Ирина Биктимирова – От себя не убежишь (страница 4)

Цепляя край пудинга десертной ложкой, она поднесла ко рту ощущая нежный аромат кокоса. Легкий сладковатый вкус манго великолепно сочетался с мягким рисом тая во рту. Невольно вырвался стон удовольствия. Глаза закрылись, чтобы лучше прочувствовать вкус.

– Божественно! Ричард вы волшебник.

Открывая глаза, она встретилась с улыбающимся лицом повара. Магдалина не смогла отвертеться от совместного завтрака.

– Дернул меня черт оставить объявление именно в ресторане Луки.

Унылая от дождя серость улиц раздражала. Тяжелое, нависшее над городом свинцовое небо больше недели скрывало солнечные лучи. Усиливая гнев пробками на дорогах, толпами людей на пешеходных переходах укрытыми от дождя не объятыми, яркими куполами зонтов.

– Пять минут! Я задержалась только на пять минут! – Воскликнула Эстер и облокотилась на рулевое колесо. Дворники едва справлялись, со скрежетом скользя по лобовому стеклу.

Мобильный телефон издал короткую вибрацию. Безучастно вынимая из недр дорогой сумочки Эстер подняла крышку телефона. Глядя на мигающий конверт, она изучала отправителя.

– Мы с вами не знакомы. Кто бы вы не были.

Эстер вздрогнула от сигнала машин, стоящих позади. Бросая телефон на пассажирское сидение рядом с собой, нажала педаль газа направляя автомобиль по серым улицам большого города.

Перед глазами, в мыслях образы прочитанной книги. Зацепив внимание и не отпуская, лишая сна. Это ажиотаж, сенсация! Жаль пока нельзя назвать имя такого талантливого человека. Похоже уединенный образ жизни пошел на пользу.

– Скрипящие дворники, вечный мрак от дождя, пробки и крики! – Воскликнула она. – Спокойствие дорогая. Только спокойствие. – Шумно выдыхая сказала сама себе.

Останавливаясь на светофоре Эстер в нетерпении отстукивала барабанную дробь пальцами по рулевому колесу.

– Дорога в издательство длинною в жизнь! – Она нагнулась на руль посмотреть световой индикатор. Он как будто нарочно долго мигал красным цветом. Сгорая от нетерпения попасть в свой светлый, просторный кабинет чтобы отдать рукопись в производство.

Вспоминая ту ночь. Убитую горем подругу Эстер тряхнула головой, прогоняя воспоминания.

– Ни к чему ворошить прошлое. Главное удалось вернуть к жизни.

Эстер помнила искру, горевшую в глазах подруги. Дикую жажду к жизни, к открытию и познанию нового, неизведанного. Какой талантливой гимнасткой она была в школьные годы. Ей пророчили место в мастерах спорта. Бесконечная любовь и доверие ко всем. В один прекрасный день, а точнее ночь, когда она нашла отца мертвым, когда люди, которым она безгранично доверяла, любила и считала родными предали ее. Отвернулись. Оставили одну погибать на безжалостных сквозняках жизни. Работа, которая заряжала ее, а мастерство писательства. Оно же от Бога, вдруг стало для нее под запретом. Как же так!

Эстер смахнула слезы застилавшие глаза. Она как сейчас помнила в миг потухшие от горя глаза. С наивным доверием к миру, разом полные отчуждения.

– Не смей жалеть меня. Я не жертва, которой плохо. Жалость к себе – это медленный яд. Он не лечит, а затягивает как в болото. Я могу двигаться, значит жива. Я не подписываюсь под проигрышем. – Столько горечи в этих словах. – Я каждую ночь мечтаю исчезнуть. Плевать как это выглядит. Мне нужна опора, и я стану ей сама. Без шансов, без смысла, без поддержки.

Крепко прижимая потерянную подругу к себе Эстер утирая мокрые щеки Иден сказала:

– Это не справедливо! Я приложу все усилия и даже больше, чтобы твой талант сотрясал и создавал хаос. Сметал все на своем пути и может быть среди этих осколков и развалин мы найдем виновных мертвыми. Завистников безмолвными, с залепленными ртами.

Щебетание птиц приводило в восторг. Волны накатывают с частотой будто мама гладит по голове и успокаивает. Ступни тонут во влажном белом песке. Легкий ветерок с моря волнует прибрежные ветви плодоносных деревьев и пальм.

Наблюдая за миром в тени деревьев Иден облокотилась спиной на упругую спинку плетеного кресла. Вытянув ноги позволила морской воде облизывать ступни. Поднимая вверх голову наблюдала как солнце подмигивает через колыхающуюся листву деревьев.

Все, что у меня осталось – это не сдаться. Не сейчас. Еще один день. Без планов. Без истерик. Я не сдамся до утра, а на утро снова. Просто чтобы услышать себя под всей этой грязью.

Возвращая взор к монитору компьютера заскользила пальцами по клавиатуре, чтобы перенести образы из головы в слова. Погруженная в свои мысли, работая на клавиатуре она не заметила, как к ней направляется мужчина. В руках он нес бамбуковый столик на ножках.

Завидев боковым зрением движение Иден сохранила записи и закрыла компьютер. Оставляя машину на подушке рядом с собой. Она хотела сделать ему замечание, чтобы ее не беспокоили во время работы, но не смогла. Он нес столик как трофей с лицом Победоносца.

– Сразу прошу прощения за беспокойство. Магдалина поставила меня в известность, чтобы я не подходил к вам пока вы, работаете.

– Хорошо. На первый раз прощаю. – Иден поднялась на ноги, ощущая, как мурашки оповестили о том, что ступни затекли от сидения в одном положении долгое время.

Переминаясь с одной на другую ногу Иден наступила на шероховатые корни деревьев, чтобы вернуть чувствительность ногам и восстановить приток крови.

– Я принес напиток, чтобы вы освежились.

– Благодарю.

Иден улыбнулась, принимая прохладный, вспотевший стакан. Не подозревала, что очень хотелось пить.

– Вкусно?

Кивая не смогла оторваться, делая мелкие глотки. Когда стакан опустел Иден улыбнулась, продолжая держать его в руке.

– Приглашаю вернуться в дом и отобедать.

Не так я все это представляла. Я думала, что просто приготовят и уйдут. Забота, внимание. Почему? Может он просто выражает благодарность? Не стоит будить во мне то, что давно умерло. А может угли продолжают тлеть, ожидая своего часа? В силах ли я вернуть доверие к людям? Проще заплатить за время, потраченное на меня и все вокруг довольны.

Поднимая компьютер с подушки, она прижала его к себе как самую дорогую вещь. Ричард положил столик поверх плетеного кресла, чтобы отнести все это в дом. Медленно шагая по влажному песку Иден заметила в окне Магдалину.

– Ричард. Я хотела бы с вами обсудить вот что.

– Я во внимании. – Он поставил кресло на песок между собой и Иден.

– Магдалина бесценна для меня и работает несколько лет. Я не хочу ее терять.

Иден опустила голову стараясь подобрать подходящие слова глядя на влажный песок под ногами.

– Она влюблена в вас. Я не хочу причинять ей боль. Вы меня понимаете? – Она подняла на него глаза внимательно следя за реакцией.

Он посмотрел сквозь Иден на безмятежные волны, накатывающие на берег. Тяжело вдыхая закусил нижнюю губу словно сдерживаясь от высказывания. Опустил руки к креслу, поднял его, молча пошел к дому.

У входа на кухню Иден ожидал таз с водой и ломоть мыла, сделанного руками. Льняное полотенце висело на перилах террасы. Оставляя компьютер на одном из стульев Иден села на маленький стул и опустила ступни в ароматную воду с морской солью. Магдалина всегда насыпала соль в воду, чтобы она могла умыть ступни и ступить босая на идеально вымытый пол в доме.

Дрео деликатно отвернулся, когда Иден приподняла подол мерцающего платья оголяя, словно высеченные из камня идеальные ступни, зауженные щиколотки, точеные колени.

Ни за что мужчина не встанет между нами! Этому не бывать! Если нужно, повара можно заменить, а ее никогда!

Вытирая ступни Иден с благодарностью приняла тапочки из рук Магдалины. Поднимаясь она взяла компьютер и вошла в дом обнажая ступни на пороге, ступая на прохладный, идеально вымытый пол. Легкий белого цвета тюль заменен на зеленый, преображая помещение.

Открывая двери спальни Иден уловила аромат, исходивший от дымящихся палочек, улыбаясь вошла в кабинет. Задвигая компьютер в ящик стола огляделась. Идеально! Нужно отблагодарить Магдалину щедрой премией.

Ричард накрывал стол на три персоны, когда Иден вышла из спальной. Открыл крышку сковородки заполняя пространство пряными ароматами кинзы, базилика. Быстрыми движениями поливая соком лимона содержимое тарелок, повесил полотенце на ручку плиты.

Останавливаясь рядом с накрытым столом Иден ощутила себя в ресторане высокой кухни, в которых, когда – то бывала. Там, в другой жизни. Прогоняя ностальгию, она протянула конверт Магдалине.

– Вот это да! У вас явный талант Ричард.

Дрео ощутил неловкость обманывая Иден. А если она узнает, что я принадлежу к ее миру, а не к миру Магдалины? Эта социальная догма, разделение на слои такая глупость. Мы одинаковы. Нас разделяет только взгляд на жизнь и опыт, который получаем взрослея. Каждый такой взгляд уникален. Не повторим.

Свирепый отец никогда не позволит мне соединить свою жизни с девушкой из простой семьи. Он разрушит жизнь не только ее, но и погубит ее семью. Надеюсь Магдалина ты отдаешь отчет в этом.

– Такой талант скрывается в стенах моего дома. Это не честно!

– Жизнь не всегда справедлива Иден.

Она вздохнула, позволяя ему поухаживать за ней и Магдалиной.

На бамбуковой тарелке оказались рулеты из жаренного с корочкой лосося, а на тарелке поменьше огуречная сальса.

– Аппетитные соусы, сопровождающие жаренную рыбу, на мой взгляд достойный фон, оттеняющий вкус основного блюда. – Усаживаясь рядом подцепил рулеты жаренной рыбы наполняя свою тарелку.