Ирина Булгакова – Рандом (страница 28)

Страх был, я помню. Наверное, он был. Но еще больше я боялась, когда сидела в кафе, сводя себя с ума сотнями попыток достучаться до разума официантки.

Я тащилась по дороге. Мне хотелось то ли домой, то ли умереть. И вдруг в какофонию звуков, прорвался одинокий крик.

— Люди! Лю-юди! Прошу вас, откликнитесь! Хоть кто-нибудь живой!! Лю-у-уди!

Я пошла на голос вовсе не потому, что возрадовалась товарищу по несчастью. Крик казался мне такой же составляющей происходящего. Мне было по пути — я осознала, что хочу домой, к маме. Я ведь ничего и не пыталась сделать! Боже, какая я дура! О, у меня наверняка имелись в запасе — наверняка имелись! — слова, возвращающие маму к жизни!

Приняв решение, я тут же его нарушила — движимая заунывным «лю-у-уди», я отклонилась от маршрута.

Худой мальчишка сидел на коленях посреди двора-колодца.

— Э-эй. Кто-нибудь! Отзовитесь! Что происходит?! Ну пожалуйста, хоть кто-нибудь, прошу вас! Разве я так много прошу, Господи! Пусть хоть кто-нибудь мне объяснит, я хочу понять! Умоляю, пожалуйста!!

Мальчишка кричал, почти выл. Протяжные гласные звуки уносились наверх, вырывались в небо, покрытое плесенью темных с проседью облаков. Я стояла в арке. Я ждала. Я надеялась, что ему ответят.

Сверху падали серые хлопья и застревали в черных длинных волосах мальчишки.

— Эй, — не выдержала я. — Ты живой?

Пока он поворачивал голову на мой голос, я успела удивиться непривычности. То, что кто-то отреагировал на мой вопрос, показалось мне противоестественным. Я успела привыкнуть к другим правилам.

Ты кто, ангел? — спросил он, когда его обреченный взгляд нащупал меня…

Теперь я сидела за столом ресторана в «Астории». Из кухни вкусно пахло. Со мной рядом был тот же Кир, тот же город. И то же бесконечное ожидание ответов на прежние вопросы.

— Налетай, молодежь.

Две тарелки, откуда на нас пялилась оранжевыми кругляшками яичница-глазунья, возникли на столе. На скатерть со звоном высыпались ножи и вилки. Рядом появилась пара стаканов с соком. Сусанин сел, придвинул ближе свою порцию и, вооружившись приборами, решительно избавился от одного из трех яиц.

— Приятного! — вдогонку пожелал Кир.

Макс кивнул. Я тоже — во рту у меня растекался желток.

— Ну, — чуть позже сказал инициатор королевского завтрака, когда с едой было покончено, — как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — отозвалась я и вместе со мной ответил Кир.

Подняв голову, я удивилась: оказывается, Макс ждал ответа не от меня.

— Нормально, — повторил Кир. — Да если честно, я не особенно и боялся.

— Давай, рассказывай. И я бы сдрейфил. Бродить в темноте, не зная, откуда и что прилетит… — Сусанин развел руками. — Но все равно, ты мужик!

— Ну да… Сначала мне было не по себе, — продолжал Кир. — А потом… Ну, во-первых, я не особо верил, что все случится в первый же день. Думал, так бродить придется неделями. Киллер же не дурак. А вас слишком много, чтобы сохранить все в тайне.

— Мы старались, конечно. Но я с тобой согласен. Надежды на тайность операции было мало. А когда раздался выстрел?

— Не поверишь. Свиста пули я не слышал. Так, грохнуло что-то и все. Такое впечатление, что стреляли просто чтобы стрелять. Я до сих пор удивляюсь.

— Я сам удивляюсь. Верзила был прав, киллер хотел, чтобы мы его остановили. Какое еще может быть объяснение? Ну, как говорится, и хрен с ним. Пока пусть Султан голову ломает, как он такое проворонил.

— Слушайте, ребята, — вкрадчиво вклинилась я. — Может, кто-нибудь мне объяснит, в чем дело?

— Киллера поймали, — снизошел Кир. — Сегодня ночью.

— Да ладно!

— Вот тебе и да ладно! — усмехнулся Сусанин. — Пока ты дрыхла с похмелья, твой дружбан принял участие в военной операции. К тому же, в самой опасной роли — подсадной утки. Короче, под пулями ходил.

— Не томите! — чуть не крикнула я. — Кто?

— Ты не поверишь, — начал Макс.

— Я уже не верю! Ну?!

— Беременная баба Султана, Верка!

Я открыла рот. Информация в моей голове укладывать не хотела.

— Не может быть… Вы уверены?

— Да уже куда уверенней, — Кир вздохнул. — Она Макса чуть не убила.

— Макса? Правда?

Сусанин утвердительно покачал головой.

— Ничего себе. И что теперь? — растерянно спросила я.

— Что теперь, — Макс отхлебнул сока. — Отвезли ее Султану. Рука не поднялась… Сразу разобраться. Пока посидит под замком, а через неделю соберемся все и будем принимать решение.

— Типа, судить? — Я вскинула брови.

— А ты что предлагаешь?

— Ну да… Я тоже предлагаю… А если все решат «расстрелять», то кто…

— Думаешь, не найдутся желающие? — улыбнулся Макс. — Найдутся, не боись.

— Не беременную же! Пусть родит, что ли…

— Уж не знаю, кого она там родит, с таким настроем, — Кир облокотился на стол. — Тетка рехнулась, это точно.

— А Султан что говорит?

— А что ему говорить? Цокал. Охал и ахал. Да и не до того ему, честно говоря, было. У него там новое развлечение — Алиска.

— Алиска? С Султаном? — Моему удивлению не было предела: вот сколько новостей я проспала!

— Алиска. С Султаном. Она после днюхи с ним и уехала. Она уехала, ты сбежала. Я один остался…

— Значит, теперь у Султана новая любимая жена, — я перебила Кира.

— Надолго ли, — пожал плечами Кир. — А то ты Алиску не знаешь.

— Ладно, ребята, потом пообщаетесь, — Сусанин решительно поднялся. — Мы едем, Влада?

Я кивнула, вставая из-за стола.

— Куда вы едете? — неожиданно услышала я. Кир вскочил. Волосы крыльями плеснули назад, освобождая белое лицо. «Куда вы едете без меня?» — прочла я в осуждающе сверкающем взгляде.

— Кир, я не надолго, — попробовала оправдаться я. — Давно собиралась отца навестить…

— Какого отца, Влада? Разве сегодня не пора твоих навестить? — сорвался на крик Кир. — Ты не была у них уже два дня! Два! Ты же знаешь, и молоко кончилось, и яйца! Мы собирались ехать еще перед днем рождения!

— Кир, мы…

— Как ты не понимаешь?! Для меня твоя семья — это моя семья! У меня никого — ты слышишь? — никого не осталось! Я каждый раз езжу туда с тобой… И как будто о своих забочусь! Вы что, все считаете, что мне не нужно это? Родные, о которых нужно заботиться? Пусть даже так… Я тебе не Алиска! Это она была бы счастлива, если бы ее родители… неизвестно где… в самолете… А я хотел, чтобы остались! Чтобы ездить к ним, кормить с ложки! Маму! Отца! Сеструху! Чтобы хоть кто-то… Хоть кого-то…

Я слушала, не дыша. Он почти плакал, в его голосе было прежнее то, от всех этих «лю-юди, умоляю, хоть кто-нибудь».

— Слушай, Кир, ты чего завелся? Езжайте с Владой, — недоуменно пожал плечами Макс, но я его перебила.

— Кир, мы едем к моим. Сейчас. Собирай продукты.

Он сник в один миг, как оставшийся без ветра парус. Пару раз набирал полную грудь воздуха для ответа, но каждый раз слова выходили из него тяжелым выдохом. Он едва сдерживал слезы.

- Ладно, ребята, увидимся позже. Обещанные яйца на столе. Бывайте, — попрощался Макс. Он зачем-то собрал грязную посуду и исчез на кухне.