Ирина Чарова – Добыча Альфы. Укротить темную ведьму (страница 38)
И, казалось, на мгновение она даже затихла и перестала сопротивляться, смиряясь со своим положением.
Но то было лишь мгновение.
Стоило слегка сбавить натиск, и ведьма снова превратилась в фурию.
— Ты — сволочь, подлец! Ты негодяй, Гроз! — она начала остервенело тарабанить по моим плечам маленьким кулачками. — Я ненавижу тебя! — зло шипела. — Ненавижу, понял?
И проклинала….
Проклинала без остановки, стоило только прекратить терзать её губы.
Вот только зверь, в очередной раз заткнув ей рот, все понял…
Понял и лишь довольно оскалился, сменяя гнев на милость, и грубый поцелуй — на нежную ласку.
И сейчас он не мог…Не мог остановиться, чтобы не целовать это тело, чтобы не ласкать эти губы…
Жадно хотелось еще, хотелось больше…
Хотелось, подери черти, всего, потому что стало ясно — черноглазая просто злилась.
И злило её вовсе не то, что она допустила оплошность, и даже не то, что сейчас она была во власти зверя.
Её злило то, что все эти дни её сердце надрывно выло и обливалось кровью, оплакивая смерть, которой не было.
Зверь это чувствовал.
Просто знал, что так оно и было, и от этого знания он заликовал.
— Ты скучала, девочка… — прошептал ей в губы.
Одновременно с этим — цепко перехватил руку, которой она снова хотела меня ударить.
Разжав боевой кулачок, поцеловал раскрывшуюся ладонь.
Девчонка на мгновение растерялась, а после — разозлилась еще больше.
Так, словно я сказал ей самые оскорбительные слова на свете.
— Да кто ты такой, чтобы я по тебе скучала, Гроз? Ты всего лишь наглая, блохастая псина…
И этого зверь уже не стерпел.
Черноглазая всё-таки его довела.
Сложив лапы, он холодно мне кивнул, соглашаясь, наконец, с любым уготованным ведьме наказанием.
Удобней подмял девчонку под себя.
Чертовка всё бесновалась, требовала её отпустить и угрожала, выкрикивая отборные, трехэтажные проклятья, от которых уши вяли даже у зверя.
Но все эти крики смолки в одно мгновение.
Ровно в тот момент, когда я потянулся к карману брюк и достал приготовленный ведьме подарок.
— Узнаешь? — качнул наручники на пальце.
В глазах ведьмы полыхнул животный страх, а вместе с ним — такая же животная ярость.
— Какого дьявола? — прошептала. — Не смей! — голос дрогнул. — Ты, поганый ублюдок, не смей!
Зверь в ответ лишь коротко хмыкнул, в очередной раз убеждаясь — поделом…
Грубо схватил дрожащие руки, сжал тонкие запястья и подтянул их ближе к изголовью.
Девчонка все еще сопротивлялась, теперь уже пытаясь меня укусить.
Я — лишь смеялся, наблюдая за её возней.
Сейчас эта кроха напоминала мне мелкого, боевого щенка, который нападал на зрелого волка, упрямо считая, что сможет его победить.
И пока зверь лишь лениво играл одной лапой, грозная малявка — дралась на смерть. Дралась до тех пор, пока зверь раздражённо не рыкнул, впечатав ведьму спиной в деревянное изголовье.
Осознав, что борьба проиграна, девчонка по-детски, беспомощно всхлипнула и крепко зажмурила глаза.
Одна секунда — к кровати пристегнута одна рука.
Доля следующей секунды — с щелчком пристегнута вторая.
В тот момент, когда последний щелчок ударил по нервам, из груди ведьмы вырвался отчаянный крик.
Вот только боли в нем не было. Один испуг.
И, распахнув глаза, девчонка удивленно, шокировано на меня уставилась, сама не веря собственным ощущениям.
— Что, не так больно, как хотелось бы? — усмехнулся, когтем касаясь ворота её рубашки.
Единожды полоснув, распорол по центру, открывая себе вид на грудь.
— В сплаве мало серебра, трусишка — распахнул изодранную тряпку. — Кожу не прожжет, шрамов на твоем шикарном теле не останется, но вот ощущения будут ярче…. — склонился ближе, прикусил мочку уха. — Пока блохастая и очень наглая псина будет делать с тобой всё, что захочет…
— Ах ты… — ведьма попыталась дернуться в сторону, от чего грудь с острыми вершинками призывно всколыхнулась. — Ты…
Зверь восхищенно, одержимо зарычал, требуя продолжения.
Ему, как ни крути, нравилась пристегнутая к кровати, обездвиженная красавица в изодранной одежде.
Его красавица.
— Тише, кроха — когтем прошелся по голому животу и опустился к джинсам — Вот сейчас советую не дергаться…
В ответ черные глаза прожгли ненавистью.
Но ведьма благоразумно замерла, когда когтем я слегка сдавил плотную, джинсовую ткань.
Та с треском поддалась, открывая взгляду черное кружево трусиков.
Зверь облизнулся и теперь уже сам достал последний, приготовленный девчонке сюрприз.
Криво усмехнувшись, молча продемонстрировал его черноглазой.
Тонкая цепочка с серебряным напылением уже вовсю пускала по пальцам слабые разряды тока.
Вот только ведьма, зашипев словно кошка, сюрприз явно не оценила.
— Нет! — она беспомощно выгнулась, пытаясь избежать первого прикосновения.
Но цепочка, словно змея, неумолимо пробежала по нежной коже и коснулась стоящих торчком сосков.
Ошпарила, пуская по телу ведьмы дрожь.
— Нравится? — вкрадчиво спросил.
Кроха упрямо смолчала, до крови прикусив губу.
— Ладно…Поставим вопрос иначе… — цепочка змеёй поползла вниз.
— Не смей… — сорвалось с дрожащих губ.