Ирина Чарова – Если босс – дикарь. Правила выживания (страница 28)
Справлюсь!
Вообще, разговор с боссом вызвал в душе смешанные чувства.
С одной стороны мне действительно стало легче – я немного на него позлилась, пришла в себя и вернулась к привычному боевому настрою.
Но, с другой стороны, в мозг уже начали закрадываться нехорошие подозрения.
Мне всё уверенней казалось, что босс взял меня на работу только чтобы постоянно меня домогаться и что , на самом деле, я и правда ничего не умею.
Хотя и домогается он как-то необычно…
Прямо как дикарь.
Сначала хвастливо засветил свою дубинку, потом затянул в пещеру со змеями, закинул на плечо, мясо притащил…
Странный, одним словом.
И, слава богу, совсем не в моем вкусе.
Я люблю воспитанных, культурных, спокойных и…Просто не таких!
Вздыхаю, почему-то вспоминая необыкновенные, голубые глаза Давида и сердце моментально реагирует, дергаясь в груди и пуская по телу непривычный жар.
А вместе с сердцем начинает надрывно выть и желудок.
Но сейчас я почему-то уверена, что конкретно желудок воет явно не по голубым глазам.
Скорее, по мясу!
И, если к встрече с Давидом, учитывая мое зареванное лицо, я сейчас не готова, то к встрече с мясом – очень даже.
Проверив, на месте ли карта, в одиночестве спускаюсь на первый этаж, в столовую.
С горя набираю кучу еды – суп-харчо, порцию котлеток, пюре и пирожное со взбитыми сливками вдобавок.
Обожаю взбитые сливки!
Особенно, когда грустно.
Сев за стол, с огромным аппетитном начинаю есть суп и пугаюсь, когда кто-то неожиданно приобнимет меня за плечи.
– А я тебя везде ищу, школота! –раздается позади.
Кровь, словно по команде, мгновенно приливает к щекам.
"Давид"… – понимаю я.
И взволнованно улыбаюсь, когда он садится рядом со мной.
– Это тебе – кладет на стол шоколадку. – Чтоб не расстраивалась, что так оплошала.
– Ой. Спасибо – еще сильней смущаюсь я – Это же моя любимая…
Вообще, в этот момент я бессовестно вру.
С самого детства я искренне ненавидела шоколадки с изюмом, но сейчас мне хочется, чтобы Давиду было так же приятно, как и мне.
Он ведь думал обо мне, переживал, хотел сделать приятно…
– Слушай, Ир, а тебя в рабочую группу до сих пор не добавили? – спрашивает он.– Я тебя там искал, но не нашел.
Выразительные глаза смотрят в упор, ожидая ответа.
И, если до этого, под его сканирующим взглядом мне хотелось прикрыть свою работу, то теперь – хочется спрятать собственное лицо.
Я же сейчас вообще ужасно выгляжу…
Красный нос-пятачок, опухшие , зареванные глаза, еще и волосы плохо лежат.
А когда его взгляд опускается к губам, я начинаю беспокоиться, что где-то там остался след от супа или хлебная крошка.
– Нет. Меня пока что не добавили…
– А продиктуй мне свой номер, я тебя сам добавлю… – улыбается он мне.
Я тоже хочу улыбнуться.
Но, вовремя останавливаю себя, вспоминая, что в супе был укроп и он мог остаться на зубах.
Слегка растянув в улыбке лишь уголки губ, начинаю диктовать Давиду свой номер телефона.
Сказав последнюю цифру, ловлю себя на том, что искоса поглядываю, как он меня запишет.
Дура…
Мы ведь только что познакомились.
И "Ира работа" , как я всё-таки успеваю заметить , оказывается самым, что ни на есть, подходящим вариантом.
Было бы даже странно записывать меня как-то иначе…
– Добавил – оповещает Давид.
И экран моего телефона тут же вспыхивает от уведомления.
– Хорошо…Спасибо!
– Ага – отмахивается он и придвигается чуть ближе. – Кстати, я недавно такое приложение классное нашел. Можно посмотреть, как ты записан у других людей. Жаль, конечно, что не видно у кого, но всё равно прикольно, да?
Растерянно киваю.
Такое чувство, что он читает мои мысли.
– А давай тебя глянем! – предлагает следом. – Интересно?
– Давай… – покорно соглашаюсь я.
Но ничего интересного я в этом приложении увидеть не планирую.
Я почти никогда ни с кем не ругалась, в школе была умницей, на работе – трудягой, со всеми всегда ладила.
И, глядя в телефон Давида, вижу, что у всех я записана либо уменьшительно-ласкательно, либо просто по-рабочему.
Ируся, Иришка, Ирочка, Ири, Стрелецкая, горничная Ира…
Я абсолютно чиста.
Никакого криминала.
Ну почти…
– Ирыч Смерч – неожиданно зачитывает Давид и начинает хохотать на всю столовую. – Мощно- мощно.
Я тоже смеюсь.
Не открывая рта и сдавливая все смешки в горле.
– Это подруга детства. Маруся! – тепло поясняю я. – Мы с ней были грозой улиц и придумали себе клички. Например, она у меня Маруся Тайфун записана.