги суетились, раскладывая амулеты, расставляя какие-то жаровни и подставки, спешно вычерчивая на камнях небольшие магические фигуры. Однако рядом с цезарем и Учителем никто никаких приготовлений не вел: маги, сопровождавшие владыку Корвуса, стояли неподвижно, рядом застыли имперские гвардейцы в пурпурных плащах, конные и пешие. Учитель тоже стоял молча, вглядываясь в окутавший равнину колдовской туман с движущимися в нем светлыми пятнами.
Чего хочет император? Как он собирается противостоять этим богам, как?! Зачем он выдвинулся вперед, на самое острие удара? Разве гвардейские пилумы и гладиусы смогут его защитить?.. Даже Учитель, и тот не сможет, против самих богов!
И что он, Рико, тут делает, с его-то невеликими силами?
Черныш совершенно по-человечески вздохнул и улегся на камни. Мол, я с тобой, хозяин, что бы ни случилось.
Светлые пятна во мгле, будто наконец поняв, что происходит, задвигались быстрее и явно в сторону императора. За ними из тумана выплывало нечто, напротив, темное и огромное, словно это сама Твердыня сошла со своего места.
Рико сглотнул. «Что, доволен, господин второй некромастер? – будто шепнул ему кто-то. – Геройски умирать, оказывается, не так приятно, как казалось? А ведь ты еще можешь спастись, как спасся когда-то с Игниса…»
– Заткнись, – прошипел Рико. Учитель бросил на него удивленный взгляд, но тут же снова отвернулся.
Боги целенаправленно наступали на дерзких смертных – вот-вот, и покажутся из тумана, можно будет увидеть их перед смертью совсем близко…
– Ордена-а! Готовь амулеты!
Рико быстро глянул по сторонам: перед каждой группой магов, какие он мог разглядеть сквозь туман, уже сияла белым свежевычерченная магическая фигура, в узлах и вершинах ее мерцали розоватые кристаллы-преобразователи, перед магами стояли подставки с прочими разнообразными амулетами, приготовленными к бою.
Когда нужно, ордена Корвуса умели действовать быстро и слаженно, позабыв о дрязгах и вечном соперничестве.
Император тронул коня и выехал вперед.
То есть совсем вперед, навстречу богам – у Рико аж дух захватило. Его прикрывали лишь всадники на задоспешенных конях; ближние к цезарю держали вместо привычных круглых легких щитов тяжелые прямоугольные скутумы, закрывающие владыку от случайной стрелы. Выученные кони храпели, прядали ушами, но слушались.
Учитель тоже выехал вперед, как и несколько орденских магов, а Рико остался, где был, вместе с когортой пеших преторианцев. Он стоял чуть в стороне и хорошо видел императора, несмотря даже на поднятые щиты. Пальцы его против воли вцепились в рукоять длинного ножа, родом из некромастерских, – Рико прихватил его вместе с бумагами и образцами, рассудив, что сейчас ему хоть какое-нибудь оружие не помешает.
Над равниной ненадолго воцарилась пугающая, мертвая тишина, нарушаемая только воем ветра в скалах, шелестом сыплющегося редкого снега да исходящим от божеств низким гудением.
Император Цельс казался похожим на ожившую статую. Рико видел, как он положил ладонь на продолговатый сверток из простого некрашеного полотна, перекинутый через колени. Что это, оружие какое-то? Или амулет?
И в этот момент из тумана вынырнули первые боги.
Окутанные пылающей силой, высоченные – иные в два человеческих роста, – прекрасные и отвратительные, похожие и на людей, и на животных, и вовсе ни на что не похожие; Рико особенно запомнился парящий над камнями не то спрут, не то цветок, эбеново-черный, усеянный светящимися капельками-жемчужинками, – и с сердцевиной, утыканной множеством острых зубов. Сила била из них – золотая, горячая, плавящая саму реальность, они шагали, ползли, летели вперед, будто привлеченные запахом меда пчелы.
Рико невольно отшатнулся, но преторианцы не шелохнулись, будто им не впервой было выходить против такого врага; цезарь тоже остался неподвижен.
– Ордена! – его надтреснутый голос вдребезги разбил тишину. – Подтвердить готовность!
– Есть готовность! – ответ прокатился от одного края скал до другого.
Сияющие, полные силы сущности наступали на людей – и Рико вдруг понял, что они хотят не убить их, не прогнать, но сожрать; высосать, впитать жизненную силу смертных, обратить ее в собственную.